Отец подруги. Мой ад и рай - Леди Найт

Мне было неловко за то, что я приняла поддержку Романова, поэтому теперь размышляла о том, как бы поделикатней избавиться от его общества.

Мы поднялись на нужный этаж, и мужчина показал мне замок на двери моей квартиры.

— Мастер не смог его отпереть, пришлось сломать. Дверь теперь не запирается, — объяснил он. — Я бы поставил новый прямо сейчас, но твои соседи будут не шибко рады, что мы сверлим в столь поздний час. Утром мастер вернётся и поставит тебе новый замок.

— Спасибо, Егор Васильевич, я вам очень признательна.

— Я останусь с тобой, Женя, — сообщил он. — Мало ли...

Мысль о том, чтобы ночевать в одной квартире с этим ужасным мужчиной, казалась мне дикой. Он просто ищет способ, чтобы затащить меня в постель побыстрее. Мне даже положить его некуда. У меня один диван, и всё.

— Я не хочу, чтобы вы ночевали у меня, — твёрдо сказала я.

Сняла с себя пиджак и протянула его хозяину. Нельзя пускать его в квартиру! Нельзя!

— Жень, упокойся, пожалуйста! Я не оставлю тебя одну со сломанной дверью, — также упрямо заявил Романов. — Хочешь, чтобы тебе ещё и хату ночью обнесли? Извини, но так дело не пойдёт.

Он прав. Я глаз не сомкну, зная, что дверь не заперта, но и в его присутствии вряд ли смогу заснуть. Грабителей я боялась сильнее, чем Егора Васильевича, поэтому пришлось уступить.

— Я постелю вам на полу, — сразу предупредила я.

— Ладно, — пожал он плечами, криво усмехнувшись.

Наконец, мы вошли в квартиру. Романову не нужно было особого приглашения. Он быстро оглядел все комнаты и уселся за кухонным столом.

— Ты есть хочешь? — обратился он ко мне. — Я закажу что-нибудь.

— Нет.

— Надо, Женя! — настаивал мужчина.

У меня с обеда крошки во рту не было, но и аппетита я тоже не ощущала. Мне хотелось помыться и лечь спать. С первым будет непросто, учитывая содранные ладони.

— Закажите на свой вкус, — отмахнулась я и спряталась от Романова в ванной.

С трудом приняв душ, я снова поплакала, жалея и коря себя за свою опрометчивость. Выходить совершенно не хотелось, но оставлять надолго Егора Васильевича одного было невежливо. Он всё-таки мой гость.

Когда я вышла, он сидел на том же месте. Гладил Томми, забравшегося ему на колени, задумчиво глядя перед собой. По осунувшемуся лицу Романова было видно, что он устал не меньше моего.

Стол был накрыт на две персоны, видимо, уже привези заказ, и мужчина заботливо разложил еду по тарелкам. Помимо прочего, на столе стоял подаренный им букет, небрежно засунутый в банку с водой, и бутылка коньяка. Это он для себя спиртное купил, надеюсь?

— Присаживайся, Женя, — засуетился он, заметив меня.

Я запахнула потуже банный халат и прошла к столу. Выглядело всё очень аппетитно. Может, и впрямь поесть?

— Ещё раз спасибо, Егор Васильевич, — поблагодарила я его, садясь на соседний стул.

— Выпьешь? — схватился он бутылку.

— Я вообще не пью.

— Чуть-чуть, чтобы стресс снять, — уговаривал он, разливая коньяк по стаканам.

— Хотите, чтобы я напилась?

— Я не дам тебе напиться, обещаю. Не бойся, приставать не буду.

— Слабо верится, — осмелела я. — Вы только и делаете, что ко мне пристаёте, — напомнила ему.

— Я животное, по-твоему? Я же понимаю, что тебе сейчас не до романтики. Думаешь, я настолько конченный? Пей, — протянул он мне стакан. — И не выдумывай то, чего нет на самом деле.

10. Евгения

Мы оба выпили залпом коньяк, и я закашлялась с непривычки.

— Закусывай, Женя, — усмехнулся Егор Васильевич. В спешке я потянулась за вилкой, хватая из тарелки первое, что попалось. Сам он закусывать не стал. — Где у тебя аптечка? — напомнил он о моих ссадинах. Я хотела подняться из-за стола, чтобы найти коробку с лекарствами, но тяжёлая ладонь мужчины легла на моё плечо, не давая возможности это сделать. — Кушай-кушай! Я сам!

— Там в шкафу, — указала я на кухонный гарнитур. — На верхней полке.

Егор Васильевич ссадил кота на пол и без труда нашёл коробку. Засучив рукава своей белоснежной сорочки, он вымыл руки и опустился рядом со мной на колени.

От его близости у меня кусок в горло не лез. Спокойствие мужчины меня пугало и восхищало одновременно. Когда он взял мою руку в свою, я почувствовала, как по спине пробегает лёгкая дрожь. Это было нелепо, я пыталась оставаться спокойной, но он делал меня уязвимой.

Я сидела на краю стула, стиснув колени, пока Егор Васильевич обрабатывал мои царапины. Его пальцы были уверенными и мягкими, он аккуратно прикасался к моей коже, и в этот миг моё сердце пускалось в галоп. Я вся вспотела, будто в кухне непрерывно работала плита.

Почему я вообще позволяю Романову делать это? Я что, сама не могу обработать себе ссадины? А ещё на медика учусь. Потому что Егор Васильевич хотел этого и делал с моего молчаливого согласия.

Я знала, что он хочет не просто помочь. Сегодня он показал, что я без него беспомощное существо. До появления Романова в моей жизни, я что-то не припоминала подобных случаев.

Закончив с руками, он отодвинул край моего халата, чтобы обработать колени. Они не так сильно пострадали, как ладони, но Егор Васильевич отнёсся к ранкам с неменьшим вниманием.

Мы оба не произнесли ни слова за это время, и это молчание напрягало до такой степени, что, казалось, воздух искрит. Мужчина мягко касался моей ноги пальцами, а я уже не знала, куда себя деть. Я не смогла бы с ним встречаться, а тем более заниматься сексом. Я бы просто умерла.

— Достаточно! — не выдержала я, запахнув халат. — Спасибо, — с облегчением оттого, что всё закончилось, выдохнула я.

— Почему ты так меня боишься?

Я не знала, что ответить. Витавшая в воздухе напряжённость никуда не делась. Внезапно я поняла, что этот момент мог стать чем-то большим, чем просто оказанием первой помощи. Если бы Романов так захотел.

— Я вас не боюсь, — внезапно произнесла я, хотя это было далеко от истины.

Я боялась не столько его, сколько того, что моя жизнь изменится, если я позволю ему приблизиться ещё сильнее.

Егор Васильевич ничего не ответил. Просто поднялся на ноги и убрал лекарства на место. Мои страхи слились в одну неведомую силу. Я даже не заметила, как уже почти запуталась в своих чувствах. Всё только усложнялось с каждой минутой.

Чувствуя, что нужно как-то разрядить обстановку, я попыталась изменить тему:

— Как думаете, мою сумку найдут?

— Я сделаю