Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

Гу Сюэлань вздохнула. Ей просто хотелось, чтобы в доме не было вечной войны.

— Ты ведь знаешь его характер. Потерпи немного. Отступи на шаг — и небо покажется чище.

Се Юя это уже откровенно бесило:

— С какой стати? Я что, обязан терпеть его капризы?

— Твой дядя Чжун уже сделал ему выговор. В следующий раз будь помягче, ради меня, хорошо? Ты ведь живешь в интернате, я тебя почти не вижу. Раз уж приехал на каникулы, будь паинькой, послушайся маму.

В этот момент раздался звонок в дверь.

На пороге стоял молодой репетитор в очках в тонкой золотой оправе и с черным портфелем в руках. Вид у него был исключительно интеллигентный и добродушный.

— Госпожа Чжун, молодой господин Чжун.

Гу Сюэлань закончила разговор с сыном и пошла встречать гостя. Они присели на диван и принялись обсуждать проблемы с успеваемостью Се Юя.

Се Юй устроился напротив и лениво таскал виноград из вазы на журнальном столике.

Преподаватель по фамилии Хуан, выпускник элитного вуза, заговорил о педагогике уверенно и складно. Се Юй думал, что его хваленая методика окажется чем-то стоящим, но все это было настолько уныло, что его быстро потянуло в сон.

— Интерес — лучший учитель. Моя методика строится на том, чтобы пробудить в ребенке желание учиться. А когда появится мотивация, мы подберем индивидуальный подход, определим его сильные стороны, и процесс пойдет в разы быстрее.

Волосы господина Хуана были густо залиты гелем, и при разговоре он постоянно поправлял очки указательным пальцем.

Виноград оказался кисло-сладким. Се Юй вытащил салфетку, чтобы выплюнуть косточки.

Достав телефон под столом, пока Гу Сюэлань увлеченно беседовала с учителем, он быстро набрал сообщение Лэй-цзы: «Срочно набери меня».

Многолетняя дружба не подвела: звонок раздался в ту же секунду.

Се Юй поднялся с дивана:

— Мам, господин Хуан, я выйду ответить на звонок.

На заднем плане у Чжоу Далэя яростно щелкали клавиши. Се Юй хотел спросить: «Ты в клубе?», но друг опередил его громогласным воплем, от которого зазвенело в ушах:

— ТВОЮ ЖЕ МАТЬ! УКРАЛ МОЙ ФИОЛЕТОВЫЙ МЕЧ!!! Я ВСЮ ТВОЮ СЕМЬЮ ВЫРЕЖУ!!!

Се Юй:

— …

Чжоу Далэй продолжал орать и материться, швыряя мышку о стол. Админ компьютерного клуба испуганно подбежал к нему:

— Лэй-цзы, успокойся, ради бога! Разобьешь клаву — платить тебе. Пиксели в игре — это же просто пыль, расслабься…

— Какое расслабься, это война! — бушевал Лэй-цзы. — Бабу мою в игре отжимайте сколько хотите, но фиолетовый меч — святое!

Только после этого Лэй-цзы вспомнил, что Се Юй все еще висит на линии:

— Шеф Се? Блин, у меня аж подгорает от злости.

— Фиолетовый меч? — переспросил Се Юй.

— Да! Этого босса фармила наша пати! Шанс выпадения — ноль целых хрен десятых! Мы трое суток дежурили, и прямо перед носом эти гады шмотку угнали! Крысы гребаные!

Лэй-цзы добавил:

— Я им стрелу забил. Кто не придет — тот лох. Ты с нами?

— Я не играю в твою фэнтези-дрянь.

— Так стрела в реале! На Нанкинской улице.

Они что, реально решили разобраться из-за игрушки вживую?

— Они из города А, мы из Б. Выбрали среднюю точку по карте. Через два часа на Центральной площади.

Се Юй оглянулся на увлеченную беседой мать:

— Ладно. Жди, приеду поддержать толпу.

Гу Сюэлань проговорила с учителем еще минут двадцать, и только тогда заметила, что сын пропал.

Ушел «ответить на звонок» и испарился.

— Где он?

Увидев, как потемнело лицо хозяйки, Афан испуганно пролепетала:

— Он… ушел. Сказал передать, чтобы вы не тратили время зря.

Чашка в руках Гу Сюэлань едва не треснула от напряжения.

*Се Юй приехал самым последним.

Когда он добрался до Центральной площади, обе компании уже выстроились стенка на стенку. Судя по всему, они пытались сначала «побазарить», а уже потом махать кулаками.

Собралось человек пятнадцать.

Се Юй драться не планировал, поэтому отошел в сторону и устроился под раскидистым деревом в теньке.

В душный летний день толпа подростков лет пятнадцати-шестнадцати стояла под палящим солнцем и крыла друг друга матом из-за кучки пикселей.

Чжоу Далэй орал в первых рядах:

— Рты свои прикройте! Это вообще ваша шмотка была, что ли?!

Соперники не отставали:

— Наша! С хера ли не наша?

— Совесть поимейте, пацаны, это просто игра, че вы как крысы играете?

— Кто успел, тот и съел! Мы ради нее трое суток дежурили, вы че о себе возомнили?!

— О, борзые какие! Пиздюлей захотели?

— Давай, нападай, кто кого боится!

Чжоу Далэй едва не лопался от злости. Он глубоко вздохнул и сквозь зубы процедил:

— Пока я еще разговариваю с вами по-хорошему, верните меч. И разойдемся миром.

В этот момент Се Юй заметил, как из задних рядов противников медленно выходит парень в черной маске. Он был на голову выше всей толпы и выделялся среди них как журавль среди воробьев. Толпа расступилась перед ним.

Его приглушенный маской голос прозвучал низко и лениво:

— С хера ли мы должны возвращать то, что забрали своими силами?

[1] Университет Наньда (南大, Nándà) — Сокращение от Нанкинского университета, одного из старейших и престижнейших вузов Китая.

Глава 7

Так и просится, чтобы ему врезали.

Ты только послушай этот самоуверенный тон.

Две компании мгновенно сцепились в яростной драке. Чжоу Далэй готов был сорвать с себя футболку и голым торсом выплеснуть всю свою ярость, чтобы эти гады уяснили, что бывает, когда его бесят:

— Спиздил мой фиолетовый меч! Мой фиолетовый меч! Я тебе покажу, как воровать чужие шмотки!

— Никто ничего не воровал! Разве это воровство? Не умеешь играть — смирись с поражением! Твою мать, только не по лицу!

В самом разгаре потасовки Се Юй во все глаза наблюдал, как тот самый зачинщик в черной маске, только что излучавший ауру крутого лидера, невозмутимо филонит. Он незаметно дрейфовал по краю толпы, пока окончательно не покинул поле боя. Техника уклонения была настолько профессиональной, что никто даже не заметил его исчезновения.

Выйдя из зоны боевых действий, парень первым делом небрежно поправил прическу.

Весьма озабочен своей внешностью.

…

Посреди душного лета этот тип вырядился в кофту с длинными рукавами и штаны, да еще и лицо маской закрыл — не