Клянусь ненавидеть - Саша Кей

– Почему бы тебе просто не сказать ей, что она тебе нужна? – предлагаю я варик, который решит, если не все, то большинство проблем.

– Умный, да? Думаешь, это так легко? И что это вообще изменит? – рявкает отец.

– Того, что ты нахеровертил, уже не изменит, это точно. Но есть шанс, что когда Дине все надоест, и она свалит, то, по крайней мере, не будет тебя ненавидеть.

– Дина не уйдет, – жестко обрубает он.

– Ты делаешь абсолютно все, чтобы она именно так и поступила.

Все. Хорош. Мне до него не достучаться. Это их с Диной дело. Мое – педалька в комнате. Все равно, отец на меня смотрит в стиле «ты еще сопляк и ничего не понимаешь во взрослых вещах».

Перерывая комнату в поисках октавера, все равно мыслями возвращаюсь к этой парочке. Ненормальные. Как сказала бы Кира, травма на травме, и продолжают их наносить друг другу с упоением. То есть раньше отец старался один, а теперь и мачеха решила дать сдачи. Она же знает отца, как облупленного. Гарантия того, что он взбесится, если она начнет с кем-то флиртовать, стопроцентная.

Что творится в голове у Дины мне не понять, но отец…

Я-то понимаю, почему он не может словами через рот. Если он признается Дине, что лучше сдохнет, чем позволит ей уйти, то придется объяснять, какого хера он вел себя как мудак столько времени. А папа объясняться не привык.

Вот поэтому я считаю, что отношения нахер не нужны.

По крайней мере, те, где ты для отпустить или загнуться без нее – одно и то же.

Не понимаю, отец же сам сказал, что просек угрозу, но все равно продолжил с Диной. Почему не остановился?

Я вот ни в жизнь не позволю телке взять меня за яйца.

Образ Лисицыной, распластанной подо мной на столе, возникает в голове мгновенно.

Нет. Это другое.

Ведьма прикольная, хоть и бесячая.

Но я в любой момент могу все прекратить. Я контролирую ситуацию.

Телефон в заднем кармане начинает снова жужжать.

Меня ошпаривает: а если это Тая звонит, потому что ебанутая Диана нарисовалась?

Выхватываю телефон.

О! Диана. Уже узнала?

– Я тебя внимательно слушаю, но в последний раз, – отвечаю я.

– Ты! Отец отобрал у меня все! Заблокировал все кредитки! Мне угрожают каким-то исправительным лагерем!

То есть, она еще не обо всем в курсе. Или точнее, еще не все знает ее отец.

Первый удар пришелся по нему.

Все блоггеры, с которыми у меня была договоренность, запостили чудеснейшее видео, где пьяная в жопу Диана рассказывает подружке, как шоколадно ей живется со взяток, которые получает папочка. Она, не стесняясь, выкладывает, что тачку, тот самый порш, ей купили с отката от агропромышленного комплекса, а вот это колечко с желтым бриллиантом с подношения от одного депутата.

Ее папаша, который намеревался баллотироваться в правительство, сейчас наверно ужом вертится, пытаясь заткнуть всем рты. Могло бы получиться, кстати, если бы Диана не упомянула одну стройфирму, которую совсем недавно полоскали в СМИ из-за пожара в отстроенном ими торговом центре.

А вот теперь, когда папе не до проблем дочурки, вылезет еще кое-что.

– Дорогуша, я тебя предупреждал, чтобы ты не лезла в мою жизнь? – холодно спрашиваю я.

– Так ты из-за этой сучки? Ты меня променял на эту шваль подзаборную? – Диана слышит только то, что ее волнует.

Можно подумать, до появления Таи я жаждал возобновить общение с этой курвой. Она всерьез считает, что я должен проглотить ее «шалости», стоившие нервов моей семье? Но за Лисицыну я готов ее удавить. Какая-то мразота будет подходить к моей чике и настраивать ее против меня?

– Слушай сюда, тварь, – медленно и с расстановкой говорю я. – Ты переступила черту. И теперь получишь за все.

– Я это так не оставлю. Я уничтожу все, что тебе дорого, Вик.

Глава 99. Вик

Диана бросает трубку, а я прикидываю, что надо бы поторопить второй этап своего плана. Эта сука зря пасть открыла, и сейчас мы будем выбивать этой бешеной псине зубы. Отписываюсь всем, что пора начинать. Это будет что-то среднее между «Империя наносит ответный удар» и «Месть ситхов».

Недолго ей осталось бегать на свободе.

Но все равно напрягает ее нездоровое желание лезть на запрещенную территорию.

Единственное, что мне по-настоящему дорого, – это моя ебанутая семья. До отца Диане так быстро не добраться, а вот Киру надо предупредить.

Абонент недоступен. Матерясь, записываю сестре голосовое.

Что еще?

Диана загиперфиксилась на Лисицыной. Фейковые фотки, которые она мне прислала, говорят об этом недвусмысленно. Учитывая, что я сохранил доказательство того, что она это сфабриковала, Диане придется отвечать, если она выкинет то, что обещала, но вряд ли ее это остановит, когда пойдет вторая волна моего плана.

Я запихиваю педаль в рюкзак и на восьмой космической двигаю к выходу из квартиры, где после скандала повисла неестественная тишина.

Набираю ведьму.

– Лисицына, ты сама никуда не идешь, ясно? Ждешь меня.

Я успею зацепить Таю и отвезти ее домой. Есть ощущение, что Диана может ведьме навредить. Пусть лучше Лисицына сидит со щенком и продолжает раскрашивать плакат, пока я на базе. Может подоставать домработницу в свое удовольствие.

– Но я уже закончила…

Ну, пиздец. Мы сегодня в своей дерзкой эре. Что с ней не так?

Почему нельзя быть просто зайкой, а не саблезубой?

Даю понять, что закидоны не прокатят, и Лисицына тут же начинает шипеть. Ее «поняла» звучит как «отстань, придурок», и меня тут же раздирает желание поставить ее на место.

– Вслух скажи: «Вик, мой повелитель, я тебя буду ждать»!

Я представляю, как она бесится, и на душе теплеет.

Учитывая, что ведьма всегда упирается до последнего, будто у нее козьи рога режутся, расставляю сети:

– Иначе я тебя накажу. Два раза.

Удивительно, но она сдается, стоит слегка надавить, но это ее не спасет. Все равно накажу. Потому что она этого хочет, хоть и выпендривается.

Когда я паркуюсь возле универа, ко мне почти сразу подходит Кира.

– Братец, – тянет она. – Неужели ты решил меня подвезти?

И тон у нее странный. Будто Кира меня проверяет.

– Как бы нет. У меня дела…

Я пишу Лисицыной, что жду ее, и ей бы лучше пошевелить своей симпатичной задницей.

– В универе? – продолжает докапываться сестра.