Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

пострадавших от встречи Земли с планетой-убийцей, и ждали, когда ситуация изменится. Пожалуй, слишком долго ждали… В итоге Ключ перешёл к прадеду Кумара. Это был достойный человек, он прожил долгую жизнь и пользовался всеобщим уважением. Более того, он даже предпринял попытку попасть к Вратам, но как раз в это время в вашей стране произошла революция, потом последовавшая за ней неразбериха, когда брат резал брата, потом возникли непроходимые границы между странами… А ещё этому хранителю Ключа очень не повезло с наследником – его единственный сын оказался невероятно глупым человеком. Надежды на внука тоже не оправдались, тот слишком рано погиб. В итоге, уже на пороге смерти, хранитель был вынужден передать Ключ своему правнуку.

– Кумару? – уточнил журналист.

– Да, ему, – поморщился Седовласый. – Мелкий, хвастливый авантюрист, готовый на всё ради наживы. Мы разыскали его несколько месяцев назад. Он поначалу страшно перепугался, потом понемногу пришёл в себя, но не о каком Предназначении и слышать не хотел, твердил, что его всё устраивает в этом мире и заботился об одном – получить за Ключ как можно больше денег. Сказал, что семейная реликвия надёжно укрыта, и пообещал отдать её в течение нескольких дней. Врал, как я теперь понимаю, – Ключа в то время у него уже не было. А через несколько часов после нашего разговора Кумар был убит. При том образе жизни, который он вёл, это никого особенно не удивило, но я тогда уже заподозрил, что без поклонников забытых богов не обошлось… Ну вот, – Седой внимательно посмотрел на собеседников. – Кажется, всё?

– У меня ещё один вопрос, – сказал бывший секьюрити. – Вы говорили Олегу, что быстро придёте на помощь, если она понадобится, но информацию о появлении Ключа Умирающей Луны передали нам, мягко говоря, слишком поздно…

– Виктор Павлович… – с укоризной посмотрел на него Седовласый. – Мы ведь, кажется, договорились, что поисками Ключа вы больше не будете заниматься. Это слишком опасно.

– Не будем, не будем, – не стал спорить Виктор. – Но всякое может случиться. Вдруг Ключ везут вон в том трамвае или в этой машине и Олег его почувствует? Кстати, какое минимальное расстояние для этого должно быть?

– Не более двадцати метров, – не слишком охотно пояснил Седой. – А на ваш первый вопрос отвечу так: появление Ключа заметили в мире за тремя Вратами, а на то, чтобы передать эту информацию сюда, нужно время. И, как видите, немалое. Если же Олег Иванович и Ключ окажутся рядом, произойдёт такой выброс энергии, что его и я почувствую.

Он немного помолчал и продолжил:

– Уже сегодня мы вплотную займёмся поисками, я вызову сюда всех наших людей… А вот это вам. На всякий случай, как говорит Виктор Павлович, – и Седовласый положил на стол квадратик белого картона, на котором был крупно отпечатан шестизначный телефонный номер. Местный.

– Кого спросить? – деловито осведомился бывший секьюрити.

– И вообще, как к вам обращаться? – уточнил журналист.

– Как хотите, – улыбнулся Седой. – В вашем мире у меня много имён, но все они чужие. А как меня зовут по-настоящему, знают только там, – он махнул рукой в сторону востока, потом сказал уже серьёзно: – Если по этому телефону отвечу не я, просто представьтесь. Предупредят меня моментально и предадут всё, сказанное вами, слово в слово.

5

Седой ушёл. Виктор, погрузившийся в свои мысли, задумчиво пощёлкивал по пустой чайной чашке ногтем. Не желая мешать товарищу, журналист обвёл взглядом веранду.

Похожий на крота критик в очередной раз пересчитал мелочь, извлечённую из всех карманов, печально вздохнул и поплёлся к выходу. Аристарх Мыслемудров уже успел получить в зубы и что-то зло бормотал, шлёпая распухшими губами. Поклонница его таланта преданно погладила своего кумира по руке, потом, заглянув в кошелёк, подозвала официанта, и на столе перед ними появился графинчик с водкой, при виде которого глаза получившего моральную и физическую травму поэта просветлели. Появились и новые люди, некоторых из них Алексеев знал, но вступать в разговор с кем-либо не испытывал ни малейшего желания.

– Ну что? – наконец спросил бывший секьюрити.

– А ты что думаешь? – ответил вопросом на вопрос журналист.

– Похоже, наш седовласый друг и в самом деле не имеет к сегодняшним делам никакого отношения. Во всяком случае, твоя информация его явно ошарашила. Ну, или он гениальный актёр… И потом, если он всё-таки уже заполучил Ключ, на кой чёрт терять на нас время, да ещё и оставлять свои координаты? Не-ет, Седой не врёт. Так что будем исходить из того, что археологов ограбили эти самые пакостные змеепоклонники…

– И что дальше?

– Знаешь, – Виктор зло прищурился, – я никогда в жизни не прощал предателей и людей, которые целенаправленно делают мне гадости. И впредь отказываться от этого принципа не намерен. Огненная тварь, от которой пришлось отстреливаться в Ущелье, и её леденящий напарник мне хорошо запомнились. Мелькнула даже мыслишка тогда, что на этом мой жизненный путь и завершится… Ну а теперь выяснилось, что стоит за всем вполне конкретный прохиндей, который и к пропаже Ключа, вполне возможно, имеет отношение. Лично я очень хочу с ним встретиться и поквитаться. Ну а ты определяйся сам…

– Поругаться хочешь? – тихо спросил Олег.

– Не хочу. Прости… – Бывший секьюрити успокаивающе накрыл его ладонь своей и неожиданно предложил: – Слушай, а не дёрнуть ли нам по соточке? А на закуску я приглядел в меню бутерброды из ржаного хлебушка с солёным салом. Что может быть лучше? М-м-м…

– Давай, – улыбнулся журналист, мимолётная его обида на товарища уже прошла.

– Может, теперь поделишься своими планами? – спросил он после того, как Виктор сделал заказ встрепенувшемуся официанту, который явно считал, что засидевшимся посетителям пора бы уже если не уйти в загул, то отметить посещение заведения по-серьёзному.

– А вот давай прикинем, что у нас имеется, – предложил бывший секьюрити. – Первое: было бы неплохо узнать, кто дал убиенным ныне грабителям наводку на музей? Сам говоришь, что Мишка Шибздик явно знал, где что лежит.

– Думаешь, кто-то из археологов со злодеями стакнулся? И может что-нибудь о заказчиках знать?

– В жизни всякое бывает, – пожал плечами Виктор.

– Сомневаюсь… А знаешь, Евгений говорил мне, что студента, который Ключ в музей переправил, увёз с раскопок какой-то бизнесмен. Я тогда это мимо ушей пропустил, а сейчас подумал, что, судя по описанию, похож этот придурок-оленевод на бывшего Тёминого подельника Жоржа. Не отсюда ли ноги растут?

– Ну, с Жоржа уже не спросишь… Хотя мысль богатая.

– Завтра же разыщу этого студента, – загорелся журналист. – Он наверняка ещё свою простуду лечит.

– Э, нет! – не согласился бывший секьюрити. – Слишком известное ты в университете лицо. Особенно сейчас.