Проект "Саккара" - Андреас Вильгельм

Рядом с ними, тут и там, тянулись тончайшие каменные нити, словно паутина, свисающие со свода. Ржаво-красные и почти чёрные сталактиты образовывали органические колонны, тянущиеся от потолка до пола на десять метров вниз. А там, внизу, возвышалась сверкающая жёлто-белая гора бесчисленных сталагмитов, словно монументальный орган, безмолвно исполняющий хор какой-то альтернативной реальности.

— Это, должно быть, формировалось на протяжении многих тысячелетий в совершенно другом климате, — взволнованно сказал Питер. — И эта влага до сих пор не исчезла... Какая сенсация! Патрик! Мы нашли настоящую сталактитовую пещеру в пустыне. Значит, артефакт, который Оливер Гарднер дал нам в Гамбурге, действительно из Саккары! Мы на верном пути.

— Да, похоже, так и есть, — сказал Патрик, — но за нами всё ещё следят, и нам следует поторопиться, чтобы добраться до места назначения.

— Да, конечно! — кивнул Питер и осмотрел окрестности при свете фанаря. Они обнаружили проход, который вёл их дальше, мимо похожего на собор зала, в другой туннель.

Коридор довольно хаотично петлял по лабиринту пещер. Иногда приходилось протискиваться сквозь узкие расщелины, поскольку путь преграждали массивные сталактиты. Иногда туннель становился настолько низким, что им приходилось двигаться только согнувшись. Только относительно ровная поверхность подсказывала, что они действительно находятся на пути к неизвестному пункту назначения.

Наконец они добрались до первого ответвления. Здесь проход был немного шире, и в луче фонарика Мелисса заметила слева нишу. Пол там был такой же ровный. Это был единственный признак того, что это тоже может быть подходящим маршрутом. Тем не менее, они решили продолжить путь прямо. Они запомнили это место на случай, если придётся вернуться и выбрать другой маршрут.

Их путь становился всё труднее. Они провели под землёй уже несколько часов. Холод промокшей одежды и физическое истощение тяготили их. Вскоре у них уже не оставалось восхищенных взглядов на чудесные окрестности, и они сосредоточились исключительно на своих шагах. Всё чаще им приходилось карабкаться по огромным насыпям из натечного камня, протискиваться мимо сталактитов или, прижавшись к нависающим стенам, преодолевать узкие уступы. Они часто встречали развилки похожей формы, но упорно держались основного маршрута. Хотя они, вероятно, всё дальше удалялись от входа в подземелья некрополя, они всё ещё надеялись, что в конце самой широкой тропы есть другой выход. Всё это время они полагали, что следуют по истинному пути, хотя нельзя было исключать, что природная форма этих сталактитовых пещер подыгрывает им. Но никто из них не хотел высказывать эту мысль вслух.

Наконец коридор расширился, превратившись в огромную пещеру, большую, чем любая из тех, которые они миновали с тех пор, как прошли через подземный собор.

— Мне нужно немного отдохнуть, — сказал Питер и сел на округлый кусок камня, похожий на зачаток сталагмита.

— Мы могли бы сделать небольшой перерыв, — согласилась Мелисса, тоже садясь на камень.

— Кажется, мы давно оторвались от преследователей. — Патрик, взявший фонарик какое-то время назад, осветил окружающие их стены. — Эта пещера кажется бесконечной. Я уже бывал в нескольких сталактитовых пещерах, но никогда ещё проходы не были такими бесконечными! Разброс коридоров огромен. Меня не покидает ощущение, что мы постоянно идём по руинам древнего комплекса, изначально искусственного сооружения, деформированного наросшими на них сталактитами.

— Ну… насколько я помню… — вмешался Питер, — сталактиты растут очень медленно…

— Конечно, — сказал Патрик, — говорят, это примерно миллиметр каждые десять лет, то есть метр каждые десять тысяч лет. Но, возможно, что-то настолько ускорило этот естественный процесс, что...

Он покачал головой.

— Подумайте, сколько лет тому образцу с заключённым в нём артефактом!... Я думаю... Даже если это кажется невозможным... Если эти сталактиты действительно такие старые, как выглядят, всё, что они покрыли и на чем они наросли за это время, должно быть по меньшей мере столь же древним... Остатки затерянной культуры... Существовавшей задолго до появления древних египтян.

Патрик продолжал освещать всё вокруг. Он обнаружил несколько коридоров, ответвляющихся от пещеры. Однако на этот раз решение оказалось не столь очевидным.

— Вы, ребята, побудете здесь немного? — спросил он. — А я пока пройдусь по коридорам, чтобы мы знали, куда они ведут. Но фонарик я возьму с собой. Минут на десять. Хорошо? Вы можете поговорить.

Питеру не нравилась мысль о том, что ему придется сидеть в пещере без какого-либо источника света, но Мелисса ответила за них обоих:

— Почему бы и нет? Мы найдём, о чём поговорить, правда, профессор?

— Ну... Да... Конечно, почему бы и нет, — неохотно повторил Питер.

Через мгновение Патрик скрылся со своим фонариком в одном из коридоров, и на них опустилась темнота.

— Ну вот мы и здесь, профессор? — раздался в темноте голос Мелиссы. — Вы уже представляете, что мы можем здесь найти?

— Пока что я надеюсь, что мы найдём выход, — ответил Питер. — Должен честно признаться, что чувствую себя здесь крайне неуютно. Мы застряли в этом гигантском лабиринте и понятия не имеем, выберемся ли мы отсюда и как это произойдет.

— О да, это жутко. Но в основном, пока мы просто шли по следам и тропам, а они должны куда-то вести, не так ли? Никто не строит каналы без необходимости... И эта змеиная голова... Или этот вход над головой Апофиса... А ещё есть последователи Тота, которые преследуют нас... Они ясно дали понять, что здесь есть что-то, что стоит защищать.

— Ваш оптимизм напоминает мне Патрика, — сказал Питер. — Хорошо, что вы так говорите, Мелисса. Я сам скорее книжный червь. У меня нет опыта в этой области. Хотел бы я так же верить в счастливый конец.

— В конце концов, вы столько раз делали правильные выводы, расшифровывали рукописи и нашли «Изумрудную Скрижаль» на Родосе. Разве это не ваша заслуга?

— Мы с Патриком хорошо дополняем друг друга.

— О, не преуменьшайте свою роль, Питер. Могу ли я называть вас по имени, профессор?

— Конечно, Мелисса, — улыбнулся Питер. Он был рад, что она рядом и помогает ему отогнать гнетущие мысли.

— Как вы думаете, Питер, что находится в конце этой пещеры? Есть ли у вас какие-нибудь гипотезы?

— Честно говоря, нет. Мы действительно ищем истоки мудрости и знания, но это определение крайне расплывчато. «Изумрудная Скрижаль» тоже описывалась подобным образом, но на самом деле это была каменная стела с повествовательным текстом, слегка приправленным философией. Сама по себе она была лишь указателем; настоящей мудрости она не содержала. Архив