Там, где кончается тревога. Психологический роман-терапия о свободе, которую обретает человек, избавляясь от тревожности, страхов и панических атак - Павел Алексеевич Федоренко

– И?

– Я встала возле холодильника с молоком и стала изучать свою тревогу. Где она в теле, какая она. И знаете что… – Марина улыбнулась удивленно. – Она была похожа на шарик с иголками в груди. Красно-оранжевый, размером с апельсин, колючий и горячий.

– Прекрасное описание. Что дальше?

– Я представила, что разговариваю с этим шариком. Сказала: «Привет, тревога. Вижу, ты беспокоишься за мою безопасность. Спасибо за заботу. Но сейчас я в безопасности. Можешь не так сильно стараться». И… это было невероятно… она стала меньше! Не исчезла, но стала размером с мандарин и не такой колючей.

Егор чувствовал, как что-то теплое разливается в груди. Это был тот момент, ради которого он занимался психологией, – когда человек делает прорыв и понимает, что может справиться со своими страхами.

– Марина, вы сделали огромный шаг. Вы поняли на собственном опыте самое важное: с тревогой можно дружить.

– Да, но у меня есть вопросы, – сказала она, листая блокнот. – Почему иногда это работает, а иногда нет? Вчера пыталась пойти в поликлинику с Лизой, и техника не помогла. Пришлось вызывать мужа с работы.

– А что было по-другому вчера?

Марина задумалась:

– Ну… Утром поругалась с Игорем. Он опять забыл, что обещал отвезти Лизу к стоматологу, записался на встречу с клиентами. Я разозлилась, сказала ему… – Она остановилась.

– Что сказали?

– Что он эгоист и думает только о работе. Что детям тоже нужен отец, а не банкомат. – Марина покраснела. – Мы поссорились. Он хлопнул дверью, а я осталась злая и расстроенная.

– И с этими чувствами пошли в поликлинику?

– Да. А там еще очередь, духота, Лиза капризничает… И тревога накрыла как цунами. Никакое наблюдение не помогало.

Егор взял лист бумаги и нарисовал простую схему:

– Марина, представьте, что у каждого человека есть внутренний резервуар для стресса. Обычно он наполнен процентов на тридцать – обычные житейские заботы. В таком состоянии техники работают хорошо.

Он нарисовал резервуар, заполненный на треть.

– Но когда вы ссоритесь с мужем, уровень стресса поднимается. – Он дорисовал резервуар, заполненный на две трети. – И теперь достаточно небольшого дополнительного стресса – очереди в поликлинике – чтобы резервуар переполнился.

– То есть дело не в том, что техника не работает?

– Дело в том, что в состоянии высокого стресса любые техники работают хуже. Это нормально. Даже опытные психологи иногда не могут справиться с тревогой, если день был особенно тяжелым.

Марина выглядела облегченной.

– А что тогда делать в таких ситуациях?

– Есть несколько стратегий. Первая – профилактика. Не копить стресс, решать проблемы по мере поступления. Вторая – в моменты переполнения резервуара быть к себе мягче, не требовать невозможного.

– А третья?

Егор улыбнулся:

– Третья – изучить то, что переполняет резервуар. В вашем случае – отношения с мужем. Но об этом мы поговорим позже. Сейчас важнее закрепить то, чему вы уже научились.

Он достал новый лист.

– Давайте поговорим о четырех ключах к свободе от тревоги. Первый ключ вы уже используете – принятие. Вместо того чтобы бороться с тревогой, вы ее принимаете.

– Да, это работает. Но как принимать то, что очень неприятно?

– А как вы принимаете дождь?

– Как это?

– Ну, если на улице дождь, вы же не выбегаете с криками «Прекратись!». Вы берете зонт или остаетесь дома.

– Это логично.

– Вот и тревога – такая же погода, только внутренняя. Можно кричать на нее, а можно просто взять «зонт» – техники работы с ней – и спокойно идти дальше.

Марина кивнула с пониманием.

– Второй ключ – проживание, – продолжил Егор. – Вы уже это делали в магазине, когда изучали тревогу через тело. Чем подробнее вы ее исследуете, тем быстрее она слабеет.

– А почему так происходит?

– Тревога питается нашим сопротивлением и борьбой. Когда мы перестаем сопротивляться и начинаем изучать, ей становится скучно и она уходит искать более благодарную аудиторию.

Марина засмеялась:

– Как капризный ребенок!

– Именно! Третий ключ – безразличие. Когда тревога понимает, что вы к ней равнодушны, что она не может вами управлять, она теряет интерес.

– А четвертый?

– Дружба. Самый неожиданный, но очень эффективный способ.

– Как можно дружить с тем, что мешает жить?

Егор откинулся в кресле.

– Знаете, Марина, я расскажу вам историю из собственной жизни. Когда мне был двадцать один, я страдал от панических атак. Они начинались внезапно – сердце колотилось так, что казалось, выпрыгнет из груди, не хватало воздуха, кружилась голова.

– Как у меня…

– Точно так же. И я делал все то же, что делают все: боролся, избегал, пытался контролировать. Три года ада. А потом произошло кое-что, что изменило все. Я ехал в автобусе на работу – тогда еще иногда мог ездить в транспорте, но с огромным трудом. И вдруг почувствовал знакомые симптомы: сердцебиение, нехватка воздуха. Обычно я бы запаниковал, стал искать выход, просить остановить автобус.

Егор помолчал, вспоминая тот давний день.

– Но в тот раз я был так устал от борьбы, что подумал: «Ну и ладно. Пусть будет паническая атака. Мне все равно». И знаете, что случилось?

– Что?

– Ничего. Симптомы были, но они меня не пугали. Я сидел и думал о работе, смотрел в окно. А через несколько минут заметил, что сердце бьется нормально.

– И все?

– Не совсем. Я понял, что мой страх панических атак был страшнее самих атак. И тогда я решил провести эксперимент – стал специально вызывать тревогу.

Марина удивленно подняла брови:

– Специально?

– Да. Есть такая техника – «Цунами». Ты сам вызываешь тревогу в воображении, представляешь самые страшные симптомы, катастрофические сценарии. И проживаешь это все, не убегая.

– Зачем?

– Чтобы показать мозгу: я не боюсь тревоги. Более того, я сам могу ее контролировать. Это как приручение дикого животного – сначала ты его боишься, а потом понимаешь, что оно не такое уж страшное.

– И помогло?

– Еще как! Через месяц таких тренировок панические атаки стали редкостью. А через полгода исчезли совсем. Потому что я перестал их бояться.

Марина слушала с открытым ртом.

– То есть вы предлагаете мне специально вызывать тревогу?

– Пока нет. Вы еще не готовы. Сначала нужно освоить принятие и проживание. А техника «Цунами» – это высший пилотаж, когда вы уже не боитесь тревоги и готовы с ней играть.

– А дружба? Как подружиться с тревогой?

Егор улыбнулся:

– Дайте ей имя. Назовите, например, Тревожка. Когда она приходит, поздоровайтесь: «Привет, Тревожка! Как дела? Опять переживаешь за мою безопасность?» Разговаривайте с ней как с заботливой, но излишне опекающей