Когда он мрачен - Сюзанна Райт

разговаривать с группой своих товарищей по прайду, когда знакомая рыжеволосая помахала им рукой. В ту секунду, когда Бри и Алекс подошли, Шайя крепко обняла её.

— Поздравляю с вашим запечатлением, — сказала волчица.

— И спасибо, что пригласили нас, — добавила Тарин, альфа-самка Милы.

Изучая Бри и Алекса, Шайя несколько мечтательно улыбнулась.

— Вы оба так хорошо подходите друг другу. Даже несмотря на то, что он хмурится. Ты в порядке, Алекс?

Он ответил невнятным ворчанием.

Бри бросила на него хмурый взгляд.

— Не будь грубым.

Шайя усмехнулась.

— Все в порядке, мы к этому привыкли. И, честно говоря, Ник не более общительный, чем Алекс. Да, здоровяк?

Но альфа не слушал свою пару; он был слишком занят, пялясь на Кая, который только что подошёл с несколькими другими подростками, включая Уиллоу и Саванну, приёмную дочь Райли и Тао.

Кай склонил голову в сторону Ника, но не опустил глаз и не отвёл взгляд. Он не смотрел Нику в глаза дерзко, насмешливо. Это было больше похоже на сообщение типа «Да, да, ты большой, плохой альфа, но я тоже альфа и знаю свою силу».

— Пап, — протянула Уиллоу, — перестань пялиться на Кая.

Ник нахмурился, глядя на неё.

— Он начал это.

Уиллоу застонала.

— Боже, ты можешь быть таким ребёнком.

Алекс сжал бедро Бри и прошептал ей на ухо.

— Серьёзно, мы можем сейчас уйти?

— Есть ещё люди, которых мы ещё не поблагодарили за то, что они пришли, — ответила она.

Он бросил на неё насмешливый взгляд.

— Они знают, что ты благодарна. И если ты не хочешь слушать, как моя бабушка и дяди разрушают караоке своей версией «Калинки», нам лучше просто уйти. — Он указал на сцену, где четыре росомахи разговаривали с ди-джеем.

Бри вздохнула.

— Хорошо.

Алекс начал тащить её через большое пространство. Кто-то попытался остановить их, выкрикивая его имя, но Алекс проигнорировал их.

Выйдя на улицу, Бри заставила себя не рассмеяться, когда её пара набрал полные лёгкие свежего воздуха, как будто был заперт в бункере на долгие годы. Она была уверена, что услышала, как он пробормотал что-то вроде «Спасибо, чёрт возьми, за это». Затем они пошли.

Через несколько минут они вошли в её дом. Нет, в их дом. Дом, который больше не нужно было охранять круглосуточно, который она просто чёртовски любила.

Чья-то рука схватила её сзади за запястье и развернула лицом к себе.

Его глаза горели, а ноздри раздувались, Алекс тихо зарычал.

— Оставайся в обуви. Я хочу снять все остальное.

Что ж. Подумав, что было бы забавно подразнить его, она начала:

— Послушай, мы только что вошли в дверь, может быть, мы могли бы подождать, пока…

— Ты слышала, что я сказал, Бри. Я знаю, что говорю по-английски. Делай то, что я тебе сказал.

Будь она проклята, если этот спокойный, низкий, властный голос не возбуждал её — то, что она отрицала бы, если бы её спросили. Её кровь закипела, Бри быстро подчинилась. Его глаза проследили за движением её рук, впитывая каждый кусочек обнажённой кожи.

— Твоя очередь, — сказала она, обнажённая.

Покачав головой, он вторгся в её личное пространство.

— Пока нет. — Он грубо взял её за волосы и обхватил рукой за горло; как по команде, её соски напряглись, а лоно дёрнулось. — Держи руки по бокам, Бри. Я не хочу, чтобы ты пока прикасалась ко мне. Поняла?

— Поняла.

Он поймал зубами мочку её уха и нежно пососал её.

— Ты хоть представляешь, как это возбуждающе — знать, что я владею этим телом? — От ощущения его тёплого дыхания у неё на ухе волосы на затылке встали дыбом. — Ты скрывала его от меня.

— Всего на несколько часов.

— Не имеет значения. Мне нравится получать его, когда я захочу. Больше не скрывай его от меня. — Он наклонился к её губам. А затем овладел ими. Это был поцелуй, который обещал всевозможные грязные вещи, и её тело с рёвом ожило от потребности, такой сильной, что её затрясло.

Он прикусил её губу. Пососал её язык. Затем он снова погрузился в поцелуй — переходя от мягкого к жёсткому, от медленного к быстрому, выводя её из равновесия. Пальцы, которыми он запутался в её волосах, впились в кожу головы. Небольшой укол удовольствия/боли проник прямо к её клитору.

Атмосфера была напряжённой от переполнявшего её предвкушения. Её нервы были на пределе. Её гормоны пришли в неистовство.

Освободив её рот, он промурлыкал.

— Люблю чувствовать, как учащается твой пульс под моим большим пальцем. Люблю вдыхать аромат твоего желания. Клянусь, я почти чувствую его вкус.

Она приподняла бровь.

— Зачем довольствоваться «почти»? Почему бы не попробовать по-настоящему?

— О, я это сделаю. Скоро.

— Мне не нравится «скоро». Я предпочитаю «сейчас».

— Я знаю, — сказал он, отпуская её волосы. — Хотел бы я сказать, что мне не все равно.

— Ублюдок.

— Не забывай держать руки по бокам. — Алекс просунул палец между её складочек и застонал от горячей гладкости, которая встретила его. Его член, полный и тяжёлый, сильно дёрнулся у ширинки. — Такая восхитительно влажная. Не могу дождаться, когда мой член войдёт в тебя. — Он прикусил зубами её нижнюю губу. — Ни одна женщина никогда не заставляла меня кончать так сильно, как ты.

— На самом деле, я не хочу говорить о других женщинах.

— Ни одна из них ничего не значила для меня. Ты? Ты — то, что мне нужно. Что-то жизненно важное. Незаменимое. — Он обхватил её рукой за горло и сильно сжал другой. — Я собираюсь делать с этой киской все, что захочу. И ты мне позволишь.

Она облизнула губы.

— Зачем мне это делать?

— Потому что ты этого хочешь. Потому что тебе это понравится. Потому что я заставлю тебя жёстко кончать снова и снова. — Алекс погрузил пальцы в неё — медленный, неглубокий толчок, который заставил её бедра выгнуться. Он застонал, когда её внутренние мышцы затрепетали вокруг его пальцев. Его член запульсировал, страстно желая оказаться в ней. — Но сначала я хочу посмотреть, как ты кончаешь прямо сейчас.

Бри застонала, когда эти ловкие пальцы приступили к работе. Они гладили, дразнили и слегка прощупывали её киску снова и снова, злобно усиливая напряжение внутри неё. Все это время он не сводил с неё глаз, а другой рукой крепко сжимал её горло.

Как раз в тот момент, когда она была близка к тому, чтобы проклинать его задницу за то, что он дразнит её, он начал сильно и глубоко вводить свои пальцы. Изогнув пальцы, он потирал её сладкое местечко с каждым толчком. О Боже,