Заноза с топором - Дафни Эллиот

— Вопросы? — наконец произнёс он в микрофон.

Мгновенно вверх взметнулись десятки рук. Я с облегчением выдохнула. Может, мне и вовсе не придётся выходить к микрофону. Мы были здесь уже сорок минут, а до середины повестки ещё не дошли.

Пока Коул отвечал на вопросы как настоящий профи, я поймала себя на том, что снова ищу глазами Гаса. Этот засранец вечно попадал в моё поле зрения. Джинсы, ботинки и вечно недовольная физиономия — классика.

Что он вообще тут делает? Насколько я поняла, он теперь тот ещё отшельник, да и в общении звёзд с неба не хватает.

Но если я думала, что отделаюсь лёгким испугом, то ошибалась. Горожане явно не боялись растянуть собрание хоть до полуночи.

Так что спустя час я всё ещё сидела в металлическом складном стуле, с онемевшей пятой точкой, когда мэр Ламберт встал.

— А теперь я бы хотел пригласить мисс Хлою Леблан из Strategic Timber, чтобы она представилась.

Я глубоко вдохнула, встала и пригладила юбку. Все взгляды были прикованы ко мне, пока я медленно шла к трибуне.

Я родилась и выросла в Мэне, но здесь я была чужая. Уехала так давно, что, по местным меркам, была «с чужих краёв». А учитывая историю компании Hebert Timber, подозрения ко мне были оправданы. Но я не ожидала, что меня будут встречать десятки молчаливых лиц, ни одного из которых я не узнавала, под звон моих каблуков по лакированному полу.

Улыбнувшись как-то натянуто, я встала за трибуну и поправила микрофон.

— Добрый вечер. Меня зовут Хлоя Леблан.

Я окинула взглядом зал и встретила только хмурые лица. Чёрт. Это было сложнее, чем я думала. Я вкратце рассказала о своей компании, о наших целях, о том, насколько я уважаю значение лесозаготовительной отрасли для этого региона и местного сообщества.

Когда закончила свою часть, выдохнула. Всё прошло лучше, чем я ожидала. Но стоило мне сделать шаг назад от микрофона, как один из мужчин в зале поднялся.

— Вопросы не принимаются, — твёрдо сказала я.

Мэр, будто не слыша, прошёл по проходу и передал мужчине микрофон.

— Что вы собираетесь делать с наркотиками, которые приходят к нам из Канады? — спросил он с яростью в голосе.

Меня поразил его тон, но я заставила себя улыбнуться.

— Мы тесно сотрудничаем с правоохранительными органами.

Женщина, сидевшая рядом, вырвала микрофон из его рук.

— Вы собираетесь уволить людей?

По залу прокатился гул.

Моя цель не была в сокращениях, но покупка компании и внедрение изменений часто сопровождались кадровыми перестановками. Это реальность бизнеса.

Но прежде чем я успела сформулировать внятный ответ, меня накрыла лавина вопросов.

— Вы считаете себя ответственной перед городом?

— Все прибыли уедут за пределы Мэна? Вы должны инвестировать на месте!

— А с чего вы вообще взяли, что способны управлять лесозаготовительной компанией?

У меня дёрнулось веко, а в ушах загрохотал пульс. Я — профессионал. Я умела держать удар. Но здесь... здесь все были не просто скептически настроены. Они были злы. Враждебны. И задавали вопросы, которые вообще не входили в их компетенцию.

И тут, на краю моего зрения, я увидела, как к трибуне двинулся кто-то в клетчатом.

Сердце подпрыгнуло и тут же упало.

Гас.

Он шёл медленно, хмурясь. Я отступила в сторону, когда он подошёл достаточно близко, чтобы я почувствовала тепло его тела.

Он наклонился к микрофону. И, если я не ошиблась — он улыбался.

— Хватит, Даг, — сказал он. — Мисс Леблан не упомянула, что она и Strategic Timber уже десятилетиями работают с местными лесными компаниями. Вся моя семья рада приветствовать её и её команду здесь.

Из заднего ряда встал пожилой мужчина.

— Но...

Гас поднял руку.

— Всем ясно, что в интересах города — сохранить лесозаготовительную отрасль. Лес из Мэна, заготовленный рабочими из Мэна, — это всегда был и остаётся фундамент нашей региональной экономики. А мисс Леблан здесь для того, чтобы помочь нам модернизировать и оптимизировать процессы.

По залу прокатилось недовольное бормотание, и я мысленно присоединилась к нему. Я и сама могла с этим справиться. Совсем не обязательно было, чтобы он влетал с расправленными крыльями.

— Я настолько впечатлён её видением и опытом, — продолжал он, — что согласился остаться в компании в роли операционного директора и помочь ей развивать бизнес.

Он выпрямился и посмотрел на меня сверху вниз. Я кивнула, потом повернулась к залу и натянуто улыбнулась. Сейчас было важно показать единство, даже если мне очень хотелось заехать ему в угрюмую физиономию.

— А как же наркотики?

Гас наклонился к микрофону.

— Мы далеко не единственное небольшое сообщество, которое пострадало от опиоидной эпидемии. Мы будем делать всё возможное, но это проблема куда шире, чем может решить одна лесозаготовительная компания.

В зале стало тише. И, как ни раздражало меня его вмешательство, я не могла не признать — справился он достойно.

— А теперь у нас есть вопросы поважнее, — сказал он, повернувшись к экрану с повесткой. — Эрл, как видно, снова подал петицию о запрете моторных лодок на озере по воскресеньям.

Из заднего ряда вскочил мужчина, видимо, тот самый Эрл.

— Ваши чёртовы моторы пугают рыбу!

Встал другой и потряс кулаком.

— Во всём округе полно ручьёв и прудов, где можно спокойно рыбачить. Хватит тратить наше время!

С разных сторон посыпались выкрики, спор разгорался. Гас тем временем потянул меня за локоть и повёл прочь от трибуны.

Всё время, пока мы шли, я боролась с желанием наступить ему на ногу каблуком. Одно дело — вмешаться. Но больше всего меня бесило то, насколько безопасно я себя рядом с ним чувствовала. Эта его размеренная сила… выводила из себя.

У выхода из спортзала я резко выдернула руку.

— Мне не нужно, чтобы меня спасали. Тебе не стоило вмешиваться.

Он скрестил руки на груди и взглянул на меня свысока.

— По-моему, ты хотела сказать «спасибо».

— Я не собираюсь тебя благодарить, — фыркнула я, выпрямив спину. — Ты только что подорвал мою позицию перед всем городом.

Я звучала по-детски, и плевать. Это была моя компания, чёрт побери. Я справлюсь.

— Я просто остановил толпу с вилами и факелами, — заметил он, приподняв бровь с самодовольной ухмылкой.

Я чуть не рассмеялась. Всё происходящее было абсурдным. И всё же я была на грани. Хотелось кричать, топать ногами, швырять предметы. Но я давно усвоила: как женщине мне нужно держать лицо. Холодный контроль — единственный путь. Я прикусила щёку, подавляя злость.

— Я не ожидала, что они будут такими враждебными, — призналась я.

Гас усмехнулся.

— Не стоило упоминать, что ты из