Фредерик - Алиса Бастиан

Доктор Ч. уставился в ноутбук, словно поглощённый каким-то важным документом, но буквы на экране не сложились бы в слова, даже если бы он прочитал их сотню раз. Если ты сейчас же не уйдёшь, он сойдёт с ума.

Ты униженно поднялась с колен, одёрнула платье. Посмотрела на доктора Фредерика Ч., понимая, что он говорит правду. Он продолжал изучать экран с непроницаемым выражением лица.

Ты проиграла.

Не зная, на что надеешься, едва понимая, что делаешь, ты сняла платье, под которым не было абсолютно ничего. Господи, мне нужно только это, только лишь это, дай мне закончить то, что так сильно запуталось.

Как бы доктор Ч. ни ненавидел тебя, он всё-таки не мог оторвать от тебя взгляда. Твоё тело…

— Прекрасно, — прокомментировал он. — Нет, правда, ты всё ещё прекрасна. Но что, по-твоему, я должен сейчас сделать?

Ты уронила платье на пол. Кровавый шёлк на пёстром ковре. Кроме галстуков и пиджаков стоило выбросить и его.

— Ах, я вспомнил, — доктор Ч. закинул ноги на стол, совсем как в тот вечер, когда ты приняла решение ввязаться в эту дикую игру. Он и выглядел так же. Снова костюм самодовольства, маска превосходства. Только вот ты уже знала, что под ними.

Но сейчас тебе это никак не помогало.

— Ты вроде несколько раз говорила, что хочешь, чтобы тебя трахнули в этом кабинете.

Он никогда так не выражался.

— Пусть это останется фантазией, — усмехнулся он, нажимая на тревожную кнопку под столом, но так, чтобы ты это видела.

Ты едва успела понять, что происходит, подхватить платье и прижать его к себе, прикрываясь, как в кабинет вошли два крепких санитара.

— Если твоя одежда тебе надоела, можешь надеть нашу, — доверительно сообщил тебе доктор Ч., кивая на смирительную рубашку в руках одного из них.

Вторым был санитар Х.

Тебя вывели в коридор, где ты, чувствуя, как полыхают щёки, поспешно натянула платье наизнанку. Вы спустились вниз, ты взяла и накинула пальто, словно в каком-то трансе, санитар Х. дошёл с тобой до выхода.

— Извините, — виновато сказал он тебе на прощание, хотя ему-то как раз не за что было извиняться.

— Конь на F3, — ответила ты, пытаясь хоть как-то сохранить лицо.

Ты выскочила на улицу и рухнула на первую попавшуюся скамейку, задыхаясь от рвущихся наружу рыданий.

Доктор Ч. погрыз кончик ручки, усмехнулся, поставил витиеватую подпись на документе, прокрутился в своём кожаном кресле в пустом и одиноком кабинете.

Вы оба проделали большой путь, но в итоге оказались там, где начинали.

72

Конечно, прорыдав в платье на голое тело и в распахнутом пальто на улице при таком холоде, ты простудилась. Пока ты тряслась в такси по дороге домой, не в состоянии осилить автобусную поездку, ты чувствовала, что горишь, — и так и должно было быть, разве в аду ощущаешь себя иначе? Совершенно на автомате ты открыла дверь в свою квартиру, закрыла её.

Пустота.

И снаружи, и внутри.

Ты переоделась, приняла несколько жаропонижающих таблеток, залезла под одеяло. Никому больше не было дела до твоей кровати. До твоих душевных мук. До того, что тебя беспокоит. Никто не хотел приехать и привезти тебе лекарств. Никто не застегнул тебе пальто, не накинул капюшон, чтобы ты не замёрзла. Не напоил тебя вкусным чаем.

Только сейчас ты поняла, как к нему привыкла. К тому, что он для тебя делал.

Ты тяжело дышала, смотря в стену, но ничего не видя в темноте. Жар отступал, оставляя неимоверную слабость. У тебя не был сил даже думать. Завтра ты приедешь и попробуешь поговорить с ним ещё раз.

И ещё, и ещё…

Ты будешь пытаться, пока не получится.

Опять.

* * *

Это сложное решение.

Перевести твоего проклятого любовника, напрочь снёсшего тебе крышу, из лечебницы, в которую Фредерик так упорно стремился его запереть. Отказаться от своих планов на него, амбиций. И, конечно же, признать, что он ошибся, что на самом деле ему здесь не место. Такие, как доктор И., быстро начнут обсуждать эту ошибку и в конце концов всё это губительно скажется на его карьере.

Фредерик был уверен в том, что твой убийца — психопат. Может, не такой явный, как некоторые. Необычный. За ним было бы очень интересно наблюдать. Проводить исследования. Он не сильно исказил результаты — несколько пунктов, но пунктов решающих, спасших ему жизнь, спрятавших его в больницу. Пунктов, которые, был уверен Фредерик, обязательно подтвердились бы позже.

Но он не давал себя исследовать. Не шёл на контакт. Отказывался сотрудничать, хотя мог бы получить за это какие-нибудь мелкие привилегии. Книгу или мягкую туалетную бумагу, например. Но нет. Он вёл себя так, словно был здесь временно, случайно, и планировал скоро покинуть это место. Так, словно сел не на тот поезд и вынужден терпеть приставучего пассажира, пока не сможет сделать пересадку.

Это постепенно надоедало. Он совсем не уважал и ни капли не боялся Фредерика. Он был самым несговорчивым пациентом за всю его карьеру.

И он был единственным способом причинить тебе настоящую боль.

* * *

Утром тебе стало лучше. Ты собрала себя — по частям — и вещи, поехала в лечебницу. Она выглядела мрачнее обычного, потому что скоро могла стать лечебницей, в которой нет твоего преступника. В которой есть только доктор Ч.

И нет Фредерика.

Сложности начались сразу же. Охранники, отлично тебя знавшие, переглянулись, когда ты вошла в больницу. И ещё раз, когда ты попыталась пройти через рамку досмотра.

Тебя не пустили.

Этого стоило ожидать.

— Извините, но вы… в списке.

В чёрном.

— Каком? — всё-таки спросила ты.

— К сожалению, мы не можем вас пропустить.

Ты вздохнула и села на скамью у входа. Ты не в первый раз позвонила Фредерику, но он снова не взял трубку. Ты убрала телефон в сумку и уставилась перед собой.

— Нет, правда, — сказал охранник, — вам придётся уйти.

— Позовите доктора Ч., — ответила ты. — Мне очень нужно с ним поговорить.

Если тебе не удастся с ним увидеться, ты поедешь к нему домой и будешь ждать его около двери.

— Вы в списке, — повторил охранник.

— Именно об этом мне и нужно с ним поговорить, — вежливо пояснила ты. — Тут явно какая-то ошибка. Вы же знаете, сколько раз я здесь бывала.

И сколько раз мы выходили отсюда вместе.

— Пожалуйста, — добавила ты.

Один из охранников вздохнул и взялся за трубку местного телефона.

— Подождите здесь, — сказал он тебе, тихо переговорив, очевидно, с доктором