Любовь среди туманов - Кира Крааш

Короче, выкатилось премерзкое существо. Оно было размером со взрослого человека. С щупальцами и клешнями, шестью парами черных глаз, тонкими паучьими ногами и хитиновым панцирем.

– Что там? – напряженным голосом спросил светлый.

– Армагеддец, – честно ответила я.

Животинка повернулась на звук наших голосов и замерла в какой-то одной ей понятной задумчивости.

– Что там? – настойчиво повторил Аксель.

– Очень впечатляющий противник из твоих самых страшных кошмаров. Смотрит на нас, выбирая, в какой последовательности есть.

Парень крутанул меч, занимая стойку, и немного расфокусированным взглядом уставился мимо нашего гостя. Чудище задумчиво посмотрело на светлого, хмыкнуло и… поползло обратно.

– Что происходит?

– Нас признали несъедобными, – мрачно заметила я. – Гаси меч.

– Без него я не смогу гарантировать твою безопасность, – покачал головой светлый.

– С ним ты тем более этого не можешь! – рявкнула я. – Гаси живо!

Аксель помедлил, но потом все же развеял меч.

– Довольна? – хмуро спросил парень.

– Более чем, – удовлетворенно кивнула я, наблюдая, как все вокруг шуршит и шелестит, отползая от нас.

Светлый нервно передернул плечами, повертев головой.

– Мне нужен обычный меч.

– Как только увижу на горизонте оружейную лавку – сразу же сообщу, – ехидно ответила я.

– Нет, ты не поняла. Все мое оружие – воплощение света.

– И если ты будешь нас защищать, то привлечешь еще больше внимания?

– Именно.

Как показала практика, паладины – еще более бесполезные маги, чем проклятийники. Мы хоть не привлекаем внимания, а эти над собой разве что магической вывески не зажигают с надписью: «Съешь меня».

* * *

Кстати, со «Съешь меня» действительно были проблемы. Из меня охотник оказался, как из Акселя оперная певица – вопить в теории может, но арией это вряд ли кто-нибудь назовет…

В общем, на добычу пропитания ушел остаток светового дня. Это было без преувеличения кошмарно: Аксель какими-то подручными инструментами наточил палку, и мы шагали в обнимку по лесу. Я держала его руку и направляла туда, где, мне казалось, виднеются заячьи ушки. Сначала, конечно, у меня была какая-то жалость к пушистикам, но чем голоднее я становилась, тем меньше сантиментов оставалось. В конце концов страдания наши увенчались успехом и двумя птицами, смахивающими на помесь глухаря и гуся. На вкус, правда, это было как очень грустная курица, но голод – лучшая приправа.

А потом встал вопрос ночлега.

– Опять на дерево?! – застонала я.

– Не думаю, что местная живность окажется настолько любезна, что не заинтересуется твоим беззащитным филеем, – с самой серьезной миной сказал Аксель.

Я тихо (хотя кому я вру? Громко, очень громко!) выругалась, и мы полезли на очередной симпатичный дуб. Только на этот раз Аксель быстро забрался на нижнюю ветку, а затем ловко и легко втащил меня за собой. И очень вовремя: кусты подозрительно зашуршали, и я была уверена, что шуршунчик там обладает весьма занимательным рядом зубов.

Но это была вторая мысль, заглянувшая в мою голову. А вот первая была более приземленная:

– И почему в прошлый раз мы не сделали так же? – мрачно спросила я, продолжая вместе с принцем лезть повыше в поисках удобных для ночлега веток.

– Не смог отказать себе в удовольствии, – с невозмутимым видом ответил Аксель.

Я пообещала себе, что прибью его, как только мы выберемся. Ну а пока пришлось терпеть, даже, можно сказать, превозмогать ночь в обнимку со светлым магом.

– Почему ты выбрала это направление? – негромко спросил Аксель, когда мы устроились.

Я сидела, откинувшись спиной ему на грудь, и смотрела, как сумерки стремительно накрывают лес.

– Ты о чем? – ровным тоном ответила я.

– Ты знаешь о чем. Если ты видела защитный круг, то должна была видеть и Беллариум.

– До круга ближе, – упрямо повторила я.

– Мы оба знаем, что это не так, – мягко проговорил парень. – Ответь мне. Я должен понимать, почему мы рискуем.

Я ответила не сразу. Это был сложный вопрос, на который я и себе-то ответить не могла, не то что сформулировать внятные аргументы другому человеку.

– Считай, что это интуиция, – наконец произнесла я. – Просто меня туда тянет. Не из праздного любопытства, а от ощущения, что там есть что-то действительно важное.

– Важное для кого?

Я облизала губы и тихо-тихо ответила:

– Для меня.

Аксель помолчал, а я внутренне напряглась. Парень мог потребовать идти в мертвый город, и был бы в своем праве, но…

– Если для тебя – пусть так. Сделаем небольшой крюк, и домой.

Я облегченно выдохнула:

– Спасибо.

* * *

Спали мы по очереди, чтобы не свалиться. Не знаю, чем там занимался Аксель в свое дежурство, я проклинала все шуршащее под нами разнокалиберными проклятьями. Когда первые лучи солнца с трудом прорезали Туманную чащу, мы с Акселем обнаружили несколько тушек под нашим деревом.

– Чем это ты их? – спросил парень, разглядывая результат моих бдений.

– Кого чем… – задумчиво проговорила я. – Вон того – костоломом, этому просто отсыпала невезения, а к тому лучше не подходить, там, кажется, было проклятье острого поноса…

– Кхм… – многозначительно изрек Аксель.

Мы дожевали вчерашнюю дичь прямо на ветках, а потом осторожно, чтобы не вляпаться и не наткнуться на недобитых, но очень злых местных жителей, слезли на землю.

И пошли дальше.

Это было не очень увлекательно и очень утомительно. Я шла, стараясь выбирать путь поровнее, вела за руку очень нервного светлого, который ничего не видел и оттого был весьма дерганый, а еще придерживала своенравный гримуар и размышляла, что же меня дернуло тащиться в эту хижину. Ну, кроме той наивной идеи, что она подскажет мне ключ к расшифровке книженции. И внятного ответа не находилось.

В конце концов мы преодолели этот неприятный во всех отношениях путь и оказались у мерцающего защитного контура. Я уже собралась, не сбавляя скорости, пересечь контур, но Аксель меня одернул.

– Погоди. Ты уверена, что там безопасно? Что там никого нет?

– Уверена, конечно, – заявила я, мысленно матюгнувшись, потому что светлый был прав. Нельзя соваться в чужой защитный контур, не представившись.

– Но так и быть, лишний раз проверю, – добавила я, коснувшись чужой магии.

И защитный контур заискрился. От моей ладони в разные стороны побежали магические символы, барьер под моей ладонью потеплел, а туман вокруг на миг даже замер, перестав клубиться.

– Что-то не так? – напряженно спросил Аксель, внимательно смотря на меня.

– Не знаю, – нахмурилась в ответ. – Хижина пуста, барьер готов пропустить нас.

– Но?

– Но он странно на меня отреагировал, – честно призналась я, отнимая ладонь от барьера.

Защитный контур перестал радостно