Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

— Стойте! — громко крикнула я. — Там человек, живой!

Не дожидаясь остановки, я спрыгнула с телеги, узнав эти скрюченные руки — старческие, больные…

Ухватившись за торчащую ладонь, я вытянула на свет старого Гила, кашляющего, покрытого золой, кровью и гарью, но живого. Он дрожал от ужаса и заикался, но впервые за всё время похода я видела его… трезвым.

— Я в-в-видел их… Не пил с утра ничего, и это спасло меня. Видел, видел к-каждого из них, и знаю, куда они пойдут!

Именно так отряд сэра Гектора, изрядно поредевший, прибыл в столицу, не просто расчистив путь, но и неся сведения о том, куда скрылось сопротивление — молодые лорды Альмерэ, способные при должном стечении обстоятельств увлечь за собой сотни тысяч людей и серьёзно подорвать правление Фердинанда Второго.

И здесь, в столице… первого рыцаря ждала награда.

Глава 47. Столица

* Сабин *

По мере нашего приближения к столице я не могла сдержать восторга. Я то и дело вскакивала и вертелась по сторонам, доставая своей суетой раненых, вынужденных делить со мной место в телеге.

До этого дня я считала Ворнок самым огромным городом на свете — обнесённый стеной, с двух-трёхэтажными домами, сетью узких переулков, рынками и чётким делением на кварталы для нищих и богачей. Но столица Альмерэ выглядела как несколько Ворноков, сшитых воедино. За внешними стенами раскинулись деревни размером с Гратан, и их обитатели, без сомнения, признавали себя полноправными горожанами.

— Лоррейн-Рокх, — гордо произнёс старый Гил. — Я прожил здесь большую часть жизни. Мой отец прибыл из Меритана и доставлял сведения королю даже во время оккупации Дорнессом.

То, что мы сейчас находились под точно такой же оккупацией Меритана, его, похоже, совершенно не заботило. С другой стороны, простые люди так вымотались, что им стало плевать, кто именно именует себя властью. Только молодые лорды Альмерэ ещё на что-то надеялись, вступая в ряды сопротивления.

— Мы остановимся в королевском дворце? — с волнением спросила Трин, взирая на город такими же круглыми глазами, как и я.

— Вряд ли, — подал голос Раймон де Лис. — Скорее всего, обоз оставят в крепости одного из вассалов Его Величества. Нас разместят там же, за исключением рыцарей и, конечно, ближайшего окружения сэра Гектора.

Окружение…

Раньше в него входили я и Жан.

— Во дворце будут родственники сэра Ульрика, — испуганно прошептала Трин.

— Его тело уже должно быть на пути в родовой замок, — к разговору присоединился сэр Мориц.

От изначального состава рыцарей почти ничего не осталось. Сэр Ульрик погиб, сэр Имре погиб, а сэр Конрад оказался предателем и теперь, вероятно, скрывался где-то вместе с мятежниками.

Рыцари были благородными лордами, и их потеря воспринималась совсем иначе, чем смерть солдат — обычных людей, похожих на тех, среди которых я выросла. Конвоиры даже пальцем не тронули светловолосого пленника, обращаясь с ним куда лучше, чем с нашими слугами.

— Готовьтесь, — добавил сэр Мориц с улыбкой и направил коня вперёд.

Казалось, нас вышла встречать добрая половина города. Крики радости, приветствия, восторженные возгласы «Сэр Гектор! Это сэр Гектор с отрядом!» и «Тракт свободен!» доносились со всех сторон. Многих рыцарей узнавали в лицо — об этом походе судачил весь Альмерэ последние много месяцев.

— Расступитесь! — к нам приблизилась конная городская стража и принялась бесцеремонно расталкивать толпу, убирая людей с дороги. Нас провели по улицам предместий и без проблем пропустили через огромные ворота. Защищённые. Первые из многих.

За воротами город сразу обрушился на нас плотной массой звуков и запахов. Узкие улицы тянулись вверх и в стороны, зажатые между высокими каменными домами с нависающими этажами, чьи деревянные балки потемнели от времени и копоти. Из открытых лавок тянуло кислым вином, дымом очагов, сырой кожей и прелым зерном. По мостовой текла мутная жижа, смешанная с отходами, и копыта лошадей чавкали в этой грязи. Люди носили шерсть и грубый лён, их плащи пропитались дождём и потом, лишь на богачах изредка мелькали меха и яркие ткани.

Где-то вдалеке раздался глухой звон колокола с высокой башни, которую можно было разглядеть с главной улицы — самой широкой из всех.

***

— Прошу, сэр Гектор, ваши покои готовы. Его Величество ожидает вас через два часа, — к нам подошёл сенешаль дворца, знакомый с рыцарем, и сразу указал на нас безмолвным, расторопным слугам. — Купальня готова и для вас, и для вашей каэри.

Толпившиеся в передней придворные смотрели на сэра Гектора с опаской и любопытством, но одновременно с этим в их взглядах я читала… некое превосходство. Все здесь знали, кем является этот мужчина, возвышающийся над остальными почти на голову. Покрытый шрамами и кровью — по крайней мере, его одежда, ведь лицо сэр Гектор успел протереть влажной тряпкой.

Теперь я понимала, о чём предупреждал Матьё.

Матьё… Его, как и Иру, никто больше не видел. Возможно, его убили, и мы просто не нашли тело, а может, он сумел сбежать. Или его похитили.

— У нас пленник из сопротивления. Я передал Зорану, что он благородный, но я видел его в деле. Рекомендую усилить стражу, у него может быть магия. Мы пока не знаем имени его рода.

— Но вы уверены, что он из знатных?

— Я всегда их отличу, — равнодушно бросил сэр Гектор.

«Их», — эхом отозвался кто-то за нашей спиной, но, обернувшись, я увидела лишь группу вежливо улыбающихся аристократов.

На меня почти не обращали внимания, и, продвигаясь по коридорам дворца, я начинала понимать почему. Каэри здесь не были редкостью, но в отличие от меня, привыкшей к грязи полевых условий, они походили на экзотических птиц — ярких, в летящих, развевающихся платьях, с кожей белой, как снег, без единого изъяна.

— Гектор! Как же я рада, что ты добрался, что выжил! Я слышала о случившемся, какая трагедия! Бедный сэр Ульрик!

Голос леди Валле гремел даже громче, чем в Гратане. Скорее всего, она очень хотела, чтобы её услышали окружающие, чтобы все знали о её причастности.

Поход сэра Гектора стал самым важным событием в Альмерэ за последние годы. Дорога в Салену открыта, участников и их семьи ждёт бесконечный почёт, а многие оруженосцы теперь сами станут рыцарями.

И Жан тоже мог бы…

— Ты уже поприветствовал Тристана и отца? Как младший