Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

И все равно… все равно каждый раз, когда я вижу ее, что-то внутри откликается. И то, что шептало мне подсознание, было слишком безумным и… слишком очевидным уже.

— Генерал? — голос младшего воина, дежурившего у входа в палатку, вырвал меня из размышлений. — К вам посетитель.

Я разжал кулаки, заставил себя выдохнуть, прогоняя ненужное напряжение.

— Пусть войдёт, — отозвался я, откладывая перо и переворачивая отчет текстом вниз.

Полог откинулся, в палатку вошел мужчина средних лет. Я узнал его сразу: Пирт, один из слуг баронессы. Кажется, он занимался ремонтными работами в усадьбе. Встречал его пару раз, в основном — когда объезжал границу поместья.

— Генерал Кайлас, — Пирт поклонился с должным уважением. В отличие от своей леди, что словно с небес свалилась и вела себя со мной, как с… с надоедливым соседом, этот человек точно знал, с кем имеет дело. — Прошу прощения за беспокойство в такой час. Я пришел по поручению баронессы Микэль Верлис.

Что-то внутри меня мгновенно напряглось. Кровь всколыхнулась, будто почуяв.

— Слушаю, — я поднялся из-за стола, выпрямляясь во весь рост. Пирт был высоким мужчиной, но разница между нами все же была заметна. Он не дрогнул, но я заметил, как его взгляд на долю секунды задержался на моих глазах — с вертикальными зрачками. Непривычное зрелище для обычного человека.

— Баронесса созвала собрание по важным вопросам, — сказал Пирт ровно. — И… — он помедлил, словно подбирая слова, — она хочет видеть вас на этом собрании, генерал. Просит вас прийти в усадьбу, если это возможно.

Я нахмурился. Собрание? Зачем этой невыносимой женщине созывать собрание? И, главное, зачем ей я на этом собрании?

— Она сказала, по какому поводу? — спросил я, скрещивая руки на груди.

— По вопросам… организации жизни детей из сгоревшего приюта и безопасности поместья, — ответил Пирт. — Более конкретно баронесса не говорила. Но просила передать, что вопрос важный.

Дети из приюта. Те шестнадцать оборванцев, которых она приютила после пожара. Я помнил их — грязных, напуганных, с пустыми глазами. Помнил, как она летела в огонь, желая защитить их, словно мать-драконица, прикрывающая крыльями свое потомство. Даже тогда, в истерике и явно не понимающая, во что ввязалась, она не отступила от безумства, и только чудо сохранило ей жизнь. Промедли я хоть на секунду…

Любопытство кольнуло иглой. И вместе с ним — то самое желание видеть ее снова. Слышать ее голос. Находиться рядом, хотя бы просто… быть.

— Хорошо, — сказал я, не давая себе времени на раздумья. — Передайте баронессе, что я приду.

Пирт кивнул с явным облегчением, видимо, боялся, что я откажу, и поклонился снова.

— Благодарю, генерал. Баронесса будет вас ждать.

Он вышел, и я остался один в тишине палатки, уставившись на догорающую свечу. Что я делаю? Зачем иду на какое-то собрание слуг в поместье, которое меня вообще не касается? У меня есть дела. Патрули, донесения, тренировки навязанного молодняка. Я генерал драконорожденных, а не придворный, бегающий на каждый зов аристократки.

И все равно я уже тянулся к плащу, накинутому на спинку стула. Уже представлял, как войду в ту усадьбу и увижу ее снова.

Мраково проклятье.

Путь до усадьбы занял минут двадцать неспешным шагом. Вечер спускался с Темногорья мягкими сумерками, окрашивая небо в оттенки свинца и тусклого золота. Воздух наполнился запахами опавшей листвы и дымом из печных труб. Под тучным небом расположились крыши усадьбы Верлис — старые, местами требующие ремонта, но все еще крепкие. Поместье видело лучшие времена, это было очевидно, но в нем чувствовалась основательность, вековая прочность некогда благородного рода.

— Кайлас! — окликнули меня, когда я уже почти дошел до ступеней.

Я обернулся и увидел Дерека, шедшего от дозорного поста на входе в лагерь. Темноволосый, широкоплечий, с вечной ироничной ухмылкой на лице. Одна слабость была в моём друге — излишняя любовь на «поболтать».

— Куда это ты собрался? — спросил он, догоняя меня. — В усадьбу? К баронессе?

— По делу, — коротко ответил, продолжая идти.

— По делу, — протянул Дерек с нескрываемым весельем в голосе. — Конечно-конечно. По какому же еще делу генералу драконорожденных идти к молодой вдовушке вечерком?

Я бросил на него предупреждающий взгляд, но Дерек только ухмыльнулся шире.

— Она созвала собрание, — пояснил я сухо. — По вопросам безопасности и детей из приюта. Попросила моего мнения.

— Ага. Мнения, — Дерек покачал головой, явно наслаждаясь моментом. — Похоже, эта леди не из тех, кто сидит сложа руки и ждет, пока мужчины все за нее решат. Интересная женщина. И красивая, кстати, интересно, ты это заметил?

Я заметил. Очень хорошо заметил. Но признаваться в этом Дереку я точно не собирался.

— Возвращайся на пост, — приказал я. — И займись делом, а не сплетнями.

— Есть, генерал, — Дерек отсалютовал с показной серьезностью, но усмешка никуда не делась. — Только скажи потом, как прошло собрание. Любопытно, что эта баронесса затеяла.

Он развернулся и зашагал обратно к вышке, насвистывая какую-то песню. Я проводил его взглядом, качая головой. Дерек прав в одном — Микэль действительно не похожа на обычных аристократок. Она… другая. И это одновременно притягивает и настораживает.

Окна большого дома светились теплым желтым светом свечей. Где-то в глубине слышались голоса, стук посуды. Жизнь теплилась в этих стенах, несмотря на все невзгоды.

Дверь в дом открыл тот же Пирт.

— Генерал, проходите, — он посторонился, пропуская меня внутрь. — Баронесса в столовой. Прямо и налево. Должен заметить, весьма приятно, что в этот раз вы… Постучались.

Я прищурился на эту неуместную шутку и двинулся по холлу. Дом внутри был просторным, хотя и явно нуждался в обновлении — местами облупившаяся краска, потертые половицы, старая мебель. Но чисто и опрятно, особенно если сравнивать с последним разом, не считая вчерашнего. Видимо, ее слуги здесь все же честно старались поддерживать порядок, несмотря ни на что.

Большая столовая встретила меня приглушенным гулом голосов. За длинным дубовым столом, сидела… Куча «и гусь, и свин» — другого определения, кроме цитаты из детской потешки, я подобрать не мог. Разношерстная компания слуг, служанок.

Маловато для такого поместья. Эта мысль мелькнула и исчезла. У её покойного мужа явно были проблемы с деньгами, если он держал такой скромный штат.

Мой взгляд сначала упал на девочку — маленькую госпожу, дочь баронессы. Аника. Она сидела на коленях у… кажется, Микэль называла ее Марой. Молодая женщина с добрым, открытым лицом, явно привязанная к ребенку. Девочка склонилась над листом бумаги, усердно выводя что-то мелками, язычок высунут от старания.