Наследница поместья "Соколиная башня" - Александра Воронцова

— Не учи учёного, — огрызнулся Освальд. — Остался сундук, он несгораемый, но я его перетащу, — он оглянулся на мачеху. — Джина?

Она перевела бездумный взгляд на мужчин.

— Ты принесла какую-нибудь вещь падчерицы? — спросил нетерпеливо Хэмиш.

— Эта тварь должна поплатиться! Ты обещал!

— Раз обещал, значит, поплатится. Мне и самому она мешает.

— Нет! Не просто убрать! Она должна страдать! — взвизгнула Джина.

— Да тише ты! — шикнул Суинфорд. — Давай сюда. И кольцо давай. Да хватит трястись над цацками…

И под нос пробормотал: «Тебе они все равно больше не нужны».

Хэмиш забрал кольцо и шарфик, из которого выдернул нитку.

Возвращая Джине шарф, приказывает:

— Ты должна подбросить его с запиской с угрозами в нужный момент. Вряд ли мы обманем Бладсворда, но он будет вынужден проверить. Так что сделай так, чтобы поиски были максимально далеко от того места, где будет ловушка на Энн. И смотри не попадись. Завтра ночью тебе нужно подтвердить «Одноглазому», что перевозке быть.

Джина ушла, а Суинфорд под внимательным взглядом Хэмиша начал разбрасывать бересту, бумагу, некрупные ветки, дожидавшиеся своего часа в углу.

— Главное, чтобы дыма было больше, чем огня. Башня будет нужна и тебе самому, если ты хочешь получить силу владетеля.

— Разберусь, — отмахнулся Освальд. — А с домом лесничего, ты уверен, что нужен именно пожар?

— Старфайр закончен, и я уже скучаю кострам. Ведь все любят старый добрый костер.

— Но Том…

— Том стал слишком опасен. И не хочет повиноваться. А я не люблю, когда кто-то путает мне карты. Действуем, как договорились. Ты обеспечиваешь внимание к пожару в Башне, а я разберусь с лесничим и уликой, — Хэмиш подбросил на ладони перстень Джины. — Эта брюзга, которую Джина притащила с собой из Станхейма, раз в жизни сгодится на что-то путное. Встречаемся у разлома послезавтра в пять утра. И не подведи меня. Этот груз ждут очень важные люди.

— Тебе лишь бы карманы набить. Меня волнует, когда я займу свое место на троне!

— Ты слышал, Бладсворд на ужине объявил начало ритуала, значит, процесс уже запущен. Сейчас владетель уязвим. И не важно, спасет он свою пару или нет, ему останется недолго.

— А за что ты так ненавидишь Райана?

Глава 97. Та, кто станет леди Сокол

Я чувствовала себя усталой. Башня неплохо так поживилась за счет моей магии, но все же такого опустошения, как в прошлый раз не было.

Я перевела взгляд на Райана.

Видение остановилось если не на самом интересном, то, как мне казалось, на важном моменте.

— И почему же тебя ненавидит Хэмиш? Твои причины я понимаю, а его нет.

Райан покачал головой:

— Не знаю, у меня даже нет идей, почему Хэмиш так поступил с отцом, ведь он был ему удобен, пока не мешал заниматься грязными делами. Хэмиш всегда относился к владетелю снисходительно, и только отец этого не замечал, упивавшись лестью. А я… откуда ко мне личная неприязнь, понятия не имею, но она взаимна.

Не тот человек Хэмиш, чтобы беспричинно кого-то ненавидеть. И к Райану, и ко мне у него были счеты. Что-то тут было зарыто. Не мне судить, важно ли это, но я бы предпочла знать, за что меня хотят погубить.

Когда Джина несла свой бред в колодце, он пугал, но мне становилось легче от того, что я ни в чем не виновата.

Кстати.

— Ты слышал, что они говорили про моего отца? — вскинулась я, припомнив детали беседы Хэмиша и Суинфорда. — Они не имели отношения к его смерти, но сказали, что Джина приложила к этому руку. И я хочу знать, что она сделала. Хочу, чтобы она понесла наказание.

— Ты любила своего отца? — вдруг спросил Райан.

Кому-то другому я могла бы соврать, но не тому, кто сам был на моем месте.

Мне вдруг показалось, что если я скажу ему правду, то ему станет не так тяжело.

Это ведь груз — ненавидеть отца.

— Нет, — выдавила я. — Как и он меня. Папа предпочел бы, чтобы выжила не я, а мама, — мне непросто дались эти слова, еще никогда я не признавалась в таком вслух, и впервые мне не было стыдно за свои чувства. — Но это не значит, что смерть лорда Чествика может сойти с рук этой подлой твари. Я не жалею, что отдала приказ искать ее с собаками, пусть побегает.

Я впервые была честна на словах и не старалась быть хорошей, говорила то, что думаю. Во мне не было ни капли сочувствия к жертве лордов, использовавших мачеху и уготовивших ей страшную участь.

Я открыто смотрела в глаза Райана, ожидая увидеть осуждение или неприязнь. Все-таки он считал меня глубоко порядочной леди. Увы, неделя в землях Бладсворд показала, что я могу быть и распутной, и жестокой.

Но Райан смотрел на меня с пониманием. У меня защипало в глазах, и я, как простолюдинка, шмыгнула носом.

— Ну… — подбодрил меня Бладсворд. — Приказы ты отдаешь отлично. Мне понравилось.

— Я не ожидала, что меня послушаются, — посетовала я.

— Еще бы им тебя не слушаться, — хмыкнул Райан. Подойдя ко мне, он отобрал у меня злосчастный кувшин и обнял. — У тебя кинжал владетеля. Стало быть, ты мой оруженосец и изъявитель моей воли.

— Как это? — буркнула я ему в грудь, успокаиваясь.

— Смотри.

Я послушалась.

Райан указывал на гобелен на стене, он был немного запачкан сажей, и Бладсворду пришлось применить свое искусство стихийника-универсала, чтобы воздухом очистить правый верхний угол.

Я не сразу разобрала, что там изображено, но несколько тусклых из-за истощения магсветлячков мне помогли.

На узнаваемом центральном балконе Бладсворд-парка стояла хрупкая девичья фигурка в доспехах и с длинной косой, над головой она держала клинок, в котором с трудом, но можно было опознать кинжал, который дал мне Райан. А внизу у крыльца преклонив колено внимали воины.

— Кто это? — спросила я.

— Сибил. Та, кто станет первой леди Сокол, когда Риган построит для нее «Соколиную башню».

Я никогда не слышала ни о какой Сибил, но я вообще плохо знала историю местных земель, а в той книге, что мне вручил Райан имя партнера Ригана не упоминалось.

А еще я вспомнила, как тогда на охоте, когда мы обнаружили тело Тоби, один из стражников пытался заступить мне дорогу, но как только увидел кинжал, посторонился.

И сегодня, выбравшись из колодца, я выпустила из рук клинок, лишь пытаясь привести в чувство Райана. Все телохранители Бладсворда видели его у меня.

С ума сойти!

Владетель доверил мне настоящую регалию!

Я смутилась, смешалась