Служанка для темного повелителя - Анастасия Максименко

Дверь его кабинета после короткого стука распахнулась, в проеме возникла высокая мужская фигура, змеевидные желтые зрачки блеснули в полумраке, тонкие губы исказила издевательская ухмылка, стоило незваному гостю взглянуть на сумеречное зеркало, дернулся мужской кадык.

― Агилара Ахилара… ― тянущее шипение. ― И почему я не удивлен? Не много ли вы внимания, брат мой, уделяете этой батарейке?

Файрокс выставил к зеркалу ладонь, и женское изображение исчезло.

― Не много ли ты внимания, брат мой, заостряешь на моей батарейке? Что тебе нужно, Кайрокс?

― Да вот, ― бесшумные хищные шаги, ― решил навестить дорогого брата, разве это запрещено, мой повелитель?

― Я сейчас занят. Приходи в другое время.

― О, вот как. Конечно, ― кланяется в пояс. ― В таком случае, вы не будете против, если я останусь до утра в Ордере?

(Ордер — главная резиденция князя, находится одновременно на десятом ординаре и вне всех линейных систем.)

― Оставайся. Ступай. Орджак проводит тебя в твои покои и позаботится о комфорте, брат.

(Орджак — главный хранитель замка, плотный дух, умеет находиться везде и всюду на территории замка одновременно.)

― Благодарю, мой повелитель, ― кланяется, три шага спиной к выходу, и, развернувшись, с помрачневшей физиономией покидает княжеский кабинет, за ним едва различимой тенью скользнул хранитель.

Файрокс поморщился. Иногда он очень жалел об отмене закона о братоубийстве, нередко за дерзость ему люто хотелось братца придушить, особенно за желание присвоить себе то, что принадлежало ему, Файроксу.

Сопроводив младшего княжича, Орджак вернулся к повелителю.

― Малый невольничий рынок шестого зачищен?

― Как и приказывали, ― прошелестел тень. ― Глава казнен за недосмотр, назначен новый, отчет у вас на столе в серой папке.

― Хорошо. Отправь эскадру Канзара с проверкой на большой и иные ординары до девятого, пусть проверят все рынки на вшивость, если отыщут плененных герхоров, ты знаешь, пусть делают что обязаны.

(Канзар — предводитель одной из множеств экадр — легионерных групп.)

Тень безмолвно поклонился и нерешительно затрепетал у дверей.

― Что ещё?

― Ваша любимая наложница, дилла Мидина просит позволить ей вас навестить.

― Что у неё?

― Соскучилась, говорит.

Мессор равнодушно покрутил в пальцах перо. Любимая? У него никогда не было любимых наложниц. Дилла слишком много на себя берет.

― Распорядись отправить скучающую диллу домой, выдели сундук четырехсотых.

Орджак молчаливо поклонился. В павильоне раздался душераздирающий, полный возмущения и обиды крик получившей отставку диллы.

До самого вечера Мессор, занимаясь привычными княжескими делами, украдкой следил за Аглаей. Обычно за дрейями он почти никогда не наблюдал, но в отношении Агилары чутье подсказывало: эту ворожею сегодня из поля зрения не выпускать, и ведь не ошибся. Когда девчонка связалась с бесполезной, на его вкус, батарейкой Кайрокса — Катриной, он насторожился, услышав предмет разговора, пришел в ярость. Вспыхнули стены кабинета золотым огнем, золото заволокло глаза Мессора.

Файрокс никогда не был ни идиотом, ни садистом, ни мудаком в понимании линейного мира, однако существовали непростительные вещи, за которые он мог судить не задумываясь, одну такую непростительную вещь, опуская герхора, седьмая батарейка жнеца осмелилась сотворить.

Глава 13

Немногим ранее

Аглая

На время прихода клиента моя наивная помощница хотела забрать кота к себе, но тот заимел наглость упираться, чуть бедняге Гиле всё лицо когтями не исцарапал, вопя благим ором, будто его собрались через мясорубку пропустить, ей-богу:

― Куда⁈ Не пойду! Я обязан находиться со своей ведьмой, у нас связь, пусти, окаянная, укушу! Аглая, ну, скажи ей, пусть отпустит, ну, куда ты без меня!

― Ай, зараза, не царапайся, ― шипела Гила, таща герхора на выход за хвост. ― У дрейи клиент, перестань, вот же зверье!

― Вот именно, клиент! А кто знает, что у этих клиентов в голове бродит? Нет уж, я останусь со своей ведьмой, и точка. Хвост отпусти, козявка клыкастая, кому говорю!

― Что⁈ Сам ты козявка! Не пойдешь, хвост оторву.

― Ах, так, а без клыков не боишься остаться, блондинка⁈

― Аглая! Скажите ему!

― Аглая, скажи ей!

Аглая в моём лице закатывает глаза и устремляет их от рунного расклада на объекты мигрени.

― Чего разорались, голова от вас обоих болит. Ты, ― устремляю палец на герхора, ― марш на шкаф, и чтобы кончика хвоста твоего не видела, пока не позову, А ты, Гилара, принеси чашку чая с цветочной настойкой.

― Больше настойки, меньше чая, поняла, ― недовольно бурчит помощница, недобро косясь на ехидно скалящегося кота, однако тот, встретившись со мной убийственным взглядом, сглатывает и молнией взбирается куда послала. Вот и хорошо.

Наконец наступает блаженная тишина. Собрав руны в мешочек, трясу, шепча заговор, и свободно рассыпаю перед собой, раздраженно сплевываю, да что же такое! Руны упорно предвещают внеплановое прибытие жнеца. Да как так? Он только час назад свалил, предварительно напитавшись силой, чего ему ещё от меня надо? На пенсию, что ли, проситься? Ага, размечталась. Пенсия тут только одна, ногами вперед.

Возвращается Гила с подносом в руке, зыркает мстительно на шкаф, откуда виднеются хитрющие усы кота.

― Аглая, дилл пришел, могу пригласить?

Соглашаюсь, и с уходом помощницы в помещение входит представительного вида упитанный демон, оглядывается с интересом. Указываю на кресло для посетителей с уточнением: что же его привело? Минут через пятнадцать из беседы мне становится понятна картина запроса.

Дочка уважаемого демона добровольно подалась в гарем Кайрокса, мол, влюбилась и всё такое, чему лично дилл не верил ни разу, я в общем-то тоже, если только Мельгора — дочка его, совсем наивная идиотка, собственно, примерно такой её и описывал посетитель, слезно умоляя дать мне переход на ординар младшего жнеца, сам он лично обращался в канцелярию Кайрокса с тем же запросом и к моему Мессору тоже, но очередь слишком длинна.

― Пока мне одобрят временный переход, всё что угодно с Мельгорой может случиться, уважаемая дрейя, ― говорит. ― Помогите, прошу. Заплачу столько, сколько вы пожелаете. Только помогите несносную девчонку домой вернуть. Понятно же, что она для жнеца — всего лишь минутное развлечение, а здесь её ждет горячо любящий жених.

Подбираюсь. Жених, значит? Любопытно.

― А вот с этого места поподробнее. Что ещё за жених?

― Так… ― тушуется под моим вниманием демон, ― достопочтенный дилл Ельмор. За ним моя малышка будет как за каменной стеной, только ему могу её доверить. А она так поступила