Последний вздох - Кэтрин Диан

Ронан сел на табурет рядом с ней. У него уже было хорошее представление о клиентах этого уровня клуба, но он повнимательнее рассмотрел бармена и ближайших посетителей.

Бармен с холодным кивком принял заказ Сайрен на водку и клюкву и избавился от её нынешнего напитка. Что, лёд уже растаял? Без сомнения, такое расточительство было здесь обычным делом.

Сайрен повернула голову к Ронану.

— Пиво, я полагаю?

— Нет, принцесса, я не буду пить.

— Перестань называть меня так.

— Рис всё время называет тебя так.

— Рис не делает этого с презрением.

Ладно, ещё один довод в её пользу. Ронан решил, что лучше будет держать рот на замке.

Бармен принёс Сайрен свежий розовый напиток и с тем же невозмутимым кивком, что и раньше, принял её двадцатку без сдачи. Сайрен отхлебнула и огляделась по сторонам, очевидно, пытаясь притвориться, что Ронана здесь нет.

Примерно через минуту она вздохнула, признавая своё поражение.

— Боже, ты убиваешь моё настроение. Не говоря уже о том, что ты отпугиваешь всех, с кем я, возможно, действительно хотела бы поговорить.

Оставаясь невозмутимым, Ронан хранил обет молчания. Сайрен снова вздохнула и отпила из своего бокала.

Минуту спустя Ронан краем глаза заметил, как длинноногая брюнетка в облегающем чёрном платье приблизилась к нему и Сайрен.

— Хотя, может, и нет, — с надеждой прошептала Сайрен. — Только не надо…

Ронан посмотрел на женщину. Он считал, что выражение его лица было довольно нейтральным, но брюнетка запнулась, покачнувшись на одном высоком каблуке.

— …сверлить её суровым взглядом, — вздохнула Сайрен, когда женщина развернулась на девяносто градусов. — Ты действительно хуже всех.

Ронан уже секунд пятнадцать осматривал бельэтаж, когда Сайрен наклонилась к нему, почти так же, как она на его глазах делала это ранее с рыжеволосой женщиной. Она провела пальцами по его руке. Ронан почти ничего не чувствовал сквозь свою кожаную мотоциклетную куртку, но всё равно напрягся.

Что, чёрт возьми, она делала?

— Знаешь, ты был бы чертовски великолепен, если бы перестал сердито зыркать на людей.

Ронан сердито зыркнул на Сайрен, но она только мило улыбнулась.

Он по-прежнему не видел смысла заговаривать с ней, поэтому и не стал. Он просто продолжал свирепо смотреть на неё. Это сработает. Всегда работало.

Однако на этот раз ничего не вышло.

Сайрен провела пальцами вверх по его руке, затем по шее. Она постучала по его челюсти наманикюренным ногтем с чёрным лаком.

— Разве ты этого не знаешь?

Губы Ронана приоткрылись, обнажив клыки.

Сайрен глубоко вздохнула, как будто понимала, что перегибает палку. Но она не сдавалась.

— Этот образ падшего ангела, такой утончённый и в то же время такой… мрачный. Татуировки, — её палец скользнул вниз по его шее, проведя по линиям чернил. — Рычание, — добавила она, когда рык агрессивно завибрировал в его горле под её пальцем.

Этот палец продолжал скользить вниз, зацепившись за ворот его компрессионной рубашки. По какой-то грёбаной причине Ронан не остановил это. Он позволил этому пальцу скользнуть по его груди между расстёгнутыми полами куртки, позволил ему зажечь огонь, которого не должно было быть, когда её пальчик коснулся его пресса. Только когда она добралась до его пояса, Ронан схватил её за руку.

Она лукаво улыбнулась. Когда она попыталась освободиться, Ронан отпустил её, о чём пожалел, когда она воспользовалась этой свободой, чтобы положить руку ему на бедро.

Ронан не позволил своим глазам прикрыться, как того хотелось. Не имело значения, возбуждался ли он. Он не позволит ей победить в этом. Чем бы это ни было. Что бы ни означала победа в этой ситуации.

— Ты находишь меня привлекательной? — промурлыкала Сайрен.

Может, она всё-таки победила, потому что Ронан нарушил свой обет молчания и спросил:

— Ты думаешь, это особое достижение — делать члены твёрдыми?

Она убрала руку с его бедра.

— Боже. Ты такой мудак.

На лице Сайрен отразилась настоящая ненависть. Это просто замечательно, потому что он чувствовал то же самое. Ронан ненавидел тот факт, что он находил Сайрен такой чертовски привлекательной. Но, с другой стороны, она была привлекательной. Кто, будь то мужчина или женщина, не счёл бы её привлекательной?

Но Ронана всё равно бесило, что у него встал на неё. Она была дочерью Амарады, чёрт возьми.

Тем не менее, он согласился с её мнением о том, что он мудак.

— Ага, — спокойно подтвердил он.

— Уф.

Сайрен спрыгнула со своего барного стула и, схватив куртку, накинула её на плечи. Ронан наслаждался кратким моментом, в течение которого он думал, что это означает конец пытки, но Сайрен вывела его из этого счастливого заблуждения своими следующими словами.

— Я собираюсь потанцевать. Я понимаю, что ты будешь торчать где-то недалеко, как велел тебе мой брат, но держись подальше от моего пространства.

С этими словами Сайрен отбросила волосы, которые застряли у неё под курткой, и ушла, оставив свой почти нетронутый напиток. Должно быть, приятно иметь такие деньги, которые можно выбросить на ветер. Ронан знал слишком много вампиров, которые не имели такой возможности. Не то чтобы ему плохо платили за его работу в ВОА, но он действительно работал.

Если, конечно, считать, что присмотр за капризной принцессой можно назвать работой. Но, нравится ему это или нет, это было его задание, как насмешливо заметила Сайрен.

У Ронана не было другого выбора, кроме как последовать за ней на нижний уровень.

Там он провёл следующие три часа, «наслаждаясь» оглушительным ритмом трэпа и тошнотворными переливами разноцветных огней. Ему приходилось постоянно двигаться вдоль стен, чтобы следить за Сайрен, которая кокетливо скользила сквозь толпу.

Она танцевала в основном с другими женщинами, с вампирами и людьми. Она знала, как двигаться в нужном ритме. Её тело идеально подходило для этого: соблазнительное, но сильное, её шаги были ловкими и раскованными.

На её блестящие тёмные волосы падал свет прожекторов. На них так же падали блуждающие пальцы. Все хотели её внимания — и она его уделяла. Улыбающаяся. Смеющаяся. Разделяющая мгновение, прежде чем плавно удалиться в танце.

Самое ужасное, что… это было довольно красивое зрелище. Если бы Ронан мог игнорировать все детали контекста — кем был он, кем была она, где они находились и почему каждый из них оказался здесь — он, возможно, отнёсся бы ко всему этому по-другому. То есть, к ней… наверное.

Если бы дело было только в зрелищности, Ронан, возможно, продержался бы всю ночь, расхаживая по краям танцпола. Но там были эти чёртовы бесконечные басы, безжалостные стробоскопы и переливы огней.

Нуждаясь в