Точка Возгорания - Ребекка Яррос

Я вытащила спрятанный ключ из фальшивого камня и обернулась — он стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на меня. От него исходили сила, решимость и секс, и всё моё тело почти протестовало против расстояния между нами.

— Начни с миссис Гриви, — крикнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Что? — спросил он, делая шаг вперёд.

Я вскинула руку. — Не надо. Вот этого, — я указала между нами, — больше не будет.

Одна его бровь изогнулась вызывающе. — Да?

— Слушай внимательно, Себастьян. У тебя три дня до следующего заседания совета, и можешь не сомневаться — обсуждать будут тебя. Если хочешь заручиться их поддержкой, тебе придётся завоевать город. А это значит — начать с миссис Гриви. Потом иди к мистеру Хартвеллу.

— Он всё ещё преподаёт в старшей школе?

— Он теперь директор.

Его глаза расширились.

— Всё меняется, Баш. Люди тоже.

Мы стояли в пятнадцати футах друг от друга, но связь между нами казалась такой же сильной, как будто мы до сих пор были сплетенные поцелуем… или, чёрт возьми, даже сердцами. Я сглотнула и повернулась, чтобы открыть дверь.

— Эй, Эмерсон? — Его голос прозвучал слишком близко.

Я обернулась через плечо, поворачивая ключ, и увидела его на моём крыльце. — Себастьян? — нарочно произнесла полное имя, чтобы его поддеть.

Он улыбнулся, неожиданно и до боли красиво. — Я не делал этого, — он жестом показал между нами, — ради твоей помощи с командой.

Я отвела взгляд. Одной фразой он попал в самую суть моего страха. — Окей, — сказала я. Конечно, ага.

Он придвинулся вплотную, его грудь коснулась моей спины, а губы задели ухо. — Я сделал это, потому что должен был. Потому что ещё одна минута без твоих губ просто разорвала бы меня. Потому что мне нужно было узнать, такая ли ты на вкус, как я помнил.

Мои мышцы просто отказались работать, и я чуть не растаяла прямо на крыльце.

— Но ты вкуснее. Слаще. Жарче. Так что можешь говорить, что этого больше не повторится, но я знаю лучше. Ты и я — это неизбежно, и ты это знаешь. Всегда были. Бензин и огонь, помнишь?

Я сжала ручку и, собрав остатки воли, шагнула в дом. — Я не отрицаю. Но мы оба знаем, что в итоге я остаюсь в виде кучи пепла. Так что прости, если я не в восторге от идеи снова позволить тебе меня сжечь.

Я закрыла дверь, не оглянувшись, и осела на пол, привалившись к дереву. В лёгкие ворвался воздух, я жадно дышала, пытаясь унять жжение в теле и в сердце.

Всего четыре грёбаных дня — и он уже превратил меня в сплошной узел. Узел, который только он и умел развязать.

Глава пятая

Себастьян

Дверь в Chatterbox открылась слишком плавно — и это было… неправильно. А где скрип? Этот звук не раз выдавал нас с Райкером и Ноксом, когда мы опаздывали в школу.

— Ну надо же. Себастьян Варгас, подойди и обними меня, — распорядилась Агнес, выходя из-за стойки закусочной.

— Классное местечко у тебя, Агнес, — сказал я, обнимая бабушку Нокса. — Немного изменилось, конечно, но мне нравится.

Она отпустила меня и посмотрела по сторонам. — Думаю, я его серьёзно улучшила. Но мне всё равно не хватает старой стены, — кивнула она в сторону новой деревянной панели на южной стене, заменившей ту, что сгорела при пожаре. На той стене, вдоль рельефов, пары вырезали свои инициалы столько, сколько я себя помню. Это было больше, чем просто «мы встречаемся». Это была заявка на вечность, на всеобщее обозрение. Вырежешь имя девушки рядом со своим — готовь кольцо, потому что полгорода уже решит, что свадьба не за горами.

Я не был романтиком ни на грамм, но жест ценил — и первобытную браваду «моя женщина», и саму идею: любить кого-то настолько, чтобы громко и публично заявить, что она твоя. И ты — её.

Но какого чёрта делать тем, у кого не вышло? Что, приводить новую девушку и сажать рядом с напоминанием о прошлой?

— Это настоящая потеря. Думаю, на твоей стене было больше объявлений о свадьбах, чем в Ledger, — сказал я.

— Очень жаль, — согласилась она. — Столько историй погибло. Но у маленьких городков есть память получше дерева. Эти имена всё ещё вырезаны в чьих-то сердцах.

— Что-то уцелело? От старой стены?

— Совсем немного. Ничего, что стоило бы возвращать на место.

Я оглядел закусочную. — Всё стало очень…

— Новым? — подсказала она.

— Ага.

— Ну, блины остались прежними. Может, съешь стопку перед заседанием совета?

Я сразу улыбнулся. — Лучшее предложение, что мне здесь поступало.

— Тогда перестань злить всех подряд, — она пригрозила пальцем, указала на свободное место у стойки и скрылась на кухне.

Я проверил почту. Чёрт. Если я вообще рассчитываю запустить всё это дело, без него не обойтись.

Я: Эй, ты уже выходил на связь с Коэном?

Я подождал пару минут, игнорируя любопытные взгляды, что бросали на меня в закусочной.

Нокс: Нет, но я нашёл кого-то, кто может знать, где он.

Я: Спасибо, мужик. Продолжай искать.

Нокс: Не проблема. Как дома?

Дома. Что это вообще значит? Мама теперь в Денвере — не могла и слышать о том, чтобы восстанавливать всё без папы. Но именно здесь мы выросли, здесь Райкер, Нокс и я наводили ужас на город в детстве, защищали его в подростковом возрасте и вкладывались в его восстановление, когда стали взрослыми.

Но дело было не только в городе… Дело было в Эмерсон.

Она была здесь, и сколько бы я ни пытался держаться от неё подальше — чёрт, я всё равно шёл за ней по пятам. Я никогда не мог держаться на расстоянии, стоило мне оказаться в границах этого города. Именно поэтому я и не возвращался.

Я: Сложно.

Нокс: Всегда так. Ты уже успел выбесить Эмерсон?

Я: Почти сразу.

Нокс: Приятно знать, что хотя бы что-то не меняется.

Хотя на самом деле — меняется.

Желание между мной и Эмерсон всегда было взаимным, мы оба знали, что однажды с грохотом столкнёмся. Это не изменилось. Но раньше только она открывала своё сердце, а я делал всё, чтобы защитить её — в том числе, держась подальше.

Теперь это она была счастлива держаться подальше.

Прошло три дня с тех пор, как я её поцеловал, и как бы клишировано это ни звучало — я