От крестьянок до цариц. Женщины в истории России - Лиз Грюэль-Апер

Первая женщина в мире, получившая звание доктора медицинских наук в Цюрихе, была из Российской империи[678]. Вдохновившись ее примером, многие девушки эмигрировали в Швейцарию. 70 % из них выбрали медицину: некоторые окончили обучение и стали врачами; другие устремились к радикальной революционной деятельности.

Правительство наконец осознало, что контролировать женщин на родине проще, чем разбираться с революционерками, которыми те становились за границей, и в 1872 году появились медицинские курсы для женщин. Условия обучения были очень строгими: некоторые студентки умирали от туберкулеза, часто они получали финансовую и моральную поддержку от «триумвирата». Большинство новых женщин-врачей были отправлены на фронт (во время Крымской войны, затем во время войны 1877 года против турок). Они хорошо себя показали и проявили истинный героизм: искали раненых под пулями, сами проводили операции и т. д.

С этого момента медицинские способности женщин в России больше не подвергались сомнению. Земства (органы самоуправления в губерниях) стремились привлечь их на службу, несмотря на ограничения, которые иногда накладывали губернаторы. К концу 1870-х годов Россия значительно опережала остальную Европу по числу женщин-врачей.

Стоит отметить, что всем активисткам феминистского движения удавалось найти деньги для поддержки ассоциаций, частных курсов, которые продолжали свою деятельность вопреки и назло правительству. Откуда же брались деньги? Благотворительные взносы делали представители дворянства и, очевидно, женщины, а не мужчины. Значит, им помогали другие женщины. Курсы работали благодаря финансовой помощи от женщин. По мнению Стайтса[679], благоприятная ситуация в целом, связанная с правом наследования женщин в традиционной Руси, тут не при чем. Наверное, этот момент все же имеет значение, потому что наши активистки не работали, в том смысле, что им не приходилось зарабатывать на жизнь, а деньги можно было получить только из личного состояния. Вот пример, заслуживающий одобрения: когда деньги, полученные женщиной по наследству или в качестве приданого, позволили другим женщинам продвинуться по стезе образования и, следовательно, обрести финансовую независимость (то есть выйти за рамки, установленные сословием, за пределы отведенной им роли). Конечно, это было проявлением воли учредительниц движения, но также разумным использованием финансовых средств, разрешенным законами, которые покровительствовали женщинам.

Однако не стоит питать иллюзий, поскольку все эти успехи были невелики. Они затронули судьбы в лучшем случае нескольких тысяч женщин, в то время как огромная масса крестьянок осталась в стороне. Достижение всеобщего равного образования станет задачей XX века. Однако женщины, о которых идет речь, были выдающимися первопроходцами, а их деятельность послужила примером для других поколений.

Нигилистки

Но предоставление права на учебу не всегда рассматривалось новым поколением как самоцель, и, как мы уже говорили, оно часто трансформировалось в критику общественных устоев.

Нигилизм – это критическое отношение к социальным условностям и традициям, нигилист/нигилистка не признавал(-а) общепринятых ценностей. Впервые этот термин был использован Иваном Сергеевичем Тургеневым в романе «Отцы и дети» (1862). Хотя взглядам самого писателя не был присущ радикализм, он был очень чуток ко всем течениям своего времени и верно отражал в литературе их суть.

Описывая нигилизм, Тургенев дает следующее определение своему герою Базарову: «Нигилист – это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружен этот принцип». Нигилисты считали, что общественного прогресса можно достигнуть только путем научного изучения сути вещей. Отвергая религию, предрассудки и традиции, они отдавали предпочтение позитивизму, материализму и научным исследованиям, особенно естественным наукам и медицине. Они не верили в любовь и поэзию, но выступали за равенство полов и были готовы помочь любой женщине, разделявшей их идеи и/или желавшей учиться, что в то время означало нарушение всех табу. Не все представители дворянства были готовы позволить девушкам учиться. Поэтому многие дворянки становились нигилистками. Формулировка, предложенная Альперн Энгель, – «матери и дочери» – отражает серьезный конфликт поколений и так же верно передает суть эпохи, как и название романа Тургенева. Воспитание благородных девиц уже не соответствовало ожиданиям, и «молодые люди» давали об этом знать. Их одежда стала простой, даже аскетичной: прощайте кринолины и оборки, в моду вошли короткие волосы и строгие черные платья с высокими воротничками. Некоторые девушки доходили до того, что не выводили пятна со своих платьев. И если для того, чтобы обмануть бдительность родителей, приходилось при помощи доброжелательного приятеля изобретать хитрые схемы, что ж, они шли и на это.

Стоит отметить, что, нахватавшись революционных идей с Запада, а именно из Франции, молодые нигилистки оказывались по другую сторону баррикад по отношению не только к своей семье, но и своему сословию. Что касается родителей, их все это доводило до белого каления: как, дочери дворян, дворянки по крови, хотят учиться и зарабатывать на жизнь!

Мария Обручева-Бокова

Мария Обручева-Бокова первой вступила в фиктивный брак в 1851 году, что позволило ей учиться. Дочь генерала из дворянской семьи хотела стать врачом, но столкнулась с семейными предрассудками. Брат Марии, разделявший ее прогрессивные идеи, пришел ей на помощь, предложив заключить фиктивный брак со своим другом, молодым врачом Боковым. По законам того времени брак давал девушке (а также молодому человеку) независимость, в том числе экономическую. Брак был заключен, и Мария сразу же приступила к учебе. Молодая пара сняла квартиру, где у каждого была своя комната, супруги уважали личное пространство друг друга. Их отношения менялись и из дружеских стали любовными. Мария по-настоящему стала женой Бокова. Затем на медицинских курсах она познакомилась с молодым профессором Сеченовым, в которого влюбилась. Сеченов переехал к супругам, образовался «менаж а труа», или брак втроем. Мария попросила Бокова о разводе, на что тот согласился и остался другом пары. История этого трио послужила сюжетной основой романа Чернышевского «Что делать?» (1862). Мария стала второй русской девушкой, получившей степень доктора медицины в Цюрихском университете. Первая, Надежда Суслова, была подругой Марии.

Надежда Суслова

Надежда не принадлежала к аристократии, что, впрочем, давало ей некоторые преимущества. Она родилась в небольшой деревне, ее отец был управляющим у богатого графа Шереметева и впоследствии сумел получить вольную. Родители Надежды поддерживали ее стремление к учебе (а также ее сестры Аполлинарии[680]), поскольку видели в этом средство социального продвижения. Обе девочки сначала были приняты в московский пансион, а затем вслед за родителями перебрались в Санкт-Петербург. В 1861 году Надежда одновременно с подругой Марией сдала экзамен на степень бакалавра, и они обе поступили в качестве вольнослушательниц в Санкт-Петербургскую медико-хирургическую академию. Надежда увлекалась физиологией, в 1862 году в «Императорском вестнике» была опубликована ее первая научная статья. Ее карьера пошла бы