Королева Ночного Неба - Амали Ховард

— Сильнее, скворец, — стонет Рошан, и я крепко сжимаю, как раз когда Дарриус рычит и задирает мою ногу повыше, чтобы захватить дополнительный дюйм, вонзаясь так глубоко, что мое зрение плывет. Он наклоняется, его глаза ярко сверкают золотом, одна сильная рука опирается на кровать рядом с моей головой, и я чувствую касание острых зубов там, где моя шея встречается с плечом.

Я обнажаю горло в совершенном доверии. Пара.

Все происходит в великолепной последовательности. Клыки вонзаются в меня, укус боли предшествует неприличному приливу удовольствия, который уничтожает меня, когда я сжимаюсь вокруг Рошана, который кончает со свирепым рыком, его взгляд никогда не отрывается от моего. Грязные стоны Дарриуса — бальзам для моего сердца, когда он взрывается с ревом, звук многослойный — человек и зверь, изливая свое семя в меня, в то время как его тени пожирают всю комнату.

Всхлипывая от натиска моего бесконечного оргазма, моя магия извергается сквозь его тьму, как водоворот падающих звезд, и когда он падает на кровать рядом со мной, связь душ запечатывается между нами — прекрасный канат сверкает, как кусочек ночного неба.

Но это не то, от чего я задыхаюсь в изумлении.

Это тени, кружащиеся со звездной пылью и окаймленные золотым светом солнца, которые окружают нас троих. Я никогда не видела ничего столь эфирного, столь чертовски волшебно. Я поворачиваюсь к Рошану, который сияет тлеющим золотым светом... светом, который поднимается по моим предплечьям, чтобы соединиться с черными и серебристыми рунами, уже вплетенными туда.

Взаимодействие трех — тени, звездного света и солнечного света — захватывает дух. Мои две половинки... две мои любви. При осознании этого что-то жизненно важное встает на место, чувство завершенности в моей душе. Чувство правильности.

Только сейчас я понимаю пророческие слова моей симург:

Мы — проход между землей и небом, канал между яркостью солнца и тьмой луны — обе твои половины будут любимы и привязаны королями.

Дарриус, тьма моего ночного неба, и Рошан, сияние моего восходящего солнца.

Мой связанный судьбой и мой избранный.

Глава 38

Атака происходит в течение недели, намного раньше, чем мы ожидали.

Но Анахима не из тех, кто медлит — она планирует и действует методично — она не стала бы двигаться, если бы не все ее шахматные фигуры были на месте. Я чувствую покалывание в животе при мысли о предательстве моей подруги, хотя я даже не могу представить, что чувствует Дарриус.

Это его сестра, его правая рука, тот, кому он доверял больше всех в мире.

Мое сердце разрывается за него. За них обоих.

Король Эверлии уехал на рассвете, чтобы встретиться со своим военным советом и подготовить Аспачана. Рошан отбыл в Ориндхр несколько дней назад, чтобы собрать свою армию, и хотя мысль о том, что он так далеко от меня, вызывает огромный комок в моей груди — в основном потому, что я не чувствую его так, как чувствую Дарриуса через нашу связь душ, — я знаю, что он будет осторожен. И все же мне кажется, что мое сердце ходит неприкрытым вне моего тела, и я ненавижу это.

— Не смей делать ничего глупого, например, умирать, — предупредила я Рошана, осыпая его поцелуями перед тем, как он вошел в портал в Калдари. — Если ты это сделаешь, я буду вынуждена реанимировать тебя с помощью сангвимантии, а затем медленно убить.

Он улыбнулся, убирая прядь волос за мое ухо.

— Такая жестокая.

— Я серьезно. Я вернула тебя не для того, чтобы потерять.

— Ты не потеряешь меня, мой скворец. Обещаю.

Дарриус стоял позади меня, его сила была единственным, что удерживало меня на ногах, когда одна половина моего сердца уходила в другое королевство.

— У него сила Сару, Звездочка, — прошептал он. — Я подозреваю, что он может быть бессмертным. Более того, я уверен в этом. Мантикора видела божественный свет вокруг его ауры.

Это понимание дало мне немного покоя, но пока Рошан не вернется ко мне, я остаюсь встревоженной.

План состоит в том, чтобы перебросить его армию в Эверлию через портал в Солисе. Поскольку Ракх охраняет границы, обращенные к морю, а Шабра, Каркад и Хамрос защищают запад, а также армия Дарриуса прикрывает север, Рошан будет хорошо расположен для любых атак с востока. У нас будет оборона на всех фронтах, или, по крайней мере, такова идея. Я уверена, что у Анахимы есть запасной план, и мой желудок сворачивается от ужаса.

Я заглядываю в свою старую спальню проведать отца. Он спит, но теперь он может бодрствовать часами. Нуадар — причина, по которой мой отец все еще жив. После немедленного допроса Максуром повелитель зверей не предпринял никаких попыток скрыть свой разум от псионической магии своего короля, доказав свою лояльность.

Я не слишком горда, чтобы признать, что могла судить о нем несправедливо.

По правде говоря, без его помощи смертельная сыворотка продолжала бы разъедать моего отца, пока он не стал бы слишком слаб, чтобы жить. Но теперь его цикл сна вернется в норму, а вялость от токсина покинет его мышцы. Папе придется пройти специальное исцеление от любой атрофии его тела, но, по словам Нуадара, с ним все будет в порядке.

— Ты знала, что Анахима была магом сюзеренского уровня? — спрашиваю я Зибу, пока она помогает мне облачиться в мои кожаные доспехи в покоях Дарриуса.

Зиба издает красноречивый вздох.

— В детстве у этой девчонки была ревнивая жилка длиной в милю, но она хорошо ее скрывала. Все в замке знали, что у принцессы есть сила, но когда ее тестировали, она была самое большее местиальной или доминантной.

— Она сказала мне то же самое, — говорю я, морщась, когда она затягивает пряжки как можно туже.

— Это было частью ее внешней маски, — говорит Зиба. — Преуменьшать свои силы, притворяться целительницей, тайно изучая, как использовать продвинутую магию корпуса в ядах и токсинах, не говоря уже о ее увлечении магией смерти и крови. Если кто-то ловил ее, она манипулировала их воспоминаниями, и они ничего не замечали.

Я выдыхаю.

— Она могла это сделать?

Зиба кивает.

— Псионический маг уровня сюзерен может сделать это и многое другое. Некоторые, такие же могущественные, как принцесса Анахима и король, могут создавать целые иллюзии, которые нереальны, существуют только в сознании тех, на кого они влияют. Долгое время я думала, что только Король Дарриус обладает этой силой.

— Боги, — шепчу я, тревога возрастает при мысли о том, что