Провидица. Наперекор судьбе - Янина Наперсток

Родной дворец в Сольяди тоже был богато обставлен, но там чувствовался тонкий вкус, здесь же…

Хотя кто он такой, чтобы судить о вкусах? Может, это у него, наоборот, дурной, а у гвартийцев идеальный?

Хмыкнув этой мысли, Тео прошел в тот угол комнаты, где вместо стены висела та же прозрачная вуаль, что и на потолке, только в несколько слоев. Аккуратно раздвинул…

С той стороны располагалась ванна, причем воду в нее уже набрали, а на расположенной рядом полочке теснились различные притирки и благовония. Пахнуть розами Тео не собирался, но вот ополоснуться и привести в порядок просоленные от морского ветра волосы — с огромным удовольствием.

Принц быстро разделся и с наслаждением погрузился в ванну. Вода приятно холодила кожу, и это позволяло не заснуть. Жаль, что он не захватил с собой смены одежды, не рассчитывал же ночевать во дворце.

Искупавшись, Тео посмотрел по сторонам. В шаге от ванны висел незамеченный им ранее пестро расшитый шелковый халат. В другой обстановке он бы ни за что не надел подобный «карнавальный» костюм, но лучше на чужой территории спать в нем, чем совсем раздетым.

Принц, конечно, не думал, что на него кто-то станет здесь покушаться, но, несмотря на это, удобно приладил к кровати меч, чтобы быстро выхватить его, если что-то пойдет не так. Гасить лампы Тео поленился. В комнате и так стоял комфортный полумрак, не мешающий ему заснуть.

Кровать была очень мягкой, и Тео уже задремал, как вдруг услышал тихие, крадущиеся шаги.

Принц, стремительно выхватив меч, сел на постели. Освещения в комнате оказалось достаточно, чтобы разглядеть, кто к нему пожаловал. В двух шагах от кровати, совершенно не испугавшись меча, стояла Айла.

На ней был длинный плащ, но девушка повела плечом, и ткань мягкой волной соскользнула к ее ногам. В отличие от традиционных шаровар, надетых на принцессу во время аудиенции и за ужином, сейчас по ней струилось лишь тонкое платье, вроде жреческого хитона, только намного более прозрачное. И оно, так же как и вуаль на лице, практически ничего не скрывало.

Тео от потрясения икнул и, не опуская клинка, уточнил:

— Ваше высочество, вы… заблудились?

Глупый, конечно, вопрос, как можно заблудиться в собственном дворце? Но более корректную формулировку для фразы «Что вы здесь делаете среди ночи?» Тео с ходу не придумал.

— Ваш отец предлагать выдать меня за его сын. Он тогда присылать очень много семян и еды, Гвартия остановить смерть от голод, — заговорила Айла на родном для Тео языке.

Довольно скверно, но понятно. Принц тоже, в общем-то, немногим лучше знал гвартийский. От услышанного он, однако, опешил и не сразу нашелся что ответить. Девушка же тем временем продолжила:

— Мой отец разозлиться. Сказать: «Я не торговать дочь!» А народ голодать. Я думать, если ты мне понравиться, я за тебя выходить. Пришла на тебя посмотреть.

Ого, так просто? Взять и пойти против воли отца? И это Тео все твердят, что он смутьян и не уважает родителя?! Впрочем, сейчас разговор о другом, и дело даже не в том, что крайне странно себя чувствуешь, когда на тебя пришли посмотреть, словно на товар в лавке. Неужели отец мог попытаться его женить, не поставив об этом в известность самого Тео?

— Айла, прости, в свитке было указано имя сына?

Глаза девушки растерянно заметались, а принц с облегчением выдохнул.

— Дело в том, что я почти женат. По возвращении из похода уже состоится свадьба, — убедительно стал объяснять он. Да, Саймону Третьему об этом пока не известно, но и Физелю с Айлой-то откуда знать? — Вероятно, речь идет о моем брате Чарли. Он моложе, красивее и точно больше тебе подойдет. Уговори его величество не рубить сгоряча. Можно пригласить брата, познакомитесь…

Эх, зря отец так злился, что не захотел Тео посвятить в свой план. Сейчас ему приходится импровизировать, чтобы добиться для Саймона Третьего желаемого ответа. Или хотя бы нейтрального. Впрочем, надо отдать должное Физелю: «Я не торговать дочь» — это очень достойная позиция.

— Я не хотеть знакомиться с твой брат, — возмутилась Айла и даже раздраженно притопнула ногой. — Я хотеть ты.

Вот же избалованная особа! Ведет себя, словно перед ней не принц соседней державы, а сопротивляющаяся игрушка.

Тео встал с кровати и, не убирая меч, стал надвигаться на девушку.

— Пойдемте, я провожу ваше высочество до выхода. При всем уважении, брак между нами невозможен, и я объяснил почему.

Тео старался говорить спокойно и тихо, но меч, с которым он наступал, смотрелся угрожающе, и девушка таки попятилась к выходу.

Вот же глупейшая ситуация!

Убери он сейчас клинок, и Айла со своими капризами может не захотеть покинуть комнату. Прикасаться же к ней Тео опасался: по обычаям Гвартии за такое могли запросто заставить жениться. Или казнить при отказе за нанесенное оскорбление.

В итоге Айла оказалась в коридоре, и Тео уже собирался захлопнуть дверь и чем-нибудь массивным ее подпереть, как принцесса закричала на гвартийском:

— Отпусти меня! Отпусти! Помогите!

Не прошло и нескольких секунд, как появилась королевская охрана.

Глава 5

Человек шесть с оголенными палашами напряженно смотрели на застывшего в дверях своей комнаты принца с мечом. После небольшой паузы один из них что-то шепнул на ухо другому, и тот, с пониманием кивнув, быстро побежал по коридору прочь. Вызовут начальника охраны? Еще подмогу? Вот же угораздило Тео вляпаться! И что самое обидное, ведь вообще ничего для этого не сделал!

Однако вскоре «посланник» вернулся, и не с кем-нибудь, а с самим Физелем. На короле был халат, похожий на тот, в котором сейчас стоял принц, и странный колпак на голове, видимо, чтобы волосы не растрепывались во время сна.

— Что произошло? — грозно рыкнул он, сперва буравя глазами дочь, а потом переводя взгляд на Тео.

— Я шла по коридору, а его высочество как выскочит! И, угрожая мне оружием, потребовал зайти к нему в комнату, — на голубом глазу затараторила первой на родном языке прелестница.

Тео смысл понял и уже собрался изложить свою версию, но Физель все еще смотрел на дочь.

— Что ты вообще здесь делала во втором часу ночи в таком виде?!

— На мне был плащ! Принц его сдернул в комнате, — захлопала эта гадюка глазами.

От такого откровенного вранья Тео едва не присвистнул. Хорошо хоть вовремя