Тагир. Девочка бандита - Анастасия Сова

Но вместо облегчения я снова получаю удар по горящей ягодице.

Вот только я уже почти не реагирую. Для меня все смешалось. Боль и удовольствие, которое следует за ней. Уже словно и нет никакой разницы.

Тагир жестко надавливает мне на клитор. Тот начинает сильнее пульсировать. А потом играет с дырочкой, заставляя испытывать новые особенные ощущения.

Стону уже не стесняясь. В этом нет смысла.

К тому же, я окончательно теряю связь с окружающим пространством и даже не знаю, сколько еще раз получаю по заднице и сколько раз почти достигаю разрядки.

Осознаю только, что сейчас я принадлежу Тагиру полностью, и он не знает пощады.

Но когда бандит в последний раз тянется к моей изнывающей горошине, я понимаю, что больше не вынесу этой пытки. И мне хватает единственного прикосновения пальцев, чтобы кончить. Разорваться на такое количество кусочков, словно меня больше не существует, и я бестелесным облаком парю над всеми.

Я чувствую очищение. Свободу. Пульсацию во всем теле.

А потом накатывает такая усталость, что я безвольно повисаю на коленях Тагира.

Что бы он сейчас не захотел со мной сделать, я не смогу сопротивляться.

Даже если примется убивать, я вряд ли смогу защитить себя.

Но бандит этого не делает. Он ловко переворачивает меня лицом к себе, а затем подхватывает на руки. Легко, точно я и вправду всего лишь пушинка.

Тагир сам поднимается с кровати и куда-то меня несет.

Глава 13

Есения

Мне все равно.

Я не вырываюсь и не пытаюсь как-то противостоять.

Сил все равно нет.

Тагир несет меня совсем недолго, а мне почему-то нравится прижиматься к его большому и сильному телу.

Я даже хватаюсь за его мощную шею, обвиваю ее руками.

Закрываю глаза и будто пытаюсь представить себя в безопасности. За ним.

Но разве такое возможно, когда тебя только что жестоко избили? Как после этого находиться рядом с человеком и не бояться его?

Ответа мне никто не дает. Зато я точно знаю, что не хотела бы впредь быть отшлепанной, а, значит, придется вести себя более осторожно и разумно.

Разумно — это самое главное. Я обязана продумывать каждый свой шаг! Учитывать все риски и последствия.

Откровенно говоря, моя прогулка с оружием по бандитскому логову была той еще авантюрой. За которую тут же пришлось заплатить.

Тагир приносит меня в ванную комнату. Она очень удобно располагается прямо в его спальне.

Бандит опускает меня ногами на дно кабинки, а я пошатываюсь, потому что ватные ноги совершенно не годятся сейчас на то, чтобы удерживать вес моего хрупкого ослабшего тела.

— Ясно, — бурчит себе под нос мужчина.

Он помогает мне снять футболку и, наконец, стаскивает до конца трусики, все еще держащиеся на моих дрожащих бедрах.

Я остаюсь абсолютно обнаженной и беззащитной перед Тагиром, но почему-то больше не чувствую ни страха, ни стыда по этому поводу.

После всего, что произошло между нами, нет никакого смысла тратить энергию на стеснение. Тагир трогал меня везде. Гладил кожу. Разглядывал. У меня попросту не осталось больше мест, которые можно было бы еще скрыть.

Бандит делает все молча. Берет в руки лейку от душа и настраивает воду. Довольно горячую, но я почему-то чувствую себя комфортно под этими очищающими струями.

Сам мужчина в кабинку не забирается, и я очень этому рада. Остается шанс, что он больше не станет мучить меня. По крайней мере, сегодня…

Хотя, наверное, мне все равно… Сейчас я чувствую себя безвольной куклой в его руках. Той, что совершенно не имеет собственного мнения, а лишь подчиняется приказам хозяина.

Именно поэтому Тагир имеет беспрепятственный доступ к моему телу. Он выдавливает на руки немного ароматного геля для душа, чей запах тут же приятно растворяется в парящих клубах пара. Бандит растирает жидкость между ладонями, а затем начинает массировать мое обессиленное тело.

Не пропускает ни сантиметра. Бережно омывает меня, стирая с кожи остатки страха и неуверенности, стыда.

— Щиплет… — причитаю, когда Тагир разворачивает меня спиной к себе, и горячая вода из душа попадает прямиком на саднящие следы на нежной коже моей попки.

Тагир так и не отвечает.

Но, наверное, ему тоже плевать. Он делает свое дело, чтобы я была чистой и приятно пахнущей. Потому что людям свойственно ухаживать за своими вещами. А я ведь для него именно вещь. Только тело без души и собственных нужд.

Не стоит думать, что Тагир вдруг проявил участие к моей беде и ко мне лично. Не надо принимать его действия за заботу и внимание.

Я стараюсь просто отстраниться и пережить этот момент. Надеюсь, завтра будет легче. Или еще хуже. Быть может, меня просто задавят отчаяние и боль.

Когда Тагир заканчивает омывать мое тело и смывает остатки мыла с кожи, он заворачивает меня в мягкий пушистый халат. Снова подхватывает на руки.

Я опять цепляюсь за него, потому что других вариантов попросту не вижу.

Оказавшись на широкой кровати, тут же сворачиваюсь клубком. Так комфортнее. Будто закрываешься от беды. Защищаешься.

Вот бы сейчас оказаться дома. Чтобы папа пришел и пожалел, в тот момент, когда его поддержка особенно мне важна. Пообещал, что все будет хорошо.

Но никто не даст мне такого обещания.

Ни едина живая душа.

Более того, если я надоем Тагиру или еще в чем-то провинюсь, он может запросто избавиться от меня. И самое обидное, что никому не будет никакого дела. Меня не станут искать. Никто не справится о моем состоянии.

Но сейчас я не хочу думать об этом, потому что так устала, что даже на слезы нет сил.

Лишь одна горячая, но одинокая слезинка быстро стекает по щеке и тут же впитывается в подушку.

Я лежу так какое-то время, все плотнее прижимая коленки к груди, точно это непременно поможет, пока и вовсе не засыпаю, уставшая и изнеможенная.

Глава 14

Тагир

Ранее

«Красивая…», — проносится в голове.

«Моя», — следом думаю, когда замечаю, как Есения улыбается очередному клиенту за столиком прямо напротив.

Мне хочется подняться, и выколоть его поросячьи глаза за то, что смотрит, а потом разорвать его поганый рот за то, что посмел так похотливо ухмыляться на то, что принадлежит мне.

Но я сдерживаю себя. У меня жесткий характер и резкий нрав. Но если я прямо сейчас разгромлю бар Регины, то проявлю слабость.