Академия Теней: Исповедь лисьего проводника - Анна Рия

Глава 9. Шёпот прошлого

Рассвет заглядывал в окно, окрашивая стены в бледные, пепельные тона — цвет забвения, цвет костей, пролежавших в земле слишком долго. Ректор Ворн боялся, что Каэлан ищет нечто опасное. Возможно, он ищет то же, что и мы. Осколки души Киро. Знания о его силе и о том, как ею управлять.

Я посмотрела на лиса — на это гордое, искалеченное существо, которое доверило мне свою боль. Его единственный хвост лежал неподвижно, но в зелёных глазах тлел древний огонь. Не погас. До сих пор не погас.

— Что будем делать? — спросила я. В голосе больше не было отчаяния. Только твёрдая, как закалённая сталь, решимость.

Киро поднял голову. В его глазах снова зажёгся знакомый огонёк — хитрющий, опасный, обещающий неприятности всем, кто встанет у нас на пути.

А что мы делали всё это время? — мысленно усмехнулся он. — Продолжаем выживать. И мстить. Потихоньку.

Он спрыгнул с кровати и лениво потянулся, выгибая рыжую спину. Каждое движение — отточенная грация хищника, который лишь притворяется домашним зверьком.

А для начала — идём радовать наследника. У нас назначена встреча с твоим новым «партнёром». И у меня есть чувство, что его интересы внезапно совпадут с нашими. Просто он пока об этом не знает.

Моя форма уже пахла хуже, чем самый протухший зомби после недели в болоте. Сегодня вечером придётся устроить большую стирку. И раздобыть побольше одежды.

«Может, стоит развести в этом платье нашего наследничка на пару новых комплектов?» — мысль невольно заставила меня ухмыльнуться.

Лис довольно фыркнул и мысленно подкинул мне образ: я в роскошных тёмных шелках, расшитых серебром, а Каэлан стоит на коленях и с почтительным поклоном надевает мне туфли. На его лице — выражение щенячьей преданности.

— Спасибо за поддержку, — сухо сказала я, но не удержалась от улыбки. — Очень реалистично. Особенно туфли.

Он был уже не фамильяром, не питомцем и тем более не нежитью. А древним духом, которого не поняли и попытались уничтожить. Разобрали на части, как сломанную куклу. Нас с ним связывало что-то родственное — кровь, память, общая угроза. Это понимание согревало душу куда сильнее любого заклинания. Я была не одна. Наконец-то.

Трансформация лиса ещё не завершилась — амулету нужно было время, чтобы вжиться в его сущность, сплестись с остатками древней силы. Так что он остался в комнате. Я набралась смелости, шагнула за дверь — и обомлела.

Прямо напротив, прислонившись к стене с видом человека, который провёл здесь всю ночь, стоял Крип. Чистый. Причёсанный. С огромным букетом цветов.

Пахло от него не потом и серой, а дорогим мылом и чем-то лесным — хвоей и мятой, кажется. Он даже надушился. Настоящий парфюм, не дешёвая подделка.

— Элира, — выпалил он моё имя, словно оно жгло ему язык, и протянул букет.

Это были не полевые цветочки, которые можно набрать у дороги. Редкие, роскошные лилии цвета ночной сапфирной синевы и алые бархатные розы, от которых исходило едва уловимое магическое мерцание. Букет стоил целое состояние. Это ж сколько крысиных бегов он устроил, чтобы его добыть? Или у Пестисов действительно есть деньги?

По его руке пробежала крыса. Чисто вымытая, с крошечным чёрным бантиком на шее. В лапках она держала маленькую бархатную коробочку. Зверёк поднялся на задние лапки и почти церемонно протянул её мне.

Осознание ударило, как обухом по голове. Кольцо. Он принёс мне кольцо.

— Крип… — мой голос сел. — Ты что делаешь?

— Нет, ты не то подумала! — он замахал руками, едва не выронив букет. Уши покраснели так, что, казалось, сейчас загорятся. — Это кольцо… просто знак примирения. Я был груб с тобой и хочу исправить это. Ничего такого. Просто… примирения.

Бедолага. Он был похож на подростка, впервые приглашающего девушку на танец. Неуклюжий, красный, с цветами и крысой в бантике. И с кольцом. С кольцом, Тьма побери.

— Крип, я… польщена, — осторожно сказала я, принимая цветы. Они были невероятно красивыми. Живыми, не оживлёнными некромантией — на их создание или добычу он потратил уйму сил и связей. — Цветы великолепны. Спасибо. Но я не могу принять кольцо. Мы… мы спешим. Очень.

Я увидела, как взгляд его крысы стал грустным. Она опустила коробочку и поникла, прижав уши. И, чёрт возьми, мне стало их обоих так жалко, что рука сама дёрнулась к бархатной коробочке.

Нет. Взять кольцо — значит дать ему ложную надежду. А мне — лишние проблемы, которых и так по горло.

— Одного свидания мало, чтобы… понять друг друга, — сказала я, выбирая слова помягче. — Кольцо не смогу взять, оно слишком дорогое. А вот цветы — с огромной благодарностью.

Он выдохнул с таким облегчением, будто с него сняли оковы.

— Я буду ждать, — сказал он, и его голос вдруг стал тихим и удивительно искренним. — Буду ждать нашего второго свидания, как первый луч луны ждёт ночи, чтобы озарить темноту. Или… — он осёкся, вспомнив, вероятно, что он некромант, а не трубадур, — …как заклинатель ждёт, когда туман над болотами рассеется, открывая путь к древним могильникам.

Я даже немного удивилась. Какой он, оказывается, романтик, когда моется и не пытается наслать на тебя чуму. Почти милый. Почти.

— Это… очень поэтично, Крип, — улыбнулась я. — Спасибо, но мне правда пора.

Я быстро забежала обратно в комнату и буквально швырнула роскошный букет на кровать перед носом Киро.

— Аккуратно поставь их в вазу! Или в банку, или во что угодно! — скомандовала я, уже разворачиваясь к выходу.

Лис поднял голову, с недоумением разглядывая сапфировые лилии и алые розы. Его ноздри дёрнулись, втягивая аромат.

Откуда это? Ты что, ограбила чью-то оранжерею за минуту? Или это взятка от ректора за хорошее поведение?

— Потом расскажу! — махнула рукой и выскочила из комнаты.

* * *

Добежав до мужского общежития, я вдруг поймала себя на мысли: а что, собственно, я ему скажу? Я понятия не имею, какой у него там проект. Нужно выяснить. А как? Сделать вид, что я в курсе? Спросить напрямую? Притвориться дурой — это я умею, но надолго ли хватит?

Глава 9.1

Дверь, украшенная изящными, но безжалостными серебряными косами — символом жатвы, который Вальтары, видимо, считали подходящим для своей спальни, — была приоткрыта. Я помедлила секунду, собираясь с духом, и постучала.

— Войдите, — раздался изнутри его голос. Ровный. Холодный. Как вода в колодце, куда сбрасывают неугодных.

Я толкнула дверь и