Улыбайтесь - вы в Египте! - Елена Серебрякова

— Да ничего, Лан. Завидно ему, что Мудя в Германию рванул. Что, он недостоин, что ли? Ты еще со своим мягким характером пообещала, что ждать будешь. Я понимаю, что ты сказала так, чтобы отстал. Но я-то не пообещала. Опять Мудику повезло больше. Псих — типичный закомплексованный и завистливый дурак.

— Ух! Как я зол, как я зол! — скрипела зубами Мила. — Мы ему еще покажем! Он может закрыть свою дверь на засов, нанять бодигарда, купить двустволку и постоянно носить бронетрусы, но ему не уйти от правосудия!

Именно Милка больше всех горела желанием отомстить за свою поруганную честь, а также за честь подруг, и ежедневно следила за Ашрафскими передвижениями, как зоркий орел следит за петляющим у подножия горы зайцем. И однажды ей повезло…

— Девки!!! Родные!!! — она забежала в комнату с лицом, на котором читалось высшее знание. — Он забыл закрыть дверь!!! Я толкнула на всякий случай, а она… хоп! И открылась! Сам, зараза, в комнате. Дрыхнет. Забегался по пляжам, собака…

— Есть ли у нас план? — сразу же активизировалась Нонка.

Милкин генератор давно родил план мщения, чем она и поделилась не медля.

Псих спал глубоким сном, открыв рот и разметавшись по кровати отнюдь не в бронетрусах.

— То, что доктор прописал! — прошептала Мила и достала из лифчика супероружие мести — ярко-красную помаду фабрики «Свобода».

Через пятнадцать минут объект был недвусмысленно разрисован женскими губками, имитирующими страстные поцелуи. Лицо, шея, грудь и даже бедра сияли следами, подтверждающими недавнее бурное сексуальное действо.

Вернувшись в комнату, Милка заговорщицки прошептала:

— Нонк, беги искать Стасика!

Та вернулась на удивление быстро, еле сдерживаясь, чтобы не заржать, как конь.

— Ну? — спросил «генерал» посыльного. — Сделала?

— А то! Сказала, что видела секьюрити, вызывающего врача в корпус контрактников. Поинтересовалась, зачем, и тот ответил, что Ашрафу плохо. Опять перманентный синдром диареи, насморка и угревой сыпи, температура, удушье и косоглазие. Изобразила вселенскую скорбь, участие, выдала, что надо предупредить Николь. Мало ли… Вдруг что-то серьезное? Мы, конечно, злы на него, но тут вопрос жизни и смерти.

— Молодец! Пошли занимать места в первом ряду!

Ждать пришлось недолго. Фрау Николь примчалась быстрее ветра. За ней семенил успокаивающий взволнованную женщину Стасик. Она нервно забарабанила в дверь. Стасик помог нервно барабанить. Барабанили они до тех пор, пока на пороге не возник сонный Псих, весь в следах любовных игрищ.

— О-о-о-о! Какой сюрприз! — Ашраф изобразил голливудскую улыбку и тут же получил прямой хук в челюсть. Взволнованная слабая женщина неожиданно выбросила вперед кулачище размером с арбуз, что глубоко впечатался в счастливую физию Психа, смешав в кучу нос, шлепающие приветствие губы и радостные от сюрприза глаза.

— Что случилось, шатци? — тупо спросил Ашраф, но Николь еще одним выверенным, страстным ударом ноги в область изумруда с сапфирами, куда она вложила всю неземную любовь, согнула Психа в позицию вопросительного знака.

Стасик нервно грыз свой кулак, с диким ужасом зыркая глазами то на Николь, то на Ашрафа, прислонившегося к стене и хватающего ртом воздух.

— Вот это женщина! — пропела Нонка.

— Жестоко.

— Бабы, мы суки…

— Суки, — подтвердила Ирина. — Зато теперь ни одна сволочь не вякнет, что нам нечего предложить…

СКАЗКА О НАСТОЯЩЕМ ПРИНЦЕ И ГОЛУБОЙ СОБАКЕ

— Майкл, а ты где учился? — спросила Нонна, подсаживаясь ближе. — «Войну и мир» читал да про «тварь дрожащую» наслышан…

— В Каирском университете, на факультете литературы. А что?

— Такая редкость увидеть здесь такого образованного мужчину! Галантного, культурного, модного и, во всех смыслах, приятного интеллектуала. Для меня это просто удача! А то и поговорить-то не с кем…

С появлением Майкла она перестала звонить Али. Появилась новая кандидатура для соблазнения, и она не уставала петь ей дифирамбы, восхищаясь любой лабудой, слетающей с кандидатуриных уст. Майкл общался настороженно, будто Нонка посягала на что-то личное, и очень скоро освоил все потайные места отеля, где бы жаждующая интеллектуального общения леди не смогла его найти. Сдружившись со Стасиком, он часто пережидал Нонкины визиты под его кроватью и даже пару раз, как когда-то Шланг, тушил в Стасиковском шкафу сигареты об ладонь...

Псих, и без того нервный ранее, шлялся по отелю злой, как черт, сияя подарочным бланшем на левой стороне мордени и грозился устроить русским второе нашествие арабского татара-монгола. Николь собрала монатки и на следующий же день выехала в аэропорт, где, дав на лапу пару дойч-марок, благополучно отбыла домой первым классом, не предоставив проигравшему в схватке возможности оправдаться.

Стасика волновал только один вопрос: как девочки могли, пусть даже во имя великой мести, расцеловать Ашрафа во все места?! Как можно дотрагиваться до этого нервнобольного и окончательно офигевшего засранца?! Ахмед тоже ходил по отелю с подарочным синим набором на лице. Только уже от Психа, который по традиции залепил первому, кого увидел по близости, обвинив в измене. Бедный Стасик пострадал ни за что и теперь ненавидел Психа хлеще, чем девочки. Спасибо хоть, что они успокоили, заявив, что просто нарисовали женские губки, а то Стасик перестал бы их уважать.

Остальной персонал отеля только посмеивался, когда Псих рисовал перспективы страшных мстей. Шалуфа вообще предупредил по-дружески, что не стоит так опрометчиво болтать о русских. Джозеф мягко, но твердо советовал сменить место работы, так как данным образом недолго задолбать не только отдельно взятую нацию.

Девочки пытались не обращать на Ашрафа внимания, но «засранца» было слишком много. Нонна несколько раз пыталась заговорить с Тареком на тему «А не выпереть ли вам такого неуравновешенного работника из отеля?», но тот ссылался на то, что Псих — единственный оставшийся в живых аниматор и сначала надо найти замену, а потом пинать под зад.

— Он такой незаменимый? — удивлялась Нонна, смахивая горькую слезу. — Незаменимых нет, мистер Тарек. Ну, может быть, только вы. Без вас никак…

Мистер Тарек смущенно краснел и обещал исправить положение, как только будет возможно.

— Ладно, будем ждать, — вытирала носик Нонка. — А может мы сегодня после шоу в «Ноев ковчег» съездим, а? Сидеть вечерами в отеле становится невыносимо из-за этого урода.

— Дорогая, — замялся постоянный спутник девочек в таких походах, — я сегодня не могу. Работы много.

— Как жаль! — Нонна взяла очередную салфетку со стола. — Может, мы одни?

Но Тарек проявил неожиданную твердость:

— Нет! Ни за что! А если какие-нибудь ненормальные к вам пристанут? Без сопровождения не пущу!

Нонна предложила взять сопровождающим секьюрити Мухаммеда. Тарек добавил Ебейда, а потом, подумав, припахал туда же и Джозефа.

— На всякий случай… — сожалея, что