Символ власти - Арсений Евгеньевич Втюрин

Бросив беглый взгляд в сторону сражавшихся воинов, он увидел четверых бегущих к нему убийц и понял, что один справиться с ними не сможет.

Перекинув через борт два мёртвых тела, Трувор схватился за лежавшее на дне весло и, упираясь им в каменистое дно, несколькими сильными толчками отогнал лодку на два десятка локтей от берега. Отсюда князь с любопытством стал наблюдать за тем, как беснуются и размахивают оружием у воды вороги. Он был уверен, что скоро на крики и звон оружия из крепости выбежит стража и всё будет кончено.

– Фью-ю-ю! – раздался над головой знакомый свист летящей стрелы.

Князь повернул голову и увидел в полутора сотнях локтей от себя плывущую в его сторону длинную лодку. Похоже, она пряталась в густом кустарнике на берегу. В ней сидело четверо гребцов и пять или шесть лучников.

Трувор понял, что единственный для него путь к спасению – бегство на другой край озера. Не мешкая он вставил вёсла в уключины, нацелил нос лодки на противоположный берег и начал грести изо всех сил, изредка бросая тревожные взгляды на своих преследователей.

А они приближались. Всё-таки на вёслах сидели четыре человека, а не один.

Вскоре лицо и шея князя покрылись потом. Кольчуга и панцирь сковывали движения, а руки с непривычки начали уставать. В голове маленькими молоточками билась мысль: «Почему же я не послушался Бейнира? Зачем в одиночку вышел за стены крепости?»

Обернувшись через плечо, он с облегчением вздохнул. До берега оставалось не более полусотни локтей, а дальше темнела громада лесного массива. Вот на него князь возлагал все свои надежды. Там можно было, как зайцу, петлять и прятаться.

Едва только под днищем захрустели мелкие камешки, Трувор выскочил из лодки и со всех ног бросился в чащу, стараясь бежать вдоль берега, чтобы попасть в левую часть озера. Князь помнил, что из него вытекает река, а через неё переброшен лёгкий мост на сваях. По нему жители ближайших посёлков ходят в город. Если удастся добежать до моста, то можно будет незамеченным подобраться к крепостным воротам и укрыться в хоро́мах.

– Фр-р-р-р! Фр-р-р-р! – прошелестели совсем рядом две стрелы, заставляя его вильнуть в сторону в надежде сбить прицел лучников.

– Фью-ю-ю! – словно огнём обожгло мочку левого уха и щёку.

Князь на бегу прикоснулся к щеке и почувствовал на своих пальцах липкую кровь.

«Ишь ты, – мелькнула в голове мысль. – Всё точь-в-точь как во сне!»

Сразу за деревьями Трувор увидел петляющую меж кустов тропинку. Он выскочил на нее. Бежать стало намного легче.

Ноги сами несли его вперёд.

Глава 54

Серый туман обволакивал землю и медленно поднимался вверх. Вокруг начало светлеть. Первые лучики солнца скользили по небосводу.

Оставаться подле дерева было уже опасно.

Мысленно поблагодарив богов за своё спасение, Синеус нетвёрдой походкой направился вглубь леса в противоположную сторону от того места, куда ушла спать Рослава.

С каждым шагом силы возвращались к нему. Он начал подумывать о том, а не остановиться ли у развесистой берёзы и попытаться с помощью её сучьев и веток развязать руки. Но не отпускающий душу страх гнал и гнал его вперёд.

Пройдя сотню саженей, князь вышел на утоптанную тропу и устремился по ней, не сомневаясь, что она вскоре выведет к какому-нибудь лесному посёлку.

Тропа уходила, петляя, в сторону озера. Его блестящую гладь он видел слева от себя и, сам того не замечая, ускорил шаг, почти перейдя на бег. Если бы не связанные за спиной руки, то князь мог бы считать себя счастливым человеком, сумевшим избежать мучительной смерти.

Лесная чаща кончилась внезапно. Синеус выскочил на большую поляну, откуда ему открылся вид на небольшой посёлок, стоящий на взгорье.

Пяток домов с пристройками, распаханные внизу поля, а также какие-то огороженные длинными жердями посадки вызвали у него прилив сил и искреннее умиление.

Ноги сами понесли князя вперёд, и он не заметил бесшумно появившуюся из кустов Рославу.

Удар увесистой дубиной под колени отбросил князя в сторону.

Падение было тяжёлым. Синеус со всего маху врезался плечом и головой в землю, задохнувшись на мгновение от боли.

Едва он открыл рот, чтобы криком позвать людей на помощь, как почувствовал на себе тяжесть чужого тела, а на щеке холодное лезвие ножа.

И тут же услыхал злобный голос:

– Закричишь – останешься без глаза!

Синеус замер, понимая, что снова попал во власть двух сошедших с ума от мести баб.

– Что ты с ним возишься? – раздался гневный голос Драга́ны. – Давай заткнём этому псу кляпом пасть!

Сильный удар в живот сбил ему дыхание и заставил широко открыть рот, куда ловкие женские руки затолкали свёрнутый в тугой ком кусок материи.

– Ну вот и всё, милок, отбегался! – засмеялась Рослава, с деланой издёвкой глядя в глаза князю. – Скажи, правитель, сам пойдёшь иль на лошадь тебя положить, аки мешок с репой? Ах, да! Ты ж говорить не можешь. Так хоть головой кивни.

Синеус представил себя на лошади: с одной стороны ноги, с другой голова. Это выглядело как-то уж слишком унизительно.

– Ну что, сам пойдёшь?

Он закрыл глаза и кивнул.

– А я ему не верю, – донёсся до него голос Драга́ны. – Этот убивец снова бежать попытается!

– Не сможет! – захохотала Рослава, накидывая пленнику на шею петлю из сыромятного ремня. – Теперь никуда от нас не денется! Я поведу нашего князя, как бычка на поводу!

От гнева у Синеуса всё поплыло перед глазами.

Такого с ним ещё никогда не было: его, связанного, с кляпом во рту и с петлёй на шее, тащила за собой баба.

Обратный путь показался князю ужасно долгим. Болели руки и ноги, а особенно исколотая мелкими камешками и острыми колючками босая ступня.

Когда они проходили мимо знакомого ему дерева, он с сожалением посмотрел на торчащий из земли корень и тяжело вздохнул.

– Понимаю, княже, – ухмыльнулась Драга́на. – Кабы чуток раньше сумел ноги освободить, то точно сбежал бы от нас, а теперь испей до дна чашу свою. Ту, что боги тебе приготовили!

Сразу за кустами открылась огромная поляна с лежащими поперёк неё поваленными бурей деревьями. Средь них Синеус увидел наскоро построенный шалаш. Похоже, в нём девки провели последнюю ночь.

– Садись! – буркнула Рослава, подведя его к стволу упавшей сосны. – Настояться ещё успеешь.

Она протянула руку и резким движением выдернула у Синеуса изо рта кляп.

Князь откашлялся, прочищая горло, пару раз сплюнул и негромко заговорил:

– Никогда бы не подумал, что