Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва

довольно интересного лилового цвета. Так необычно... — Он привез меня сюда и попросил об одолжении, но я сплоховала, леди. Я так сильно переволновалась, что такого вам наговорила. Такого... Меня после день трясло. Думала, явитесь и просто прихлопните за дерзость такую.

— Хм, — я приподняла бровь. — Ну-у-у, чтобы прямо вот так? Что же там за пари и одолжение Льюису? Выкладывай, драконесса.

Она с такой надеждой уставилась на Комира, направившегося было к нам, но он остановился и снова полез что-то искать.

Склонив голову, я усмехнулась одними уголками губ.

— Говори! — мой голос стал грубым.

— Император попросил, чтобы я выказала к нему интерес как к мужчине, — тихо пробормотала она. — Изобразила легкую влюбленность. А я... А я оскорбила вас очень жестоко и вынудила заключить на него пари. Пари на императора.

— Что! — Мой вопль сотряс стены. — Да чтобы я и такое... Пари на мужчину! Сабрина, ты в своем уме?

Она стремительно краснела и покрывалась чешуей. Лиловой.

— Ты еще обернись здесь со стыда! — прошипела на нее. — Так тебя за это в пустыню отправляют?

Сказала и вдруг вздрогнула. А откуда я знаю? Говорили при мне или нет? Смутилась, вспоминая все разговоры.

— Да, леди. Вы попытались уехать домой. Император, когда узнал... — она всплеснула руками. — Я была вынуждена признаться и... Он пришел в ярость. Так что теперь я окончательно отдана на воспитание генералу Ярвену, чтобы ума понабраться. Буду сопровождать Дару в пустыню. Хотя мне в радость, я боялась, что к отцу отправит. Это хуже всего. Страшнее не придумаешь. Я хочу к сестре... Я очень люблю Кассандру, и без нее мне жутко. Я теряюсь. Не понимаю, что и как. Как вести себя, что говорить? Вижу, что совершенно не для придворной жизни. Я другая, не такая, как орины и леры, не такая, как вы или Дара. Мне здесь не место... Но Кассандры все нет.

— Пари, — я шумно выдохнула.

— Я вам такие слова говорила ужасные, леди. Вы не помните, и я очень надеюсь, что так и будет. Простите за трусость и за такие нехорошие пожелания, но вспоминать там нечего.

— А победил-то хоть кто? — я вдруг хохотнула.

Она одарила меня таким взглядом. Ну таким...

— Но ты хоть пробовала со мной состязаться?

В ответ еще более выразительный взгляд.

— И что же ты такая жалкая, Сабрина Ордо? Могла бы хоть попробовать, — я рассмеялась. — Лучшими подругами мы вряд ли станем, но живи и не трясись. Раздражает.

— Да ну вас, леди Юниль. Да и не нужны мне подруги при дворе, мне бы к сестре. А кроме нее никто мне и не нужен! — проворчав, она ринулась расставлять для просмотра следующую партию картин.

Глава 19

Льюис Темный.

Стемнело. Я лежал на заправленной постели и смотрел в потолок. Сердце рвалось в соседнюю комнату, но я себя останавливал. Нет ничего хорошего в излишней навязчивости.

Я знал, что моя девочка сегодня половину дня провозилась с картинами. Видел все, что она отвергла, и был с ней согласен. Ненужные полотна будут предложены слугам. Остальное уйдет на ярмарку. Вырученные средства будут отданы на благоустройство того самого рынка.

Да, мелочь, но я никогда не был расточительным. Знал, на какую широкую ногу жил дядя, а после него долго пытался наполнить казну.

Мои мысли плавно вернулись к сегодняшнему утру.

Слова этого мальчишки Олсена и Аделии... Они правы. Слишком много здесь осталось выкормышей прежнего императора.

Я не трогал их. Меня этот замок и его жизнь мало волновали. Но теперь все должно измениться.

Моя семья должна жить в безопасности.

— Кажется, во мне просыпается хозяйственник, — пробормотал, усмехнувшись.

Стук в дверь. Резкий и громкий.

Покачав головой, выдохнул:

— Ярвен, ты уже вошел в мои покои и прошел гостиную, так чего же стучать?

— Да кто тебя знает, сынок, — дверь отворилась. — Может, ты уже и не один?

— Мечты, — фыркнул раздраженно.

— Ну, не скажи. Твоя идея заинтересовать Юниль бытом очень действенная. Она и Комира с собой прихватила.

— Ярвен, — я зевнул, прикрывая рот. — Если брат идет вслед за ней, значит, так нужно только ему.

— Мальчик к ней привязался и очень сильно. Уже Дара ревновать брата начинает. Я спрашивал, в чем дело, он повторяет одно и то же слово: «семья». И больше никаких пояснений.

Я все же сел и поправил расстегнутую рубашку.

— Но ты ведь не за этим ко мне пришел, Ярвен.

Генерал покачал головой.

— Ты все же возвел Комира в палачи, — произнес он. — Это его просьба?

— Скорее, ультиматум, — я набрал полную грудь воздуха и медленно выпустил. — Брат не спрашивал, Ярвен, он ставил перед фактом. Он вообще единственный, кто на подобное способен. А идти против его слова себе дороже.

Ярвен сел в кресло и закрыл лицо ладонями, но тут же убрал руки и взглянул на меня. В его глазах плясало черное пламя.

Он волновался, и дело было не в Комире.

— Плохие новости, — понял я.

— Да... в первую очередь для тебя, Льюис.

— Вегарт?

— Да... Ему доложили, что Юниль упала с лошади. Мне об этом донесли. Но вот кто... я не выяснил. Где-то тут еще один его шпион.

— Занятная у вас дружба, — оскалился я.

— Ну, так дружба дружбой, а служба службой. Расслабляться никак нельзя. Но пока в количестве выявленных шпионов лидирую все же я. Но не об этом сейчас. Он явится сюда. У тебя есть еще день, может, два. Но не более. А дальше...

— А дальше мы сделаем все, чтобы он здесь застрял и надолго, — я призадумался.

Вскочил с постели и прошелся по комнате. Остановился у двери на террасу и прикрыл ее.

— За сколько ты можешь добраться до Греты, Ярвен? У тебя ведь есть человек, приближенный к ней?

Он кивнул и прищурился.

— Мне нужна помощь матери Юниль. Грета всегда хорошо ко мне относилась. Если постараться, я смогу ее убедить дать мне время.

— Она беременна, Льюис.

— Это же Грета. Оборотница, чувствующая состояние своего дитя в утробе. Ее такая малость не остановит, — я покачал головой. — Удивительной силы женщина. Да и лекари мои ничуть не