Фредерик - Алиса Бастиан

скрестив ноги, он — на ставшей безжизненной без твоего присутствия кухне, со вторым стаканом виски. В одно и то же время вы касались бумаги, призванной изменить ваши жизни, уже зная.

Зная, что завтра будет тяжёлый день.

Они лежали в коробке из-под обуви. Макулатура, теперь уже ненужный хлам, но почему-то у тебя не поднималась рука их выбросить. Они все были здесь, все девять.

Лист, который ты принесла в парк развлечений вместо пройденных тестов.

Записка, которую он отдал тебе в ресторане.

И та, что он дал тебе в хосписе.

Оторванная полоска сфабрикованной газеты.

Визитка доктора И.

Ещё одна, более мятая.

Листок из его ежедневника.

Записка, которая заставила тебя с ним спорить.

Записка, в которой он ошибся больше всего.

Ты сохранила их все.

И вот она, последняя, у тебя в руках. Та, которую он оставил напоследок. Та, которую он написал, но почему-то не отдал тебе. Наверное, собирался сделать это завтра?

10. Любовь к музыке

9. Красота

8. Сострадание

7. Ощущение нормы

6. Чувство юмора

5. Чувство вины и стыда

4. Доброта

3. Преданность

2. Способность любить

Есть ли в тебе что-то нормальное? Что-то хорошее? Человеческое? Нормальность. Что это вообще? Учитывая, чтó ты делала всё это время, что ты уже сделала с Фредериком и что собиралась сделать завтра, ты такая же, как твой психопат. Такая же ненормальная, не человек — аномалия. Девятью записками он пытался доказать тебе обратное. Бессмысленно изначально, но, к чести психиатра, надо сказать, что иногда у него почти получалось.

Надеюсь, там не я люблю тебя, подумала ты. И, кстати говоря, не без оснований: Фредерик хотел написать именно это вплоть до второй записки, до его озарения, до твоей откровенности, когда он понял, что пока это будет неуместно. Но он написал нечто даже более важное.

То, о чём ты не должна была забывать.

Ты совсем не такая, как он

Ты прав, Фредерик.

Я гораздо хуже.

70

Тот самый день.

Ты накрасилась, привела в порядок волосы. Платье взяла в пакете, планируя переодеться в него в туалете. Сразу ворваться в нём в кабинет Фредерика было бы совсем необдуманно. А что, если он окажется занят? Может, он будет разговаривать по телефону. Или даже будет не один. Он ведь не ждёт тебя, не знает, что ты придёшь.

Ты оделась максимально невзрачно, чтобы рождественское красное платье-комбинация показалось ещё бóльшим контрастом. Ты постучалась в его кабинет — он был один. Не давая Фредерику вспомнить о вчерашнем, ты с порога затараторила какую-то ерунду, подходя всё ближе и ближе. Ответить что-либо ты ему не позволила. Он попытался сопротивляться, но тебя было уже не остановить. Ты раздразнила, раззадорила его, ты старалась, как никогда, и в итоге это сработало.

— Я сейчас вернусь, — шепнула ты, и он не смог тебе возразить.

Через пару минут, которые Фредерик не переставая думал о тебе, ты вошла в кабинет в этом своём обескураживающем красном шёлке, открывающем больше, чем скрывающем. Вошла — и снова перевернула его мир. Что бы он ни подумал о тебе вчера, что бы ни хотел обсудить… Всё это стёрлось из его памяти под натиском твоей внезапной, но так легко покоряющей его страсти.

А потом, потом… Всё выходит из-под контроля.

Примерно так это происходило в твоей голове.

Получится ли? Ты вздохнула и отключила сигнал телефона. Пора было ехать. Ты дала себе пять минут просто посидеть с закрытыми глазами, настраиваясь на поездку, и, чтобы не заснуть (ночь ты провела почти без сна), поставила будильник. Красивое бельё было уже на тебе, а платье — в пакете, как и планировалось.

Ты приехала в лечебницу, поднялась по обледеневшим ступеням, поздоровалась с охраной. Скоро и они узнают, насколько ты одержима.

Ты оставила пакет с платьем на подоконнике в туалете, уверенная, что никто его не возьмёт за ближайшие несколько минут. Подошла к зеркалу, убрала тушь из уголков глаз, взбила волосы. На тебя смотрело что угодно, только не человеческое отражение. Даже ты понимала, насколько безумен сейчас твой взгляд. Нужно как-то успокоиться.

Но как?

Санитар Х. толкал свою тележку по коридору, когда ты вышла из уборной. Он поздоровался, сразу приметив твой слегка ненормальный вид. Глаз у него был намётан.

— Да? — спросил он с непростительно довольной ухмылкой.

Других слов не требовалось.

— Да, — ответила ты.

* * *

За дверью фредериковского кабинета стояла мёртвая тишина. Он точно был там, один, и точно не разговаривал по телефону. Ты громко постучала.

Вдох.

— Войдите, — услышала ты его голос.

Выдох.

Ты вошла в кабинет, прикрыла дверь, поздоровалась с ним. Более робко, чем планировала. Нужно взять себя в руки, чёрт возьми. Фредерик как обычно сидел за своим рабочим столом. Ты подошла ближе, заметила, что он не побрился. Непривычная лёгкая щетина — не бородка доктора Ч., но и не гладкая кожа заставившего тебя сомневаться Фредерика. Переходное состояние.

Только сейчас ты поняла, что он не встал, когда ты вошла в кабинет, хотя всегда это делал. Странно. Раньше Фредерик не отличался рассеянностью. Наверное, увлёкся рабочими делами. Ты села в своё привычное кресло, на самый его краешек, и подалась вперёд, намереваясь полностью завладеть его вниманием.

— Я не предлагал тебе сесть.

Ты застыла, не веря своим ушам. Посмотрела на него. Он улыбнулся, но это была улыбка не Фредерика.

Это была улыбка доктора Ч.

Что-то произошло. Что-то серьёзное.

— Вы действительно друг друга стóите.

Господи.

— Что случ…

Фредерик поморщился, и ты осеклась. Он подвинул к тебе два листа, лежавших у него на столе. На одном из них ты увидела много напечатанного текста и несколько цветовых выделений в нём, на другом текста было меньше, несколько фраз. Когда ты поняла, что именно перед тобой, у тебя перехватило дыхание.

Ваши письма. Ваш шифр. Слова, ради которых всё и писалось.

Каким-то образом Фредерик всё же смог их прочитать. Видимо, вчера. Но как? Ты вспомнила те два странных исчезнувших письма. Может, ему кто-то помог? Ты смотрела и смотрела на эти строки, не в силах поднять на него глаза.

Умираю без тебя. Соблазню Ч., и дальше есть план. Он одинок, несчастен, жалок и любит внимание. Думаю, всё получится.

Конечно, получится. Ч. побежит за тобой с высунутым языком, если сумеешь использовать его слабости. Только не сильно увлекайся…

Не переживай, это просто клоунада для идиота. Я его ненавижу. Я даже не буду называть его по имени.

Что ты могла сказать? Что больше так не думаешь? Что тебе очень жаль? Что всё