Фредерик - Алиса Бастиан

— Спасибо.

Фредерик спустился вниз через пятнадцать минут. Ты даже не успела открыть рот, чтобы начать говорить подготовленную за это время речь, как он резко сказал:

— Я не хочу тебя здесь видеть. Никогда.

Ты и так это знала.

— Пожалуйста, дай мне всё исправить, — сказала ты, понимая, что это практически невозможно.

Ты стала его врагом, и совсем не таким, как доктор И. или ему подобные. Особенным врагом. И он тебе теперь тоже. Опять. Опять чёртов доктор Ч. Но что-то в тебе, что-то глубоко внутри, почему-то всё ещё помнило Фредерика.

Того, кто увидел в тебе то, что уже перестала видеть ты сама.

Того, в котором ты увидела то, чего не видели другие.

— Прошу, поговори со мной, — посмотрела ты ему в глаза.

— Да, я и правда хотел кое-что сказать, — кивнул Фредерик. Или доктор Ч. Скорее второй.

Ты обрадовалась. Как бы сильно ты ни ранила его, что бы он теперь ни думал о тебе, любой разговор — уже лучше, чем ничего.

Но лучше бы он молчал.

— Ты больше не придёшь, — сказал он. — И будешь в неведении. В один прекрасный момент — раз! — он щёлкнул пальцами. — И его здесь уже не будет. Ты даже не узнаешь, когда это случится. Будешь думать, что он здесь, а он уже будет в тюрьме. Будешь думать, что он жив, а его уже казнили.

Конечно, Фредерик преувеличил. Перевод такого кадра явно затесался бы в СМИ, да и смертной казни можно ждать годами. Но он увидел то, что хотел. Как твои глаза наполнились слезами, а губы задрожали. Он действительно наслаждался этим зрелищем — настолько ожесточила ты его сердце. Фредерик смотрел на тебя, и ему в голову вдруг пришла новая интересная идея.

— А знаешь, что? Я передумал. Проходи.

Он кивнул охраннику, и тот пропустил тебя, не понимающую, как могла ты разбудить во Фредерике столько жестокости.

Он пошёл по лестнице, ты поплелась за ним. Уже скоро ты поняла, куда он тебя вёл. Подойдя к двери, он снял со своей шеи бейдж-пропуск и повесил на твою.

— Можешь хоть ночевать здесь. Так даже лучше, — усмехнулся он.

Тебе стало страшно. Доктор Ч. всегда считал себя королём этой лечебницы, но сейчас он был богом, которого ничто не остановит. Богом смерти. Ты чувствовала это кожей.

— Проведите время вместе. Ты никогда не будешь знать, сколько вам осталось. Два дня или два часа. По-моему, так будет гораздо интереснее.

Он кивнул, словно соглашаясь со своей идеей, и ушёл, оставив тебя стоять на ослабевших ногах.

О, что бы про него ни говорили, он был отличным психиатром и великолепным психологом.

Он точно знал, как свести тебя с ума.

* * *

Следующие несколько дней ты провела в постоянном страхе.

Каждый раз, когда открывалась дверь, ты боялась, что это пришли за ним. Когда ты видела санитара или уборщицу, твоё сердце едва не разрывалось от радости, но почти тут же снова сжималось в ужасе. Кто придёт следующим?

Фредерик сменил пароли от почт и от всех сайтов, к которым у тебя был доступ. Теперь твой телефон снова стал только твоим. Графический ключ от хранилища с папками он тоже сменил, предварительно удалив оттуда все файлы. И это было плохо, потому что тот факт, что ты нашла доступ к документам, которые не предназначены для чужих глаз, в их отсутствие на телефоне доктора Ч. становился менее значимым. И слегка наталкивал на другой вопрос: откуда у тебя доступ к запароленным архивам главы лечебницы?

Ещё у тебя были диктофонные записи ваших «бесед». Смонтированные наиболее удачно, с учётом того, что они всё-таки были неофициальными. Эти слова даже звучали на записях. И доктор Ч. их не отрицал. Но хватит ли этого, чтобы убедить его отказаться от перевода?

Нанесённый тобой ущерб был слишком велик.

Ещё недавно у тебя было почти всё: доступ, пароли, доказательства, будущий свидетель и то, от чего доктору Ч. было бы не отвертеться (в особенности со свидетелем). То, что так и не произошло. Всё это — и его доверие.

Остался лишь диктофон против смертной казни.

Это не сработало.

Ты дождалась Фредерика около его кабинета, но он не пустил тебя внутрь.

— Тебе там делать нечего, — сказал он.

Твоё место — возле твоего убийцы.

— Тогда прошу, присядь, — ты села на скамейку возле двери, на которой сидела столько раз, но сейчас она ощущалась чужой, неудобной.

Фредерик фыркнул, но сел. Ты протянула ему распечатки диктофонных записей с выделенными местами, достала сам диктофон, готовая включить проигрывание. Фредерик уставился на него и смотрел очень долго. Осознавал масштаб твоего предательства. Потом перевёл взгляд на тебя.

— Боже, это просто невероятно.

Ты постучала пальцем по распечатке, привлекая его внимание к ней. Он опустил глаза, вчитался, пролистнул бумаги.

— То, что ты делал, фактически было незаконно. Ты больше не имеешь права проводить терапию частных лиц. И если бы не случайный разговор с доктором И., я бы даже не узнала об этом. Всё это не слишком хорошо для тебя, верно?

— Это ты называешь «всё исправить»? — усмехнулся он, вспоминая твои слова, когда тебя не пропускали в лечебницу. — Потрясающе.

Исправить хоть что-то.

— И всё-таки…

— Всё, что там может быть записано, не имеет значения.

— У тебя будут проблемы…

— Думаешь, их не будет при переводе? — усмехнулся Фредерик. — Одной больше, одной меньше… Валяй. Делай, что хочешь. Если и правда считаешь, что это всё ещё важно.

Ты не знала, что сказать. Ты представляла себе этот разговор совершенно иначе. То, что было одним из козырей, превратилось в бесполезную битую карту.

— Если это всё, советую вернуться к твоему любовнику. Ах да, бывшему любовнику, — поправился Фредерик (нет, определённо доктор Ч.), вспомнив, как тебя покоробило это на одной из ваших встреч.

Он встал, ты тоже. Ты всё ещё сжимала в руках диктофон, не готовая смириться с поражением. Может, если включить его, будет убедительнее?

— Не трать время, которого у вас и так мало, на бессмысленный шантаж, — неожиданно мягко сказал Фредерик, словно он и правда сочувствовал тебе.

Это было ужасно.

* * *

Вы почти не пересекались в лечебнице. Доктор Ч. отлично знал, как перемещаться по корпусу, чтобы избегать ненужных встреч. Хотя ты почти не выходила из отсека, где находился весь твой мир. Ты сидела рядом, отделённая от него стеклом, и постоянно обдумывала, что делать. Как заставить доктора Ч. отказаться от этой идеи? Неужели он и правда на это решится? Он сам сказал, что это принесёт