Круг Дней - Кен Фоллетт

их запах хоть немного замаскировался запахом коров. Животные привыкли к людям. Бык хмыкнул на Бейза, но потом решил не беспокоиться по его поводу. Коровы бросали на пришельцев взгляды и отворачивались, не проявляя интереса.

Бейз и Гида остановились и напряжённо прислушались, пытаясь определить, где сейчас скотоводы. Люди редко бывают абсолютно безмолвны. Они разговаривают, кашляют, шмыгают носом, насвистывают мелодию или поют. Если спят, то бормочут или храпят. Через несколько мгновений Гида указала на северо-запад. Бейз кивнул. Он ничего не слышал, но знал, что у неё слух лучше.

Он оглядел коров вокруг. Ни одна из них не была жирной или даже мясистой. Все они пострадали от засухи. Бейз хотел найти здоровое молодое животное, тёлку или бычка, молодую самку или кастрированного самца, которые, скорее всего, будут послушными, и их можно будет тихо увести. Он указал на тёлку и жестом спросил Гиду.

У неё через плечо висела кожаная сумка. Она достала из неё горсть душистого свежего таволжника, найденного на небольшой поляне в том, что осталось от Западного Леса. Ни Бейз, ни Гида не знали, будут ли коровы есть с руки, как собаки.

Гида встала, рискуя быть замеченной скотоводами.

Корова понюхала таволжник, но отвернулась. Это было разочарованием.

Гида попробовала с другой коровой. Та высунула длинный язык, обхватила им траву, быстро отправила в рот и с довольным видом принялась жевать.

Пока она ела, Гида накинула ей на голову верёвку.

Она отошла, потянув за верёвку, и корова пошла за ней.

Они поймали корову.

Гида остановилась, чтобы дать ей ещё немного таволжника, затем пошла дальше, мягко потягивая. Корова послушно шла следом, не издавая ни звука.

Бейз встал и пошёл за Гидой. Они проделали всё это, не потревожив скотоводов. Очевидно, ключ к успеху был в тишине. Им это удалось, пока что.

Внезапно Бейз почувствовал, как крыло коснулось его щеки. Он невольно вскрикнул от неожиданности и страха. Он услышал громкий и отчаянный писк маленького зверька. Гида закричала.

У своих ног Бейз увидел, как сокол борется с длинношеей лаской. Сокол был большой, с размахом крыльев в длину человеческой руки, а ласка не больше ладони, но зверёк отбивался, извиваясь и кусаясь. Тем не менее, сокол взмыл в воздух с лаской в когтях и через мгновение растворился в ночной тьме. Крики ласки затихли.

И тут бешено залаяла собака скотоводов.

— Иди туда, — сказал Бейз Гиде, указывая на дуб. — Как можно быстрее, но не пугай корову. Я пойду в противоположную сторону и отвлеку их. Встретимся в Круглом Лесу.

Гида спокойно перешла на рысцу, ведя корову.

Бейз, согнувшись, побежал огибая стадо к точке восточнее того места, откуда доносился лай. Пробежав значительное расстояние, он остановился и вытащил из наплечной сумки кремневый нож. Он вонзил остриё в зад быка и быстро шагнул за другое животное, убирая нож и беря в обе руки тяжёлую дубину.

Бык взревел, громко и низко, и рёв этот был слышен всему стаду. Бейз опустился на колени и внимательно прислушался к лаю собаки. Он понял, что, как он и надеялся, собака движется к нему, удаляясь от Гиды. Он поднял дубину и занёс её над правым плечом, готовый нанести удар.

Он замер. Пёс, заливаясь лаем, нёсся прямо на него, и Бейз уже слышал топот бегущих скотоводов. Но собака пробиралась между коровами проворнее, и через мгновение Бейз её увидел.

Пёс увидел его и оскалил клыки. Бейз знал, что должен утихомирить его одним ударом. Пёс прыгнул. Бейз взмахнул дубиной и ударил его в прыжке, точно в голову, за ухом. Пёс рухнул на землю и затих.

Бейз развернулся и побежал.

Он выбрался из стада. Далеко справа он едва разглядел бегущую Гиду с коровой. Она уже миновала дуб и вот-вот должна была скрыться за холмом. Чтобы отвлечь от неё внимание скотоводов, Бейз взял левее. Впереди виднелся небольшой лесок, слишком маленький, чтобы стать домом для племени, но если ему удастся до него добраться, его никогда не найдут.

Он был уверен, что обгонит скотоводов. Они не были охотниками и редко бегали, за исключением их гонцов-быстроногов. Лесовики охотились на оленей, поэтому им приходилось бегать быстро.

Скотоводы, возможно, пришли к тому же выводу, потому что топот за его спиной прекратился. Он оглянулся через плечо и увидел, что они не сдались, а остановились, чтобы прицелиться из луков. Он тут же начал бежать зигзагами, чтобы им было труднее навести на него прицел. Две стрелы пролетели мимо и упали впереди, но он знал, что их меткость будет расти. С огромным усилием он ускорил шаг и стал петлять ещё чаще. Стрелы ложились всё ближе, но ни одна не попала, а вскоре они и вовсе перестали долетать. Он был вне досягаемости. Скотоводы снова побежали за ним, но без толку, он был уже слишком далеко. Они остановились, без сомнения, решив, что теперь его не догнать.

Он добрался до рощицы и скользнул в кусты. Оглянувшись сквозь листву, он увидел, как двое скотоводов с луками в руках уныло бредут обратно к стаду.

«Мы сделали это, — подумал он. — Ну вот мы уже и крадем скот».

И он задумался о том, как в следующий раз провернуть это дело лучше.

*

Старейшины собрались в Излучье, чтобы обсудить послание, принесённое с запада быстроногой, молодой женщиной по имени Фали. Она сказала:

— Зед просил передать, что каждую ночь мы теряем по одной корове из-за воров. Мы предполагаем, что это лесовики из племени Бейза. Они приходят ночью и тихо уводят корову, не производя никакого шума.

— Так не может продолжаться, — тут же заявил Скагга. — Если мы и дальше будем терять скот такими темпами, мы, скотоводы, вымрем.

Ани пришла в ярость.

— Это твоя вина! — вырвалось у неё. — Им не нужно было бы воровать, если бы ты не уничтожил их дом!

— Я ничего не мог поделать! — сказал Скагга.

Он бы сказал что-то ещё, но Кефф его прервал.

— Ани, Скагга, нет смысла спорить, чья это вина. Мы должны думать о будущем. Что мы будем делать, чтобы прекратить это воровство?

Заговорила Джара. Она, тоже старейшина, являлась сестрой Скагги, но при этом была более рассудительна.

— Мы не сможем это никак остановить, — сказала она. — Они будут продолжать воровать коров, потому что иначе им грозит голодная смерть.

«Она, вероятно, права», — с отчаянием подумала Ани.

Скагга поддержал сестру.

— Мы