Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

сплюнул Освальд. — Он увидел, что стало с его дружком Фредди в подвале, и захотел соскочить. Пришлось избавиться, кто же знал, что владетельный ублюдок заблокировал подземный путь. Теперь или через лес, или перепрятать до лучших времен.

— И твоих мозгов не хватило убить Дирка после того, как он поможет тебе вытащить сундук? — уел Райан Суинфорда.

— Заткнись. Или помоги дотащить, или проваливай, пока не на вел на меня дознавателей. Они рыщут по округе, как псы, взявшие след. Твое дело отсиживаться, пока все не уляжется.

— А ты тем временем смоешься? — процедил Райан.

— Сделка в силе, — мотнул головой Суинфорд. — Если Бладсворд, как ты и обещал, сойдёт с ума, я хочу получить своё по праву. Жаль, девчонка сдохнет, я бы поразвлёкся, но кругом полно юбок, переживу. Хотя тогда в лесу я успел ее пощупать. Славная бы вышла рабыня.

Услышав такое, я содрогнулась. Теперь, когда я представляла не в теории, что происходит между мужчиной и женщиной, мне становилось дурно от одной только мысли, что этот человек ко мне прикоснется. Видимо, от омерзения я отступила, и, как назло, под ноги мне попалась отвалившаяся дверная ручка. Звук был негромкий, но Суинфорд тут же вскинулся:

— Кто там с тобой? — он снова подхватил артефакт и направил его в нашу сторону.

Прятаться было бессмысленно, и я выступила вперёд, уповая на свою личину.

— Идиотка! — опознав подельницу, зашипел Освальд. — Ты здесь еще зачем? Тебе велено ждать на месте встречи.

Какие нежные отношения пусть и с временной, но любовницей.

Слава Покровителю, отвечать мне не пришлось.

Снаружи где-то вдалеке послышался лай собак, похоже Морстон или управляющий организовали обход во избежание повторения пожара.

— Проклятье! — дернулся Суинфорд.

— Убирайся отсюда, я сам спрячу сундук, — неожиданно для меня сказал Освальду Райан. — А ты постарайся увести отсюда всех, да запутай следы как следует, если не хочешь, привести их прямо к нам.

Выругавшись, Суинфорд запихнул артефакт в карман и ринулся обратно в комнату.

Последовав за ним, мы едва успели увидеть, как он выбирается через окно.

— Почему ты его отпустил? Я была уверена, что ты постараешься от него избавиться, — недоумевала я, глядя, как Райан подходит к окну.

— За ним надо проследить, — едва он произнес эти слова, как на ближайшем дереве заухал филин, а потом полетел, шумно хлопая крыльями, вслед Освальду, который почти скрылся из вида. — Пусть Суинфорд покажет нам место встречи, а мы пока подготовим ему там теплый прием. На мое место он захотел, а мозгов у него вправду нет. Даже не задался вопросом, как Хэмиш смог войти.

Райан вернулся в холл и опустился на корточки перед телом Дирка.

— Мертв? — сглотнула я, увидев, как Бладсворд проверяет пульс.

— Жив. Будет свидетелем. Ничего с ним не случится, полежит, пока мы не пришлем за ним стражу и целителя. Это будет долгая ночь, Энни, тебе лучше остаться в поместье… Ты меня слышишь?

Я его слышала, но мое внимание приковала комната, из которой волок сундук Освальд. Точнее, кувшин, стоявший на полу возле окна. Он мерцал золотистым светом, в то время, как все вокруг него вдруг погрузилось в темноту.

Он манил меня.

Я приблизилась и подняла его, в голове тотчас возник воображаемый картотечный ящик, но на этот раз он содержал только одну картонку.

Не колеблясь, я коснулась ее, и оба моих дара мгновенно развернули перед нами сцену событий, произошедших накануне.

Глава 96. Чужие планы

— Вы вообще не способны ни с чем справиться? — рычал Хэмиш. — Вы хоть понимаете, чем я рискую?

— Не ты один, — Суинфорд приложился к горлышку кувшина, вино потекло у него по подбородку, и несколько капель красного вина упали ему на грудь. Вытерев рот тыльной стороной ладони, он продолжил: — Никто, кроме нас, не знает настоящего положения дел. И если мы все будем держать язык за зубами, пока ситуация не разрешится…

— Держать язык за зубами, а что ты скажешь насчёт неё? — прошипел Хэмиш и указал на джину, которая раскачивалась, сидя в кресле, и было совершенно очевидно, что она не в себе.

Мачеха с повязанной платком головой расчёсывала несуществующие волосы воображаемым гребнем.

— А чего ты хотел? — сделав шаг к подельнику, понизил голос Суинфорд. — Это же ты сказал, что сейчас самое время ей выйти из игры. Твой кристалл я ей подбросил…

— Надо было сделать это раньше. Из-за её одержимости мы раньше времени привлекли внимание Бладсворда. А ты какого Проклятого пошёл у неё на поводу? Тебе мало девиц в собственном поместье? Нет, тебе подавай игрушку владетеля…

Освальд взъярился:

— Я и есть владетель! Настоящий! По праву…

— Ты идиот, — сплюнул Хэмиш. — С тем, что ты не можешь держать брюки застёгнутыми, все понятно, но ты потерял маску!

— И что? Это не доказательство для дознавателей.

— Ты слышал, что говорила наша несравненная вдова Чествик? Её падчерица чтец!

— Мы не знаем, прочитала ли она эту маску, если прочитала, то видела ли что-нибудь? Да даже если и так. Мое слово против слова несовершеннолетней малахольной девицы! Максимум вызов на дуэль. А я и раньше разделывал Райана под орех…

— Когда ему было четырнадцать, а тебе восемнадцать, и с тобой было четверо друзей? Просто заткнись. Я сочувствую землям Бладсворд, что у них будет такой владетель, как ты. Ты даже не смог избавиться без проблем от мальчишки! Неужели это так сложно — устроить несчастный случай?

Освальду явно не понравились такие насмешки, и ему нечего было ответить, так что он перешел в словесное нападение:

— По крайней мере, меня не преследуют открыто, в отличие от тебя. Это ты где-то прокололся. А от нее, — показал Суинфорд за спину, — сейчас совсем избавиться нельзя. Даже она все ещё связной. Или ты хочешь выйти из тени и самому договариваться с отребьем, которое повезет груз?

— Не говори глупостей, но обмен, который состоится послезавтра, должен стать для Джины последним. Мне уже доложили, что дознаватели в Станхейме заново открывают дела о смерти её мужей.

— Ну и что? Последний покинул этот мир без нашего участия, только руками Джины. А те проклятья уже развеялось. Ничего не докажут.

— Не докажут, если не выйду на связь Джины со мной. Так что выхода нет. Я предупреждал, что она становится для нас опасна.

— Да понял я, — Суинфорд снова сделал глоток вина. — Пока она нам нужна хотя бы в качестве козла отпущения, если что-то пойдёт не так.

— Хорошо, что ты хоть это понимаешь, — Хэмиш пдостал карманные часы. — У нас мало времени. Ты