Освободить 10-го - Хлоя Уолш

— Да, — ответил я, бросая сумку в прихожей и присоединяясь к ней на кухне. — Извини, что опоздал. Школьный автобус сломался. Нам пришлось пересесть на другой автобус. Он ехал целую вечность. — Нет, Кэтрин, школьный автобус сломался, — мамина обеспокоенность слышалась в голосе, когда она разговаривала по стационарному телефону. — Постарайся не паниковать. — Мама оценивающе посмотрела на меня, прежде чем добавить: — Уверена, Лиззи недалеко.

Недалеко?

Мое сердце ушло в пятки от этих слов.

Чёрт возьми!

— Мам, — попытался я перебить, но она уже повернулась ко мне спиной, успокаивая Кэтрин Янг, чтобы та не волновалась о дочери, хотя волноваться следовало бы.

Если Кэтрин позвонила маме, значит, всё очень плохо.

Они с мамой едва ли поддерживали разговор.

Мое следующее решение было импульсивным: я развернулся и рванул на улицу за своим велосипедом.

***

Крутя педали, словно одержимый, я свернул на знакомую узкую тропинку на кладбище и чуть не слетел с велосипеда от облегчения, когда заметил её светлую голову впереди.

Соскочив с седла, я бросил велосипед и направился к ней, не обращая внимания на звон металла, когда он упал позади меня.

— Чёрт возьми, Лиз, — выдавил я, задыхаясь, когда увидел, что она крепко спит на могиле своей сестры. — Твоя мама тебя ищет. Она даже не дремала — нет, она спала глубоко, потому что даже не дернулась, когда я заговорил.

На ней были лишь джинсовые шорты, простая белая футболка и старая пара потертых красных кед.

Руки она подложила под левую щеку, а длинные светлые волосы распустила по плечам, словно золотое одеяло. Было больно смотреть на неё.

Потому что я не знал, как облегчить ту боль, в которой она тонет.

Я не мог вытащить её на свет.

Я не мог спасти её от этого.

Сердито и раздраженно я достал телефон из кармана и быстро отправил одинаковые сообщения обеим — её маме и моей.

Я с ней.

Обливаясь потом после пробега, я сел в траву рядом с ней, ослабил школьный галстук, потом совсем его снял и бросил в сторону. Распустил пару пуговиц на рубашке, выдохнул с болью и положил локти на колени, а голову — на руки, размышляя, что, чёрт возьми, мне делать дальше.

С невыраженной обидой на девочку в земле и разбитым сердцем за ту, что спала на траве рядом, я задумался, придёт ли когда-нибудь день, когда мучения от самоубийства Ки́вы перестанут терзать мою девушку.

У меня было так много, что я хотел сказать, столько злых слов, которые хотелось выкрикнуть, но я никогда этого не сделаю. Вместо этого я молчал, как хороший парень, которым поклялся быть, и старался вернуть её обратно к жизни.

Я чувствовал, как тьма опускается на неё, угрожая поглотить, и я был полон решимости удержать её сердце на солнце. Несмотря ни на что.

ДАВАЙ СБЕЖИМ

Лиззи

17 июня 2000 года

— Ты собираешься вернуться в школу до летних каникул? — спросил Хью в субботу вечером, когда мы сидели в высокой траве на лугу на участке моих родителей. — Думаю, смысла особо нет, — добавил он задумчиво, когда я покачала головой. — Тем более что до конца учебного года осталось всего две недели.

— Как у тебя идут дела в школе? — смогла спросить я, заставляя себя вернуться в реальность и быть с ним. — Когда у тебя выпуск из шестого класса?

— Школа, как всегда, оставляет желать лучшего, — ответил он с лукавой улыбкой. — А я выпускаюсь в следующий после следующего четверга.

— Правда?

— Да. Всё ещё кажется нереальным.

— Ты уже знаешь, получишь ли награду «Лучший ученик года»? — спросила я, почувствовав внутри проблеск волнения.

— Да, Лиз, — ответил он, потирая лицо, чтобы скрыть улыбку. — Я её получу.

— Я знала, — сказала я, гордясь им. — Я так тобой горжусь. Он быстро перебил меня: — Хватит обо мне, — полностью сосредоточившись на мне. — Расскажи мне, Лиз.

— О чём?

— О тебе. — Он поднял руку и провёл по моему подбородку. — Я хочу слышать о тебе.

Я — нет.

— Эээ… как насчёт регби? — выпалила я. — Как у тебя с ним дела? — Серьёзно? — Хью усмехнулся и приподнял удивленную бровь. — Ты хочешь говорить про регби?

— Я хочу говорить о чём угодно, только не о себе, — призналась я, дрожа от выдоха. — Мне нужно, чтобы ты меня отвлёк, Хью.

Пожалуйста.

Его карие глаза долго пронзали меня взглядом, и я подумала, что он пойдёт глубже, но он лишь покачал головой и прочистил горло. — Регби. — Он наклонил голову набок, явно размышляя о теме. — С тех пор как Дуб присоединился к команде, стало намного лучше. Думаю, у нас есть настоящий шанс выиграть какое-то серебро в следующем сезоне.

— Ты хочешь этот трофей? — спросила я, полностью погрузившись в разговор. — Это важно для тебя?

— Мне вообще наплевать, если честно, — признался он с усмешкой. — Но это весело, а у меня отличный удар, так что я держусь подальше от схваток и больницы. — Усмехаясь, добавил: — Ты же знаешь, мне всё это без разницы, Лиз.

Я знала.

У Хью была фигура прирождённого спортсмена, и он был одарённым регбистом, но его сердце принадлежало воде, а не полю для регби.

— А как насчёт плавания?

— На прошлых выходных я занял третье место на национальном чемпионате.

— Правда? — Я глубоко глотнула и сжала его руку. — Поздравляю. — Спасибо. — Он улыбнулся. — Хотя я до сих пор не понимаю, как так получилось, учитывая, что так долго не был в бассейне. — Хью улыбнулся снова, но на этот раз его щеки покраснели очаровательным розовым оттенком. Потому что он гордился. Потому что плавание — его страсть. — Но это не так уж и важно.

— Важно, — ответила я, вздрогнув, когда он перевернул мою руку и переплёл пальцы с моими. — Я действительно горжусь тобой. — Я получил письмо о зачислении в колледж Томмен на сентябрь, — рассказал он, проводя большим пальцем по моей руке. — Результаты вступительных экзаменов тоже пришли по почте.

— И?

Он покраснел. — Мои результаты были самыми высокими среди трёх