Все дело в кузнеце - Кристина Шефер

— Тебя не убьешь. Не думала же ты, что я этим моментом не поинтересуюсь? Твоим маленьким секретом. Ай-я-яй… Ты крайне живучая, пятидесяти восьмилетняя Катарина де Монсель! Удивительно сохранилась для своего возраста.

На этой фразе он снова сделал выпад, а я снова увернулась. Сзади что-то шмякнулось. Я оглянулась. Нож. Удлиненный метательный нож Адриана. Он с помощью силы запустил мне его в спину! Как последний трус! Впрочем, его такие приемы совершенно не смущали. Я развернулась обратно в сторону воздушника и ушла ещё от одной атаки.

Нож за спиной я не видела. Должно быть, это артефакт, который подарил мне Йохан, сработал. Хотя не думаю, что он сработает на прямой удар холодным оружием без применения магии.

Мы кружили дальше. Я уворачивалась, пыталась образумить мага и одновременно придумать, как выбраться из этой ситуации. А воздушник придумывал все более изощрённые способы меня достать.

В какой-то момент я не смогла больше уворачиваться и вынуждена была вытащить свои метательные ножи. Стала ими отбиваться. Удар, ещё удар, блок. Защита сзади от летящего ножа. Поворот. Блок.

Адриан слушать меня не хотел, так что я перестала пытаться закончить дело миром и начала сражаться уже всерьез. Что делать?

Додумать мне не дали. Не знаю как, но я оступилась, покачнулась. В этот момент Адриан сделал рывок, и нож вошёл мне под ребра.

Я замерла. Он скалился. Совсем безумно. И повернул лезвие.

Боль ударила волной. Мир поплыл. Где-то на грани сознания я услышала рёв.

Оглушительный. Знакомый.

Но сознание уже начало уплывать, я опускаться на землю. Скорее всего, мне показалось.

Я закашлялась собственной кровью. Пробито легкое. «Да… такой смерти у меня ещё не было», — подумала я.

А Адриан поднял меня за волосы на колени и пристроил меч около моей шеи.

— Хочу, чтобы ты знала, перед своей окончательной смертью. Я тебя сдал ещё до того, как перебили всю команду. Это я выдал наше местоположение и то, где находишься именно ты. И я уже договорился насчет награды за твою голову. А ты оказалась так наивна, что поверила мне.

Раздался противный, какой-то истеричный смех. И он продолжил:

— Ты не нужна им живая. Для положительного результата достаточно будет твоей мертвой головы. Обидно, правда?

— Ты же хотел меня? — сплевывая кровь, спросила я.

— Хотел. Одно другому не мешает. Я слишком люблю себя, детка.

Мне стало мерзко. Если я умру, кто отнесет яйцо? Погибнут люди… Я должна что-то сделать. Но руки уже не слушались. Лёгкие горели, пальцы онемели, кашель душил. Я пыталась собраться для последнего рывка. Я смогу. Давай!

Украдкой вытащила нож из сапога и воткнула магу в бедро.

Адриан взвыл и отшвырнул меня.

— Ах ты, гадина! — зашипел он.

Дальше сознание совсем помутилось, т. к. мне показалось, что я увидела бок бурого медведя. Как он швыряет тушу этого предателя об дерево, а затем вырывает глотку.

На этой счастливой ноте мир потух.

Глава 38. Возвращение

Возвращение в мир живых далось мне нелегко. Казалось, грудь горит огнем, руки вырывают, и вообще все тело находится в агонии. Больно было так, что впору орать и рвать на себе одежду. Но я не могла издать ни звука, пошевелить и пальцем. Закончилось же это резко, толчком. Глаза распахнулись. Их обхог свет.

Я полулежала в объятиях. Меня мягко кто-то поглаживал по голове и в горе раскачивался маятником. Я чувствовала, как дыхание этого кого-то щекочет волосы около уха. И рукой теребит прядь моих длинных распущенных волос. Адриан таки сорвал заколку в процессе боя, — заметила я. Собственно, поэтому мне и приходилось под конец отслеживать действия его рук и отбиваться от летающих кинжалов.

— Прости меня, — послышалось надсадное у самого моего уха.

— За что? — прохрипела я. В горле пересохло, словно наждачкой прошлись.

— За то, что не спас, — послышался ответ такого родного голоса, убитого горем. Он не понимал, что я жива и отвечаю ему.

— Ты спас. Просто ещё не понял это, — ответила я и выбралась из объятий.

Передо мной оказались знакомые карие глаза. Такие родные. И такие пустые. Судя по выражению лица, он не верил, что это я. Сказать по правде, в этот раз я и сама не верила, что жива.

— Это не можешь быть ты… Я… Я сам видел, как ты умерла. Я пытался остановить кровь, но не смог. Ты ушла.

Ну вот. Что и требовалось доказать!

— Я жива. Ты меня спас. Вот если бы ты дал ему отрубить голову, вот тогда я бы умерла окончательно, — попыталась внести ясность я.

— Так не бывает…

— Бывает. Смотри, — я подняла свой нож и полоснула по ладони. Ладонь привычно не засветилась. Кровь потекла. Медленно, тягуче. Но впервые, не останавливаясь.

Я застыла на секунду, потом подскочила, рванулась к рюкзаку. Йохан встрепенулся, догнал, выхватил из моих рук аптечку и помог мне обработать порез, наложить повязку.

— Я не понимаю, — пробормотала я. Меня трясло. Я только что вернулась с того света после раны, которая должна была меня окончательно убить, но не убила. И какая-то царапина…

— Что ты не понимаешь? Ты полоснула себя по руке, пошла кровь. Всё логично, — рассердился медведь, вдруг забыв обо всём, и начал на меня орать.

— Она должна была затянуться! — нисколько не уступая ему заорала я в ответ.

— Ты уверена? — приподнимая одну бровь с сарказмом уточнил он.

Я встала как вкопанная и опустила взгляд.

А уверена ли я?

Уверена ли я?

Я… я жива. Я уверена. Боль отрезвляет лучше любых вещей.

Но сейчас… неужели?

И тут я заметила странность. Волосы, которые лежали на груди, были белы как снег. Полностью. Я провела по ним рукой, подёргала. Больно. Перекинула всю мою гриву до пояса вперёд и поняла, что стала седой. Совсем. Белой как снег.

Не может быть. Пожалуйста!

Я закрыла глаза и сосредоточилась. А открыв, увидела, что вся листва, ветки, мелкие камни и ещё бог знает что, на километры вперёд повисли в воздухе.

Слёзы полились из глаз сами.

Я стала прежней. Я — нормальная! Я больше не бессмертная.

О, боги!!!

Меня трясло. Так сильно, что я не могла успокоиться. Смех перемешался с рыданиями.

Оборотень подошёл ближе и обнял медвежьей хваткой, пытаясь утешить, а я вцепилась в него