Клянусь ненавидеть - Саша Кей

Только одно и хочет.

Но больше ничего не получит.

– Все, поехали, – еще и командует мной. Тон а-ля «К ноге, я сказал». Я начинаю закипать.

То есть, как без резинки совать свою штуку, это да.

Молчал бы! Это я не желаю иметь с ним ничего общего!

Зло запихиваю в рюкзак на Архиповской спине вещи. Если он сейчас еще раз сыграет в «Лисицына, ты меня утомила», я его зарою. Прямо тут. Прямо в асфальт.

У Вика все-таки есть инстинкт самосохранения, он не продолжает тему. Но я напрягаюсь, слыша его слова:

– А ты засунь свою жалостливость поглубже, и если Диана возникнет хоть каким-то образом, уходи в игнор.

Кажется, сейчас самое время сказать, что его неадекватная бывшая меня сталкерит.

– Диана… Она приходила к Кате на съемную квартиру. Спрашивала про меня.

Говорю это, и снова мороз по коже.

До того, как Катя рассказала мне про подозрения в отношении Дианы, я бы скорее подумала, что у девчонки нет гордости, и она таскается поговорить с той, кого считает девушкой Вика, чтобы типа отстала.

Но теперь я почти уверена, что это прям плохой знак.

– Когда? – свирепеет Архипов, будто это я что-то плохое сделала.

– Перед тем, как туда наведалась я…

– И почему ты мне не позвонила? – перебивает меня Вик.

Очень хочется зарядить: «А ты мне кто?», но вообще да, Диана – это его проблема, и на меня психопатка перекинулась из-за него. Так что здравая доля в его претензии имеется, но это все равно не повод разговаривать со мной как с тупенькой!

– Потому что я увидела только отъезжающую машину и не была уверена, что это она. Мне потом Катя сказала.

Если я думала, что мой тон отрезвит Вика, то просчиталась.

– Ясно. Ты все-таки заработала штрафные, – бесит меня он.

Какие к черту штрафные? Мы не на футболе!

Я уже собираюсь высказать Архипову все, что я о нем думаю, но он меня добивает:

– Кстати, раз уж мы встретились… Я поменял замки, – говорит он Кире, протягивая ключи.

– А ты как? – резонно спрашивает она.

– Если Тая свои не потеряла, то внутрь попадем, а там я возьму другие.

Я его грохну. Вот точно. Надо было не бульон ему варить, а слабительным накормить! Мозги бы, может, прочистились!

– И вы не вместе? – усмехается Кира.

– Нет!

– Ясно, – Кирино «ясно» такое же бесячее, как у ее братца.

С меня хватит!

Я от души лупасю по шлему придурка, которому обязательно за мой счет надо самоутвердиться.

– Ты оборзел? Какие штрафные? Это твоя подруга творит дичь!

Архипов, разумеется, тут же начинает строить из себя прошаренного. Типа, он знает, что делает, а я творю глупости:

– Тай, надеюсь, ты понимаешь, что сейчас не время для гордой независимости? Если я говорю, ждать меня, значит, ждешь меня. Если я сказал, сиди с бобиком, значит, сидишь с бобиком. Сейчас этой гиене наступили на хвост. Отстрел начался, но ты должна меня слушаться.

– Я не собачка, чтобы по команде прыгать!

– Да, даже бобик определенно умнее, – вякает смертник.

– Это все просто, чтобы снова ко мне приставать, да? – в лоб спрашиваю я.

– Нет, это чтобы Диана до тебя не добралась. Но если ты хочешь развлечься, я не против.

Не против? Не против?

Да он лезет на меня при каждом удобном случае!

И сейчас, сто пудов, уверен, что ему что-то обломится.

Да ща-а-аз!

Больше я не позволю ему командовать парадом. Возьму ситуацию в свои руки.

– У меня есть альтернативный вариант. Ты же так любишь играть во всякое. Теперь мы попробуем мою игру.

Посмотрим, как ты выкрутишься, Витюша.

Я тоже смотрю всякие фильмы и знаю, одну чудесную забаву!

Пока Архипов везет меня к себе, я планирую свой реванш. Уверена, у меня выгорит. Тут главное – просчитать его первый ход, он ведь захочет сам начать. Как пить дать, будет думать, что самый умный.

– Оставляю тебя с бобиком, надеюсь, он повлияет на тебя положительно, – язвит Архипов, высаживая меня у своего подъезда.

– Мне сходить на пеленку? – огрызаюсь я.

– Ну, если это все, на что ты способна… – гад опускает визор и дает по газам, оставляя меня беситься на ступеньках.

Ничего-ничего, вечером я тебе отомщу. Сделаю, как щенка тебя самого.

Поднявшись в квартиру, я какое-то время уделяю псинке, потом нагло съедаю весь сыр и, игнорируя разгромленную спальню, заваливаюсь на матрас в другой комнате. Отключаюсь, как по щелчку. Все-таки в последние дни я сурово не досыпаю. Удивительно, как Архипов так бодренько выглядит. Поднимает меня звонок в дверь.

После вязкого и какого-то липкого дневного сна, полного пугающей белиберды, я не сразу понимаю, что происходит. С трудом вспоминаю, что я тут вообще-то по делу. Жду домработницу. Как зомби плетусь открывать дверь.

Женщина средних лет, обнаружившаяся на пороге, смотрит на меня с недоумением. Она даже косится на соседние двери, видимо, проверяя, туда ли она попала.

– Если вы к Виктору, то вам сюда, – сварливо подсказываю я.

Только сейчас я соображаю, что домработница наверняка подумает, что срач в спальне моих рук дело.

Поэтому, впустив ее, я ретируюсь обратно в комнату.

Правда, долго отсиживаться там мне не удается. Почти сразу же, женщина нарисовывается в дверях с вопросом:

– Сейчас буду делать заказ на доставку еды, надо что-то добавить к стандартному набору?

А сама так и смотрит по сторонам, и от ее взгляда не укрывается ни постель на полу, ни две пары зарядников. О черт!

Ладно. Это проблемы Вика.

И вообще, домработница – это же наемная служащая. Не ее дело.

– Нет, все как обычно, – говорю я. Если Архипов хотел что-то эдакое, мог бы предупредить. Я не его личный секретарь.

– Меня зовут Надежда Анатольевна, – представляется она и смотрит на меня вопросительно.

Я не могу винить ее за любопытство. Мне бы тоже было интересно, кто согласился терпеть Вика дольше нескольких часов. А тут минимум целая ночь.

– Тая, – буркаю я в ответ. – Меня можно не запоминать.

Выражение лица Надежды Анатольевны остается непроницаемым. Надо же, какая выдержка.

Только когда она уходит, я вспоминаю, что меня вообще-то приглядывать оставили. Поэтому приходится все-таки маневрировать по квартире, хотя я не представляю ни фронт