Мастер Ночи и белая кошка - Дарья Нико

Нужно что-то делать…

Сначала Эрфарин все-таки посмотрела на своего врага. Тот лежал распластанным по земле без сознания. С такого ракурса было почти не видно, какие у него страшные раны.

— Он напал на меня. Угрожал убить, — коротко ответила девушка. — Повредил вторую ипостась и использовал против меня магическую атаку во всю мощь.

Она знала, что все доказательства налицо.

Теперь уже все рассмотрели ее поврежденные руки и увидели, что на ее светлой ауре остались следи магии Ночи. Та ползала черными змеями и слишком медленно развоплощалась. Значит, концентрация энергии оказалась действительно мощной. А такую можно сосредоточить в собственной силе, только если как следует постараться.

Она, конечно же, сможет им показать и поврежденную ипостась кошки, когда наконец боль хоть немного утихнет.

Поэтому вопросов на этот раз должно быть меньше всего…

— А разве допустима такая сила удара? — вдруг прорвался сквозь весь шум высокий взвинченный голос.

Эрфарин невольно вздрогнула и тут же повернулась в сторону, откуда он донесся.

— Боги! Это же чудовищно. Сотворить такое с человеком! — заламывая руки на груди, проговорила Адалан.

Она стояла неподалеку от Мариика, и ее глаза полнились ужасом и слезами, а как всегда подведенные ярко-красной помадой губы кривились, словно она вот-вот расплачется от ужаса, который видела.

Эрфарин впала в оцепенение от такого цинизма, бесстыдства и наглости.

— Кто вы? — спросил один из стражей.

— Я близкая подруга пострадавшего, — произнесла Адалан, прикрывая рот ладонью и отчаянно качая головой. — Право слово, он не заслужил такого. Даже если тут что-то произошло, разве можно так бить в ответ? Он даже не Мастер, у него не было шансов защититься…

— Сука, — выдохнула Эрфарин сквозь плотно сжатые зубы.

Стражи принялись коситься на Дархада. Мастер Ночи смотрел на женщину в ответ. Она хитро прищурилась и отвела взгляд в сторону, словно бы не в силах справиться с потрясением от увиденного.

— Почему вы просто его не обезвредили? Зачем искалечили? — спросил страж у Мастера, невольно поддавшись на слова незнакомки.

— Он напал на мою жену, подкараулив ее здесь. Советую задавать вопросы не мне, а этому ублюдку, когда он придет в себя. И пусть радуется, что у него хоть какие-то части тела остались целыми, — жестко чеканя слова, ответил Дархад.

— Разберёмся, — буркнул страж, но больше ничего не сказал.

Мариика привели в себя, тот странно хлопал глазами и смотрел на все вокруг так, словно видел в первый раз. Он с тем же недоумением посмотрел и на свое искалеченное тело. Лекари купировали боль, поэтому он не верил в то, что с ним сотворили.

А потом он разразился отборной бранью и даже попытался броситься со своего места вперед. Он видел Эрфарин и Мастера Ночи, и все, чего он желал, это отомстить им за позор, унижение и боль.

Дархад вместе с девушкой даже не сдвинулись с места. На пути у Мариика встали стражи и довольно быстро сковали его магическими артефактами.

— Уведите его к хардам отсюда! — рявкнул один из стражей.

Законник всем существом чувствовал, что ситуация еще может закончиться совсем плачевно. Если Мастер Ночи все-таки не сдержится и решит добить этого несчастного, вряд ли его кто-то остановит.

Точнее, остановить можно. Среди стражей тоже есть Мастера, особенно на приеме у губернатора, но устраивать схватку из-за какого-то полоумного…

— Если понадобятся еще какие-то показания, мы вас вызовем, — проговорил законник. — А на сегодня все.

Дархад крепко перехватил руку Эрфарин, двинувшись к выходу из треклятого лабиринта.

— … представляете? Такой ужас… — пересказывала свои «невероятные впечатления» Адалан кому-то из гостей. Кажется, первому встречному, кого ей удалось поймать из тех, кто пытался любопытствовать. — Мариик непременно должен выдвинуть встречные обвинения. Это же против всяких правил. Что же это выходит, Мастера могут безнаказанно калечить людей?

— Я ее убью, — осипшим голосом сказала Эрфарин и даже дернулась в сторону женщины, но Дархад силой удержал девушку подле себя и заставил ее идти в том направлении, в котором нужно.

— Потом разберемся.

— Дрянь! Какая же дрянь! — трясясь от ярости, прошептала она.

— Успокойся. Если уж я не убил эту гниль, ты тем более должна справиться.

Супруга резко втянула воздух через ноздри.

— Погодите, — подбежал к ним один из стражей и протянул золотую птицу. — Кажется, это ваше.

Эрфарин, удивившись чему-то столь неожиданному во всей череде событий, сдержанно поблагодарила законника. Он тут же убежал.

Дархад перехватил у жены артефакт и покрутил его в руках.

— Мне понравилось, как сочетается твое имя с моей фамилией, но категорически не понравился повод для такого написания.

— Я рада что ты понял. — Она прижалась к нему.

На артефакте значилось — Эрфарин Форгаз.

Она все-таки успела вписать свое имя в артефакт, прежде чем Мариик на нее напал. И конечно же, ее метку победительницы увидели в главном зале.

Она, не имевшая права на фамилию мужа и никогда до этого не смевшая себя так называть, использовала именно это сочетание.

— Должны сложиться серьёзные обстоятельства, чтобы ты это сделала. Поэтому я стал искать тебя сразу же. Ты умница, что так ловко придумала.

Он передал артефакт кому-то из их Гильдии, кто тоже присутствовал на приеме, и попросил получить награду за них. О случившемся медленно расползались слухи, и следовало уйти прежде, чем вопросы начнут сыпаться со всех сторон.

Эрфарин с трудом верила, что они по-настоящему сумели уйти. Что их не потащили в управление стражей, что не пришлось ни с кем объясняться и повторять одно и то же бесконечное число раз, что не нужно крутить в голове произошедшее и вспоминать детали.

Хотя все, что случилось, все равно осело в ней. В душе и на ауре.

До тошноты противно.

Они оказались в салоне кареты, и мир вновь остался где-то там, за границей, за чертой. И можно было расслабиться.

— Ты… злишься на меня, да? — решилась спросить Эрфарин, когда они проехали несколько минут в абсолютном молчании.

— Нет, я в ярости.

Она вздохнула.

— Я знаю, что не должна была отлучаться, но там ведь находились люди, и я… да кто вообще бы додумался нападать в таком месте⁈

— Твои обезумевшие поклонники, — глухо рыкнул Мастер Ночи. — Я должен уточнить, можно ли во время действующего контракта о сером браке вносить изменения. Я, кажется, потребовал с тебя слишком мало за всю эту суету.

Эрфарин поджала губы, чувствуя себя виноватой.

Она и виновата! Ведь действительно ее поклонники! Действительно обезумившие! И она не в состоянии с ними справиться!

Боги Дня и Ночи, это