Анархия - Мари Маккей

Когда он излился внутрь меня, его разрядка затуманила мои мысли. Его сперма обладала стимулирующим действием, обостряя все чувства. Мои руки отчаянно вцепились в его плечи; я выгибалась и кричала, оргазмы накатывали на меня волнами, приближая к краю моей собственной течки.

Он не отстранился даже тогда, когда мое тело обмякло. Син оставался внутри меня, и я моргала, глядя на него сквозь ресницы.

Такой великолепный.

Мой.

Я могла бы оставаться так близко к нему вечно, но я попыталась вывернуться, когда мне показалось, что его хватка ослабла.

Вандл, Фантом и Карма еще не пришли. Я чувствовала их в связи, их желание, но они знали, что нам нужно подождать, пока он не будет готов.

Дело было не только в том, что я хотела своих альф, потому что у них были узлы, которых жаждало мое тело. Я хотела… чтобы они все были здесь. С нами обоими — со мной и Сином.

Я хотела, чтобы наша стая была единым целым.

Однако Син не отпускал меня, а я не хотела с ним бороться.

Наконец, кто-то из остальных постучал в дверь. Син резко обернулся, в его горле зародилось рычание. Это был Карма, он вошел с подносом, на котором стоял кувшин с водой, и выглядел полным надежды.

Мне пришлось обвить Сина руками и вонзить зубы в его плечо, чтобы заставить его отстраниться.

Его не было… здесь в тот момент, на самом деле.

Как будто Карма был врагом.

Предупреждение Вандла оказалось верным. Карма смог лишь оставить поднос на расстоянии от нас, прежде чем рычание Сина стало слишком сильным, но были и хорошие новости — его аура не вырвалась наружу.

Как только дверь закрылась, он снова заявил на меня свои права, на этот раз оставив свежий укус на моей шее. Его бедра бились о мои, пока даже вблизи мое зрение не стало немного размытым, и я не знала, было ли это из-за отчаяния от приближающейся течки или нет.

Когда этот раунд закончился, я выскользнула из постели и осушила целый стакан, прежде чем отдать второй Сину. Его веки отяжелели, а когда он закончил пить, то взял меня на руки.

В нем проглядывала частичка его настоящего, туман его течки пока немного рассеялся, хотя и не до конца. Я подумала, что сейчас самое подходящее время.

— Могу я использовать наручники? — спросила я, моргая, глядя на него снизу вверх.

— Ты хочешь меня связать?

Я сняла ключ с ожерелья и прикусила его, на моем лице играла восхищенная улыбка.

— Я смогу тебя освободить.

Он усмехнулся.

— Хорошо, Светлячок.

Мне было немного не по себе, когда наручники защелкнулись на его запястьях, но мне действительно был нужен узел. А ему действительно были нужны его альфы. К тому же… Ну, Син с руками за спиной был самым горячим зрелищем, которое я когда-либо видела.

Что оставалось делать омеге?

В наручниках он оказался в ловушке, стоя на коленях на полу со связанными за спиной руками. В гнезде не было кровати, вместо нее пол был устлан уютными матрасами, чтобы я могла свернуться калачиком где угодно. Но именно здесь из-под постельного белья выходили цепи крюка. Он мог менять положение, чтобы ему было удобно, что было хорошо для течки.

Моя игрушка.

Я опустилась вниз, мой кулак нашел его член, прежде чем я опустилась на него, опираясь руками о его плечи.

— Блядь… — застонал он, когда я оседлала его, багровые глаза тускло мерцали.

— Я люблю тебя, — сказала я ему.

Мои пальцы впились в его плечи, когда я поднималась и опускалась, и по мне пробежала дрожь от той власти, которая у меня была. Ключ на моей шее контролировал, сможет ли он вообще ко мне прикоснуться.

Я надеялась, что он не сочтет то, что я сделала, предательством, но без наручников, сдерживающих его, его инстинкты никогда не позволили бы мне взять то, что мне было нужно.

Их всех, вместе.

Я прижалась губами к его губам, заявляя на него свои права поцелуем, пока пыталась успокоить жар его тела своим. Его зубы впились в мою нижнюю губу, и я застонала, извиваясь у него на коленях.

Затем пространство наполнил землистый запах железного дерева и тлеющих углей: течка все сильнее захватывала меня.

Вандл был здесь.

Син мгновенно напрягся, в горле зародилось рычание, и я отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом.

СИН

Кресцент была моей милой богиней-светлячком, ее прекрасные золотистые глаза сияли в ярком свете огромного гнезда.

Я был в ловушке, мои запястья были связаны за спиной, а с ожерелья свисал красивый, блестящий ключ. Компанию ему составляли лишь светлые пряди ее волос, покоящиеся между ее грудей.

Жар поднимался в моей груди, остывая от каждого ее прикосновения.

Я отчаянно нуждался в ней.

Ее ладони прижались к моему животу, скользнули вверх, и это смыло очередную волну этого жара.

Она была тем, что мне было нужно.

Но все же дисбаланс гудел, тепло не рассеивалось полностью.

Это пройдет, мне просто нужно было — я подался вперед, запястья вжались в наручники, когда я углубил наш поцелуй и прикусил ее губу. Она выдохнула стон, проталкивая язык в мой рот.

Я был изнывающим от жажды человеком, а она — богиней, в которой я мог утонуть.

Блаженство нарастало от каждого прикосновения, и на мгновение, пока она держала меня, я был целостен. Дискомфорт исчез.

Это было почти идеально…

Почти.

Пока я не заметил движение.

Мой пульс участился, в горле зародилось рычание.

— Син, — прошептала Кресцент, пытаясь взять мое лицо в ладони, пока я наблюдал за движением у нее за спиной. — Они наши. Мне они нужны, и тебе они нужны.

Я не мог отвести от него взгляд — тень альфы, приближающаяся к ней.

Вандл?

Я попытался стряхнуть с себя инстинкты, охватившие меня, но это было невозможно. Моя аура вспыхнула, и он остановился, переводя взгляд с меня на нее. Я попытался подавить ее, но безуспешно.

Я дернулся в наручниках, зная, что могу их порвать; в груди заклокотало рычание.

Она была моей.

Моя омега.

Моя течка.

Но металл удержал, приковав меня к месту. Я нахмурился, сердце внезапно забилось быстрее.

Что?

Моя аура снова вспыхнула, по телу разлилась еще большая сила. Больше силы, чем должно быть у кого-либо.

Но металл выдержал.

Я был в ловушке.

Вандл остановился, его разноцветные глаза пристально смотрели в мои. Осторожно, но без почтения.