Буря тайн и печали - Мелисса Рёрих

— Какое другое соглашение?

— То, что отмечено на твоей коже.

— Наша Сделка? — удивленно спросил Теон. — Контракт о Брачном союзе подписан. Ты это знаешь. Ты сам был свидетелем.

— А остальная часть соглашения? — спросил Вальтер, отпивая сок и не сводя с Теона немигающего взгляда.

— Остальная часть… — Теон откинулся на спинку стула. — Наследник? Мы не можем провести церемонию Бракосочетания, пока не завершится год Выбора. Это прописано в законе Деврама.

— Ни в одном законе не сказано, что Наследника нельзя зачать до церемонии Бракочетания, — ответил отец, кладя столовые приборы на пустую тарелку. Тут же появился фейри, чтобы убрать грязную посуду, а другой тут же наполнил чашку кофе. — Пока ребенок будет от твоей потенциальной пары, проблем не возникнет. Проблемы начнутся, если ребенок появится от… другой.

Последнее слово прозвучало с явным подтекстом, и Теон ощетинился от скрытого намека.

— Мне кажется, сейчас я разгребаю более чем достаточно дерьма. Зачатие наследника не входит в список моих приоритетов, — резко бросил он, теряя терпение.

— Меня не волнуют твои приоритеты, Теон, — холодно отрезал Вальтер, его голос стал низким и угрожающим. — Единственный приоритет здесь — укрепить наше положение в Девраме. Наследник необходим.

— Но не в ближайшие десятилетия, — возразил Теон.

Вальтер усмехнулся:

— Если ты думаешь, что я собираюсь ждать десятилетия, чтобы обеспечить безопасность нашей родословной, ты ошибаешься.

— Разве нельзя подождать до окончания года Выбора? До того, как все с Тессой…

Рык, вырвавшийся у отца при упоминании ее имени, заставил Теона напрячься. Он изо всех сил сдерживал свою тьму, чтобы она снова не вырвалась наружу.

— Она вообще не должна была стать твоей! — бросил Вальтер.

— Что, блядь, это значит?! — потребовал Теон.

Отец глубоко вдохнул, и его маска спокойствия и собранности явно вернулась на место.

— Это значит, ты должен был выбрать фейри, а не какую-то полукровку сомнительного происхождения, которая всех тормозит. Тебе каким-то образом удалось облажаться в том, в чем облажаться там, где, казалось бы, облажаться невозможно.

Он не дрогнул от этих слов. Отец всю жизнь осыпал его оскорблениями. Он помнил, как бесконечно слышал, насколько он неудачник. Поэтому он промолчал, уперев ладони в стол и стараясь контролировать единственное, что мог в этой комнате: свою силу.

Отец встал, и Эвиана последовала его примеру, хотя ее завтрак был съеден лишь наполовину.

— Ты сделаешь это, Теон. Это часть нашего соглашения.

— В нем не были оговорены сроки, — выпалил Теон.

На лице отца появилась мрачная, насмешливая улыбка:

— Думаешь, ты настолько хитер, чтобы переиграть меня? Если ты считаешь, что можешь найти лазейку в Сделке, то уж точно способен найти ее и в вопросе своего Источника.

Теон открыл рот, чтобы ответить, но отец поднял руку, заставляя его замолчать.

— Но поскольку ты явно намерен мне противиться, видимо, тебе нужно напомнить о руке, которая тебя кормит, так сказать. Твои рационы на этой неделе будут удержаны.

— Что?! — вырвалось у Теона прежде, чем он успел остановиться.

Ему нужны были эти рационы. Его резервы истощены, а остатки прошлой недели он отдал Акселю прошлой ночью.

— Может, это научит тебя перестать потакать слабостям брата, — усмехнулся Вальтер, застегивая пиджак, пока Эвиана подавала ему длинное пальто и кожаные перчатки. — Но более того, если я не увижу, что ты прилагаешь усилия, то я позабочусь о том, чтобы и его рационы были удержаны.

— Ах, ты гребанный ублюдок! — прошипел Теон, резко вставая, но сила отца швырнула его обратно на стул, а затем снова обвила горло, лишая возможности говорить.

— Не знаю, что ты себе надумал, Теон, — буднично продолжил отец. — Ты правда думал, что, получив Источник, сможешь внезапно одолеть меня? Думал, станешь сильнее? Сможешь отобрать у меня королевство? Ты думаешь, я не потратил годы, даже десятилетия еще до твоего появления в этом мире, готовясь к любой возможности?

Теон смотрел на него, чувствуя, как горят легкие.

— Ты сделаешь это, Теон. Хотя твои слабости продолжают разочаровывать меня, они по-прежнему дают мне способы убедиться, что мы понимаем друг друга. — Вальтер надел перчатки. — Я жду отчет о том, что твой Источник узнала в Фавене, в течение суток после ее возвращения.

С этими словами он развернулся и вышел из столовой. Стук каблуков Эвианы эхом раздался вслед за ним, и лишь когда Теон услышал, как хлопнула входная дверь, он наконец смог судорожно вдохнуть.

Ты думаешь, что все контролируешь, потому что твой отец создает у тебя иллюзию контроля.

Слова Тессы заполнили его голову, пока он пытался выровнять дыхание.

Кто в здравом уме захочет быть прикованным к тому, кто жаждет контроля, потому что сам его не имеет?

Она была права.

С самого начала она была права.

Он ни над чем не имел контроля.

Это было единственное, о чем он мог думать, доставая телефон из кармана и набирая номер Фелисити.

ГЛАВА 29

ТЕССА

Она не могла дышать.

Не тогда, когда Теон стоял над ней с черным кинжалом в руке. Она не могла вдохнуть даже для того, чтобы заговорить.

— Дыши, малышка, — успокаивал Лука. — Все скоро закончится.

Дракон склонился к ее голове, большой ладонью обхватив ее щеку, удерживая взгляд на себе. Аксель стоял рядом, его тени обвивали ее ноги, не давая им пошевелиться.

Она подавилась рыданием, задыхаясь, пока слезы катились по ее лицу:

— Пожалуйста, Лука. Все не должно быть так.

Лука нахмурился, бросив взгляд на Теона:

— А если она права, Теон? Если есть другой путь?

— У нас нет выбора, — ответил Теон, все еще стоя над ней, его волосы шевелил ветер.

С неба падал легкий дождь, вдали грохотал гром.

— Я все еще думаю, что это можно истолковать иначе.

Тесса резко повернула голову и увидела высокого мужчину. Он казался каким-то знакомым, но Тесса точно знала, что она никогда его не встречала. За спиной у него был пристегнут меч, как и у женщины, стоявшей рядом. Ее рыже-золотистые волосы были заплетены в косу, перекинутую через плечо, а в глазах мерцало пламя. Рядом с ними стояли Тристин и Кэт, а на тыльной стороне руки фейри отчетливо выделялась странная метка.

— Жизнь должна отдавать, а смерть должна забирать, — ровно произнес Теон. — Иного толкования нет. Особенно если мы хотим спасти наш мир.

Так долго Тесса жаждала смерти, но сейчас, в этот самый момент, она ее не хотела. Она наконец нашла то, за что стоит бороться, и это тоже у нее отнимут.

— Ты ошибаешься, — сказал Тристин, его лицо напряглось, а руки то сжимались, то разжимались по бокам. —