Мой железный босс. Любовь вопреки - Анна Варшевская

На мои плечи осторожно ложатся ладони.

— Всё в порядке? Тебе комфортно? — спрашивает, начиная мягко массировать, а у меня сам собой вырывается тихий стон.

— Очень…. - выдыхаю, чувствуя, как прикосновения становятся сильнее и увереннее.

В итоге весь этот массаж, перенесённый на его «кровать побольше», превращается в полное непотребство, а я чуть было голос не срываю от стонов, которые нет никакой возможности сдерживать, когда тебе делают так хорошо. Причём во всех смыслах.

Феликс оказывается абсолютно ненасытным и неутомимым. У меня вообще в следующие несколько дней возникает ощущение, что, если бы не необходимость ездить в компанию, где, судя по всему, сейчас какие-то трудности, меня бы в принципе не выпускали из кровати. Любили бы с перерывом на завтрак и ужин, даже без обеда. И немного на сон.

Правда, это слово между нами пока не прозвучало. Я и хочу его услышать, и боюсь… и сама сказать тоже боюсь. Не потому, что не уверена… Хотя мне кажется, что я всё-таки пока не до конца уверена. Но ещё и потому, что боюсь не услышать это слово в ответ.

Сложно представить Феликса, признающегося в любви.

К тому же я чем дальше, тем больше нервничаю из-за того, что мне не звонит сестра. И из-за шантажиста, от которого тоже почему-то ни слуху, ни духу.

В один из вечеров решаюсь спросить у Феликса, почему так.

— Я просто не понимаю, — говорю, ковыряя вилкой салат. — После всего, что уже произошло, он молчит! Тебе разве не кажется, что это странно?

— Не думай об этом сейчас, — он отодвигает тарелку, встаёт из-за стола, подходит, начинает массировать мне плечи. — Скоро всё это закончится, мы разберёмся.

Я глажу одну из его рук, ловлю, переплетаю наши пальцы, задираю голову, глядя на него.

— А моя сестра? — спрашиваю тихо, и у него дёргается уголок губ. — Я волнуюсь, Феликс. Она никогда не пропадала так надолго, всё равно звонила…

— Я ведь уже несколько раз говорил тебе, что за ней присматривают, — он качает головой. — Она в безопасности. Позвонит ещё, никуда не денется. Я держу ситуацию под контролем.

— Это-то меня и пугает… — ворчу, не удержавшись.

— Что именно? — его руки напрягаются на моих плечах.

— Твоё ничуть не угасшее стремление всё контролировать, — вздыхаю, но тут же стараюсь улыбнуться. — Но в отношении меня заметен прогресс. Так что… извини, что я задаю одни и те же вопросы. Я просто… правда переживаю за Аню. Ты же скажешь мне, если вдруг что?

— Конечно, — кивает Феликс после паузы, слегка улыбается и, наклонившись, целует меня в уголок губ. — Обязательно скажу. Пойдём в спальню?

— Ты о чём-то другом думать можешь? — поднимаюсь, закатив глаза, хотя не сказать, что я так уж недовольна.

— Не рядом с моей сексуальной невероятно красивой женой, — шепчет он мне на ухо и подхватывает на руки, так что я вскрикиваю от неожиданности.

— Ты невозможен, — обнимаю его за шею, улыбаясь.

Феликс только целует меня в ответ так, что все мысли разлетаются из головы.

На следующий день он с утра почти не выпускает телефон из рук.

То и дело хмурится, отвечает на какие-то сообщения. Когда приезжаем в офис, отменяет пару встреч, вызывает к себе руководителей нескольких отделов. Я стараюсь не отвлекать и не мешать — понимаю, что в компании, видимо, опять какой-то кризис, да ещё и Резанов, который хотя бы может подстраховать, до сих пор в отпуске, точнее, на медовом месяце с Евой.

Когда заканчивается очередная встреча, Феликс стремительным шагом выходит из кабинета, останавливается возле моего стола.

— Мне нужно уехать, — говорит ровно, но я слышу резкость за спокойными интонациями. — Отмени всё на вторую половину дня. И… будь в офисе, — добавляет тише. — Если я не успею вернуться до конца рабочего дня, увидимся уже дома. Охрана тебя отвезёт.

— Хорошо, — киваю покладисто.

В его словах нет ничего необычного, за последнюю неделю мы так делали пару раз, когда он задерживался на выездных встречах.

— Отлично, — Феликс кидает на меня короткий взгляд и выходит.

Вздохнув, опускаюсь обратно за стол. Работы у меня хватает, есть чем заняться. Правда, то и дело отвлекаюсь. Что-то я устала к концу недели…

Или это просто слишком активный муж? Фыркаю про себя, чувствуя, как начинают гореть щёки…

И вижу, как загорается экран мобильного, лежащего на столе.

Номер незнакомый. Смотрю на него несколько секунд, сама не понимая, почему у меня вдруг становятся холодными пальцы.

Потом беру.

— Да? — отвечаю и слышу какой-то шум в динамике.

— Дайте сюда! — знакомый возмущённый голос издалека, снова шум, и потом громкое: — Аврора! Гаврош! Это я!

— Аня! — ахаю, невольно вскочив со стула. — Аня?! Что случилось?

— Аврора Романовна, — перебивает мужской голос. — Ваша сестра попросила связаться с вами. Она в больнице.

Глава 44

Феликс

Сегодня всё, что может пойти через одно место, идёт именно так.

Руслан уже несколько дней как привёз сестру Авроры в Москву. Девчонка оставалась под присмотром — и это был единственный плюс всей этой ситуации. Потому что Руслан моментально обнаружил, что за ними ведётся наблюдение. Ещё и вызверился, что раз следят — то хоть бы делали это не так топорно, а то такую слежку даже первоклассник заметит.

Спорить с ним я не стал — было ясно, что он просто на взводе. Понятно, что лучше уж вовремя обнаружить слежку, чем узнать о ней в крайне неудачный момент. И хотя меня совершенно не устраивало, что за ними следят, обнаружение этого факта помогло сделать определённые выводы. Судя по всему, Сафонов — в том, что это он, уже не было никаких сомнений — решил действовать через сестру Авроры, раз уж сама Аврора была для него вне досягаемости. Об этом после нападения я позаботился максимально.

Нападение вообще было его большой ошибкой. Тот факт, что зацепило меня вместо Авроры, не мог не дать понять — я в курсе если не всего, то многого.

Вспоминаю, как Аврора удивлялась тому, что шантажист никак себя не проявляет. Ещё бы он проявлял! Наверняка уверен, что любой его звонок, любое, даже случайное появление будет задокументировано и предъявлено в качестве доказательств. Вот и залёг на дно… пока что.

Жена даже не подозревает, сколько вокруг неё охраны. И слава богу. Не нужно ей знать, не её это дело, а моё. Безопасность Авроры — основной приоритет. Всё остальное опционально и решаемо.

Бесит меня другое. Мне так и не удаётся