Богиня без титула - Рэнди Гарнер

Найя склонила голову, избегая прямого взгляда — знак глубокого почтения, — и произнесла:

— Прошу прощения за прямоту, леди Руэль, но почему вы спасли Ронина?

Руэль рассмеялась; звук был подобен чарующему звону колокольчиков на ветру.

— Леди Найя, я не делала ничего подобного. Это ты пощадила его жизнь.

Найя резко вскинула голову, открыв рот от изумления.

Улыбка Руэль сияла, словно луч солнца.

— Он первым вслух провозгласил, что поклоняется тебе.

Для процветания силы всех божеств поклонение смертных было необходимо.

— Точно так же, как ты провозгласила свой отказ быть разлученной с ним хоть на мгновение, — добавила Руэль.

Найя покачала головой, сбитая с толку.

— О чем вы говорите, леди Руэль?

Руэль подалась вперёд, и её золотистые пряди скользнули с плеч.

— Леди Найя, я говорю о том, что ты даровала мистеру Кахале вечную жизнь.

Найя ахнула.

Тот момент нахлынул воспоминанием: прямо перед родами, когда она наблюдала за спящим Ронином, принесла свою вечную клятву и поцеловала его в лоб.

Пальцы Найи коснулись губ.

У меня есть… сила?

Она с трудом могла в это поверить, но только её дремлющая сила могла объяснить выживание Ронина. Смертные не знали о её существовании, и никто никогда не возносил ей хвалу — до тех пор, пока не появился Ронин.

На глазах выступили слёзы, и она издала счастливый, прерывистый смешок.

Вечной Любви. Мягкий голос отца отозвался в сознании, оставив в душе щемящую тоску. Но она не могла не улыбнуться этому воспоминанию и тому факту, что он оказался прав. Сила была в ней всё это время.

— Смахни слёзы, леди Найя, и радуйся, — Руэль тыльной стороной пальца смахнула слезу с уголка глаза Найи. — Ибо ты — первая в своем роде. Высшая Богиня Вечности.

— Категорически нет. — Найя с неодобрением изучала оборотную сторону коробки с хлопьями. — В одной порции двенадцать граммов сахара.

— Но он их любит. — Ронин надул губы, не сводя глаз с девятимесячного Эша, который слюнявил и грыз собственные кулачки.

Сказал муж, который никогда не мог отказать их пухлощёкому ребёнку и которого в жизни не заставишь съесть нечто столь же приторное, как фруктовые хлопья.

Найя вернула коробку на полку.

— Он также полюбит яблочное пюре.

— Пюре — это скучно. — Ронин поднял взгляд, вскинув бровь. — Давай проверим содержание сахара в ломтике торта.

Найя одарила его выразительным взглядом.

— Я Богиня. Питательная ценность для меня — пустой звук.

— Высшая Богиня, — поправил Ронин с гордой усмешкой. — А он — полубог.

Она пропустила первую часть его реплики мимо ушей, испытывая противоречивые чувства на этот счёт.

— Наполовину смертный.

Эш повернулся в её сторону и протянул короткие ручки. Подбородок малыша был влажным от слюней, а серебристые волосы — в полном беспорядке, несмотря на то что Найя причесала его утром.

Она вытащила сына из сиденья и усадила на бедро — хотя они оба договорились оставлять его в корзине тележки из-за его привычки «липнуть» к ней, — но Найя просто не могла устоять перед его озорными карими глазами.

Тем самым голосом, который Ронин называл «сюсюкающим», она проворковала:

— Тебе нужно расти с крепкими косточками, правда, мой дорогой Эши?

Малыш издал звук «а-а», который Найя приняла за согласие, а затем залился восторженным визгом, активно размахивая ручками.

— Вот именно. — Найя рассмеялась.

Эш потянулся к заколке-бабочке в косе Найи. Кисточки Рен, починенные не кем иным, как Ави, с помощью гениального зелья, коснулись уха, служа приятным напоминанием об отце, как бы далеко тот ни был.

Найя осыпала пухлые щёчки Эша поцелуями, отчего тот завизжал ещё громче. Маленькие ручки вцепились в её нос и подбородок, и она чмокнула его в лоб напоследок, прежде чем он забил кулачок с её волосами себе в рот.

— Видишь, мы с Эшем пришли к согласию. — Когда она подняла глаза, взгляд Ронина был похож на лужицу тающего шоколада. Найя уже выучила этот взгляд — он появлялся в моменты особой сентиментальности.

Пожилая дама с седыми прядями протиснулась мимо них, и её взгляд зацепился за Эша. Она улыбнулась:

— Боже, какой необычный цвет волос у малышки. Просто прелесть.

У Эша была гладкая, светящаяся кожа, глубоко посаженные глаза и копна серебристых волос. Найя постоянно любовалась внешностью своего ребёнка и ожидала такой же реакции от незнакомцев.

— Благодарю. — Найя вежливо улыбнулась.

Женщина оживлённо помахала Эшу, прежде чем двинуться дальше по ряду.

— Может, мне ещё бантик на него нацепить? — Найя фыркнула, как только незнакомка отошла на безопасное расстояние.

Ронин беспечно пожал плечами:

— Это его божественность.

Логичное замечание заставило её нахмуриться.

— Знаю, но всё равно. Если они не знают, то не должны делать предположений! Мальчики тоже могут быть красивыми, чёрт возьми!

— Идём. — Ронин продолжил путь по ряду. — У тебя взгляд человека, страдающего от нехватки сахара, и у меня такое чувство, что если они распродали твои профитроли, это снова закончится погромом на полках.

— Это случилось всего один раз. И это была случайность. — Найя последовала за ним, высвобождая волосы из слюнявой хватки Эша. — Профитроли поддерживают мамочку в хорошем настроении.

Ронин бросил на неё через плечо многозначительный взгляд, глаза его сверкнули.

— Я знаю другие способы поддерживать мамочку в хорошем настроении.

Она покраснела.

Найя шагнула в материнство с достоинством.

Держа Эша на руках, она забывала обо всем, пересчитывая его пальчики на руках и ногах, изучая каждую крошечную деталь: розовые ноготки, крохотный носик, каждый волосок на голове. Она никогда не уставала им любоваться.

Больше всего она любила находить Ронина глубокой ночью в комнате Эша, когда он, закрыв глаза, баюкал сына, или заходить на пивоварню и видеть Эша, привязанного к спине отца, пока тот проверял остатки на складе в своём планшете.

Спустя два месяца после рождения Эша, Ронин и Найя поженились на крыше пивоварни. Приём устроили в лаунж-зоне, где Ави напился и пел в караоке. Теон записал его выступление для будущего шантажа, а Дэмиан непрерывно подносил ему коктейли.

Найя танцевала с Эшем на руках, всеми силами пытаясь убедить Ронина присоединиться.

Через несколько песен Эш начал ёрзать — верный признак того, что он проголодался.

Ронин был рядом, прежде чем она успела сойти с танцпола, и подхватил ребёнка на руки.

— Дай мне.

Он чмокнул её в лоб и неспешно направился к бару, где лежала сумка с детскими принадлежностями.

Она улыбнулась, обводя взглядом танцующих вокруг знакомых, и сердце её наполнилось теплом.

Глаза искали яркую розовую шевелюру. Безусловно, Вайолет сейчас в центре