Академия Теней: Исповедь лисьего проводника - Анна Рия

Руки скользнули с плеч на талию, обвили, притягивая ближе. Я вжалась в свитки, прижимая их к груди — единственный щит между мной и этим человеком. Ощущение загнанного кролика, загипнотизированного волчьим взглядом. Не продохнуть.

Он злорадно улыбнулся, видя мой страх. Затем наклонился так низко, что его губы оказались у самого моего уха. Дыхание обжигало кожу.

— Ректору покажешь эти свитки, — прошептал он, и каждое слово было как удар хлыста. — Пускай посмотрит тоже. Вдруг он найдёт что-то… интересное для себя.

Губы мягко, почти невесомо коснулись мочки уха. По телу — словно током. Смесь отвращения и странного, предательского трепета. Я прогнулась невольно, спина сама выгнулась, подчиняясь. Предательское тело. Предательская слабость.

Он отстранился — всё с той же лёгкой улыбкой, читая на моём лице всё: и ужас, и смятение, и то, чего я сама в себе не понимала.

— Свободна, — произнёс он, словно даря мне величайшую милость.

Выскочив из его комнаты, я почти бегом пустилась по коридору, прижимая к груди свитки, которые теперь жгли руки. Он знал. Он абсолютно точно знал, что я чёртов доносчик. Эти свитки были не заданием. Это было послание. Мне и ректору: «Я знаю. И мне плевать. Я всё контролирую».

Добежала до своей комнаты — захлопнула дверь, прижалась к ней спиной. Воздух в горле застревает. В ушах — стук сердца, больше ничего.

Лис поднял голову с подушки, его зелёные глаза сразу же уловили моё состояние.

Что случилось? Он тебя обидел?

Голос Киро выдернул из оцепенения. Обратно. В этот жестокий для ведьмы мир.

— Нет, — прошептала я, скидывая платье с плеч, пытаясь стереть ощущение его рук на талии, его губ на ухе. — Он просто знает. И он… наслаждается этим.

Я рассказала Киро всё, опуская самые унизительные детали, но он, кажется, почувствовал их и так.

Наследничек решил повеселиться, — мысленно проворчал лис. — Превратил нашу шпионскую миссию в свой личный спектакль. Что ж… — Он спрыгнул с кровати и подошёл к свиткам, которые я бросила на стол. — Если он так хочет поиграть, давай сыграем. Давай посмотрим, что так усердно ищет твой «партнёр».

Его тон стал серьёзным и деловым. Он ткнул носом в самый старый, потрёпанный свиток.

Начни с этого. Ищи ключевые слова. «Дух», «древний», «распад», «печать», «тень», «демон». И не вздыхай так, будто тебя на казнь ведут.

Я лишь глубоко вздохнула, смирившись с неизбежным, и погрузилась в свитки. Часы пролетели в монотонном шелесте пергамента и тихих мысленных комментариях Киро. «Нет, это не то», «слишком очевидно», «ищи глубже», «этот абзац перечитай — там что-то про печати».

Ничего, что могло бы хоть как-то «зацепить» или пролить свет на истинные интересы Каэлана, я не находила. Отчаяние начало подкрадываться вновь.

Я потянулась и потёрла место на голове — где он утром так грубо схватил меня за волосы. Кожа всё ещё горела от памяти его прикосновений.

Он не ждёт, что ты найдешь что-то, — раздался в голове спокойный голос Киро. — Он хочет, чтобы ты именно это и показала ректору. Сам факт послушания. Вот и всё.

Лис спрыгнул со стола, оглядывая разбросанные свитки с видом опытного стратега.

Так и поступим. Отнесём ему это. И не говори ничего лишнего. Скажи лишь, что изучала материалы, как и велели. Держись просто и нейтрально. А теперь отвлекись.

Он вдруг юркнул под кровать и через мгновение вытащил оттуда небольшой, но увесистый свёрток, запылённый и перевязанный бечёвкой.

На, — мысленно бросил он, подталкивая свёрток ко мне носом. — Посмотри, может, что-то приглянется. Не спрашивай, откуда. Просто… лучше старайся Леми в этом не показываться.

Я развязала бечёвку. Внутри оказалась аккуратно сложенная одежда — не новая, но добротная, тёмных, приглушённых тонов: пара платьев из мягкой шерсти, тёплая накидка и даже несколько пар простых, но прочных ботинок как раз по моему размеру.

— Хитрый лис. Обзавелся тайником. И когда только успел?

У каждого свои секреты, — отозвался он, отворачиваясь. Но кончик его хвоста довольно дрогнул.

* * *

На следующий день я, взяв свитки, отправилась к ректору. Всё сделала, как советовал Киро: молча положила папку на его стол и произнесла заученную фразу:

— Я изучила материалы, как было велено.

Артаниус Ворн бросил на свитки беглый взгляд, даже не открывая их. Его глаза — холодные, как осколки обсидиана — задержались на мне на секунду дольше, чем хотелось бы.

— Оставь до вечера. Я ознакомлюсь, — отрезал он, дав понять, что аудиенция окончена.

Я облегчённо выдохнула. Выпорхнула из кабинета. Задание выполнено. Можно передохнуть. Хотя бы на пару часов.

Решив воспользоваться редкой свободой, я позвала Киро на прогулку. Амулет скрытия наконец начал работать в полную силу. Его яркая рыжая шерсть стала на несколько оттенков бледнее, приобрела матовый, почти серый оттенок, а от самого тела исходил лёгкий, едва уловимый холодок — как от настоящей нежити. Теперь он выглядел как хорошо сохранившийся, но однозначно мёртвый питомец. Вопросов должно было стать меньше.

Глава 11. Цена равновесия

После довольно странного, но неловко-милого обеда с Крипом мы вместе направились на следующую лекцию. Я шла и косилась на его сосредоточенное лицо. Он о чём-то напряжённо думал, и это было… необычно. Обычно его мысли крутились вокруг крыс, чумы и того, как бы меня подколоть. А тут — тишина. Почти пугающая. Набралась смелости. А, была не была.

— Слушай, а вы с Морганой… давно знакомы? — голос прозвучал невинно, даже слишком. — Она же вроде дочь верховного судьи, если я не ошибаюсь?

Крип фыркнул. Без злобы, но как-то устало. Так фыркают люди, которым надоело объяснять очевидное.

— Мы же все, дети почётных домов, с пелёнок друг друга знаем. Одни школы, одни приёмы, одни балы. Нас специально так растят — стайкой. Чтобы потом, во взрослой жизни, проще было друг друга… использовать.

Он скользнул по мне взглядом. Оценивающе. Словно прикидывал, стоит ли говорить дальше.

— А с такими, как Элан, с них вообще с младенчества другой спрос.

— Элан? — я замедлила шаг.

— Ну да, Каэлан, — пояснил Крип, словно это было очевидно. — В семье и среди близких его зовут просто Элан. Отец считает, что полное имя должно звучать только на официальных приёмах — придаёт вес.

«Элан». Я повторила имя про себя. Оно легло на язык мягко, почти ласково — совсем не так, как ледяное «Каэлан». Ну ничего себе имечко. А по виду и не скажешь. Ледяной принц, мать его.

Стоило вспомнить