Венок тумана. Два сердца - Наталья Шнейдер

— С чего ты взяла? — спросил я.

— Это его узел.

Как будто это что-то объясняло.

Она поколебалась немного, но все же вынула из сапожка нож. Проколов себе палец, выдавила кровь на нить.

— Отдаю память о его улыбке, — прошептала она.

Лицо ее на миг разгладилось, словно у очищенной, я даже успел испугаться. Но вскоре оно снова стало сосредоточенным.

Интересно, чью улыбку она хотела бы забыть? И почему у меня каменеют плечи при этой мысли?

Додумать я не успел: нитка дернулась против ветра, будто леса с крючком, зацепившая рыбу.

— Туда, — сказала ведьма.

Глава 12

Алеся

Легко сказать «туда» — деревья стояли частоколом, переплетаясь с кустами боярышника и шиповника. За спиной загорелся свет. Я обернулась — городской… Ярослав держал на ладони огневик, выразительно глядя на куст.

Я потянулась к магии — сбить заклинание. Остановилась в последний миг. По всему выходило, что городской сильнее меня и второй раз застать себя врасплох не позволит. Как бы мне потом не корчиться в откате от разрушенной магии.

— С ума сошел! Сушь стоит которую неделю, полыхнет — весь лес сгорит, и мы вместе с ним. Убери!

Огневик уменьшился до свечного пламени.

— Сушь, говоришь, стоит? — нехорошо ощерился Ярослав. — Ты затем мальца искала? Убить и по четырем полям закопать?

Я всплеснула руками.

— Конечно! В деревне же детишек мало! Надо именно этого полночи у русалки отбивать, чтобы потом зарезать! У вас, городских, магия да электричество совсем мозги высушили?

— Ты сама городская, если факультатив по боевой брала!

— Я — деревенская. Здесь родилась, здесь и помру.

— С чего бы тебе умирать? — фыркнул он.

Я усмехнулась.

— А ты, никак, вечно жить собрался.

Он поморщился, на лице промелькнуло что-то вроде раскаяния.

— Я тебе обязан.

— Ничем ты мне не обязан. Я себя спасала. И Матвея. Поэтому хватит лясы точить, — огрызнулась я. Посмотрела на центр поляны, где жалкой кучкой лежал хворост. — Я же тебе велела костер развести, чтобы Матвей к нему мог выйти!

Ярослав дернул щекой.

— Нашлась командирша. Не буду я, мужчина и маг, у костра сидеть, пока ты по лесу бродишь. Вместе пойдем. Нитка твоя наверняка быстрее на мальца выведет, чем он сам к костру выйдет.

— А не боишься, что злая ведьма тебя зажарит да сожрет? — не удержалась я.

— Я старый, жесткий и вонючий, потому что не холощеный. Подавишься.

Щеки зарделись.

— Старый — это точно, — буркнула я. — Насчет остального поверю на слово.

Он снял куртку и накинул мне на плечи. Запахнул, прежде чем я успела возмутиться, и сказал:

— После боярышника от твоей рубашки одни лоскуты останутся.

Парусина пахла дымом, хвоей и каким-то городским одеколоном. Этот запах окутал меня, почему-то успокоив. И ничего не вонючий. Захотелось завернуться в куртку поплотнее, но я покачала головой и стянула ее с плеч.

— Выверни и надень наизнанку.

А сама села переобувать башмаки с правой ноги на левую.

— Зачем? — спросил Ярослав, держа куртку в руке и старательно глядя куда-то поверх моей головы.

— Леший путает тех, кто одет как обычно. А неправильное путает его самого.

Он послушался.

Не знаю зачем, я добавила:

— А от суши мы реку третьего дня опахали. Должно помочь.

— А если не поможет? Сколько времени прошло?!

— Должно помочь, — повторила я. — Ты же городской, знаешь, что с чистого неба дождь не прольется. Пока Перун тучи соберет, пока Стрибог их пригонит… По всему видно было — утром ветер поднимется.

— А если нет? — зачем-то уперся он.

— Вот тогда и думать будем, — проворчала я. — А сейчас дела поважнее есть.

Ярослав надел куртку наизнанку и ахнул: куст боярышника расступился, словно живой, открывая проход.

— Действует!

Я кивнула, не торопясь радоваться. Слишком просто все получалось. А городской вдруг обнял меня со спины. Я вскрикнула, дернулась.

— Тише ты. — Он обернул вокруг меня полы своей куртки. — Мало ли…

Я ругнулась про себя, но он крепко держал меня под грудью — не вырвешься.

И то ли чутье мое было право, то ли городской накаркал, но едва мы ступили в проход между расступившимся боярышником, ветви хлестнули. Ярослав успел выставить локоть, закрывая мое лицо, выругался. Я охнула: колючая плеть впилась в ногу.

— Не дергайся, — приказал он. — Щит.

Полупрозрачное сияние окутало нас, отсеченные ветки рухнули, разорвав мне подол. Мелкими шагами мы пробрались сквозь кусты. Ярослав оглянулся. Проглотил ругательство. Я тоже обернулась, воспользовавшись тем, что он меня выпустил, и тоже едва сдержала брань. Исчезла сплошная стена. Деревья и кусты вокруг поляны вернулись на свои места. Как будто ничего и не было.

— Он играет с нами, — прошептала я.

Городской кивнул. На его скуле темнела глубокая царапина. Он стер кровь, посмотрел на пальцы.

— Хорошо, что не в глаз. — Поднял взгляд на меня. — Это ему нужно? Кровь?

Я пожала плечами. Расцарапанную лодыжку саднило.

— Ты добавила своей крови на нить, — продолжал расспрашивать Ярослав. — Может быть, и мне нужно?

— Нет, это моя ворожба и моя жертва.

— Жертва, значит. И память о «его» улыбке тоже?

В груди стало пусто.

Память о его улыбке.

Я знала, что пытаться вспоминать бессмысленно: жертва принесена, обратно не вернуть. Но разум — нет, даже не разум, душа старалась вспомнить. Там, где был вечный мой укор, теперь зияла пустота. Я помнила светлые кудри. Серые глаза — ставшие стальными, когда он смотрел на меня в последний раз. Ввалившиеся щеки, которые сделали лицо куда суровей — хотя куда уж суровей? Жесткую линию губ.

Но как они складывались, когда он улыбался? Какими были его глаза, когда я увидела его в первый раз? Увидела и задохнулась, когда его взгляд на миг остановился на мне. Каким он был?

Ничего.

— Да, — выдавила я.

Хозяева на мелочи не размениваются. И эта жертва далась мне куда тяжелее, чем растраченные силы, когда я пыталась вытащить Козьму.

— А кто «он»? — полюбопытствовал городской.

— Не твое дело.

— Да похоже, мое, раз я в этом увяз по уши.

— Нет. Хочешь помочь — помогай. А в душу мне не лезь, все равно не пущу.

Но как же мне теперь самой не пытаться вспомнить?

Глава 13

Ярослав

Этот путь по лесу будет являться мне в ночных кошмарах. Казалось бы, чего страшного — шагай себе за ведьмой, которая в свою очередь идет по нити ровненько, как по компасу, да успевай отрубать ветки, которые тянутся к ее лицу. Маг я или кто?

Только всей моей магии не хватало, чтобы защитить не