Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

моему… опыту. Сразу тебе скажу по контролю, нужному именно сейчас. Ты продолжишь отвечать за ремонт усадьбы, но не как мастер, а как Управляющий, — крыша, стены, мансарда, все, что требует починки — зимой дом не должен превратиться в холодный капкан для нас. И весной, после зимы, начнешь контролировать строительство нового приюта на наших землях. На зиму дети остаются здесь, в доме, но к весне нам нужно отдельное здание для них — теплое, надежное и просторное. И… нужно разобраться с деревнями, завтра же отправим с тобой запрос господину Иренею.

Я внутренне присвистнул. Строительство приюта. Эта женщина не просто приютила детей из жалости — она планирует обустроить их жизнь на своей земле своими силами на долгий срок, но… почему не выбьет у своего императора… или короля, кто у них там — почему не выбьет из казны денег. Хотя… я знал, почему. Деньги из казны выделяются неохотно и экономно, быстрее будет ей самой обеспечить детям жилье. Только, почему она так печется о них? Очень странная барыня.

Амбициозно. Очень амбициозно для вдовы с разваливающимся поместьем. Лана посмотрела на мужа с недоверием, потом на баронессу, потом снова на мужа. Удивительно синхронная пара.

— Мой Пирт… управляющий… — благоговейно прошептала она с изумлением. — Такая должность…

Пирт молчал, явно пытаясь осмыслить происходящее. Потом он поднялся из-за стола и низко поклонился Микэль.

— Я… благодарю вас, моя госпожа, — его голос сел, будто он сдерживал излишне сильные эмоции. — Я не подведу вас! Клянусь.

— Пирт, я уверена в этом, — ответила Микэль.

Она устало потянулась, потирая поясницу ладонью — неосознанный жест, выдающий усталость и напряжение. Наверное, провела на ногах весь день, и теперь спина болит. Я видел, как она морщится, пытаясь размять затекшие мышцы, и моя рука… сама потянулась вперед, желая помочь, поддержать, обнять…

Я зло одернул себя, сжимая кулак и опуская руку обратно на колено.

Да что такое⁈

Это просто женщина, ничего особенного! Тысячи людей устают за день. Почему я должен бросаться помогать именно ей? Почему родовая кровь рвется из-под контроля каждый раз, когда я вижу малейший признак ее дискомфорта?

Я стиснул зубы, заставляя себя сосредоточиться на собрании, а не на смутном желании подойти, встать за ее спиной и размять ей плечи, чтобы она расслабилась, чтобы боль ушла, погладить её предплечья, спуститься руками ниже, соединить наши ладони, переплести пальцы и…

Хватит!!!

Микэль, не замечая моей внутренней борьбы, повернулась к женщине, сидевшей ближе к концу стола. Фания. Она при каждой моей с ней встречи смотрела на баронессу с особенной теплотой, почти материнской заботой. Явно была предана этой семье.

— Фания, — Микэль улыбнулась ей с особой мягкостью, — ты много лет работаешь в этом доме. Знаешь, как все устроено, как вести хозяйство. Я хотела бы предложить тебе стать экономкой.

Женщина улыбнулась в ответ, задумчиво покачала головой, в ее глазах мелькнула грусть.

— Благодарю, дорогая, — сказала она негромко, но твердо, — но я должна отказаться. Не по возрасту мне такая ответственность, не по силам. Я хорошая кухарка, и буду рада продолжать кормить вас и детей, учить Амели и новых девочек. Но экономка… это слишком много для меня.

Микэль приняла отказ без обиды.

— Понимаю. И уважаю твое решение, — она помедлила, явно обдумывая следующий ход. Я видел, как она складывает руки на груди, точь-в-точь копируя мою позу, сама того не замечая, отчего внутри все полыхнуло жаром собственника, и прищуривается, разглядывая остальных собравшихся за столом. Она, словно бы, твердо вознамерилась укомплектовать высокий штат из своих же людей.

Её взгляд остановился на молодой женщине, сидевшей чуть поодаль, тоже уже знакомой.

— Сара, — позвала Микэль.

Девушка вздрогнула, выпрямилась, глядя на баронессу с опаской.

— Да, госпожа?

— Сара, после Фании такую должность я могу доверить только тебе, — баронесса сжала губы, сдерживая улыбку. Видимо, ее тоже забавляла реакция слуг. — Я хочу предложить тебе стать экономкой этого дома.

Сара застыла, словно в нее ударила молния. Смотрела на барыню, как на сумасшедшую, подняв брови.

— Я… что? — пробормотала она, в ее голосе звучал неподдельный шок. — Эээ… не совсем уверена, что правильно вас поняла. Может быть здесь есть ещё одна Сара? То есть… прошу простить мою грубость, барыня, я… у меня нет опыта в этом…

— Опыт придет, — спокойно перебила Микэль, качая головой, не обратив, впрочем, внимания на фамильярность. — У тебя есть главное — мышление стратега и желание работать. Я научу тебя всему остальному по мере возникновения вопросов. Ты будешь отвечать за порядок в доме, за распределение обязанностей между прислугой, за закупки и хозяйственные дела. Вместе с Пиртом вы приведете это поместье в порядок.

— Мышление стратега? — глаза Сары расширились вдвое.

Микэль тихо рассмеялась.

Я слушал, не отрывая взгляда от этой леди, во мне росло… восхищение. Смешанное с недоумением, да. Эта женщина… она видит людей. Не просто смотрит на них как на безликих слуг — она различает в каждом личность, потенциал, сильные стороны. Она была похожа на… воина. На Генерала… в юбке.

Любая другая аристократка на ее месте наняла бы кого-то со стороны, за деньги, с рекомендациями. Да чтобы рекомендаций было побольше. Но Микэль… она вкладывается в своих же людей. Растит из них более высокие должности. Дает шанс показать себя. Это стратегия опытного военного командира.

Кто ты такая, Микэль Верлис⁈

Сара молчала, явно пытаясь переварить услышанное. И на ее лице расцвела улыбка.

— Я… я справлюсь, госпожа, — сказала она, усмехаясь.

— Отлично, — впервые за весь вечер лицо Микэль смягчилось по-настоящему. Она выглядела усталой и измотанной, но довольной. Словно большой груз упал с ее плеч. Но недолго длилось ее расслабление, выражение лица баронессы снова стало серьезным.

— И последнее, — она обвела взглядом всех присутствующих. — Доношу до всех, что я приняла решение о строительстве постоялого двора на моих землях. На центральном тракте, где раньше стояла большая таверна. Эту информацию я запрещаю выносить из стен усадьбы, ясно?

Все переглянулись. Я увидел удивление на их лицах, смешанное с… обреченностью и интересом. Но все дружно пробормотали, что ни слова, ни-ко-му.

— Постоялый двор? — переспросила Фания. — Моя госпожа, это… смелая затея. Слмшком смелая, учитывая мародеров в лесу и нечисть в Темногорье…

— Именно поэтому, — перебила её Микэль, нахмурившись. — Именно поэтому он нужен. Путники, торговцы — все они нуждаются в безопасном месте для ночлега. Сейчас на этом тракте нет ничего от границы и до города. Люди вынуждены ночевать в лесу, рискуя жизнью. Постоялый двор даст им кров, горячую еду и защиту. И, самое главное, принесет доход поместью.

Я