Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

— Дети мои, скоро жизнь измениться. Мы сможем увидеть долину своими глазами. Боги благосклонны к нам. Они говорят о приближающемся чуде.

Я тоже так могу предсказывать, послав отряд на разведку, в ожидании их возвращения говорить о чуде. Рядом стоящий мужчина сказал шепотом другу.

— Он о чуде говорит уже третье столетие. Как отправят отряд на перевал, так и вещает о нем.

Хихикнула, привлекая к нам внимание. Кажется, я немного выдала нас.

Спор длился второй час. За это время сняли двух чужаков с ближайших деревьев, провели допрос, в котором молодые воины, владеющие магией отказывались говорить. Но то как они пытались выпутаться из веревок, как шептали заклятия ни с чем не перепутать.

И вновь продолжали спор, пока не вернулись разведчики. Они докладывали строго по делу.

— Двадцать воинов молодые, обученные. Таких в наши времена не было.

— Значит наших нет?

Я хмыкнула.

— Ракуарье же не вечные, да подобно богам живут дольше, но и они размножаются. Эти парни точно маги, — показала на двух языков, одетых во все черное. Нам их разговорить. Припечатала, прекращая споры, — тогда и стало бы ясно как дальше строить планы. Они могут быть потомками ваших друзей. Напомните им об этом. И начните с рассказа о колдуне, собирающем души.

Мы все наблюдали как меняются лица парней. Они не верили, но факты о Ландоре, то, что не знал никто, и поросло былинами среди бывших отступников, заставило сомневаться. Они говорили на своем языке, не все его среди нас понимали, но понимающие следили за ходом переговоров. Когда Ландор достиг нужного эффекта я тонко почувствовала, поэтому высказала общее мнение.

— Мие скас акуарсы тамиру, Артерья ноами салториа, Ландоран йати масломан, — что означало «мы вас отпустим с миром, расскажите своим о новом мире, Ландориан пойдет с вами.»

Муж с Акуланьей встали рядом со мной.

— Они понимают язык людей. Их обучали, ведь так? Можешь не стараться, хотя они должны были услышать, что ты изучала его недавно. Что парни смотрите? Я богиня Акулайра, сестра Безымянной. Чтобы не было споров пойду с вами. Расскажем вам что произошло в мире за эти века. Вашим будет интересно наверняка.

Один из парней переспросил.

— Акуйлайра? Она не могла быть среди людей?

— Но похожа, — добавил второй лазутчик.

Я же снисходительно на них посмотрела, и высказалась на чистом человечком языке.

— Здесь последние представители ракуарье. Выжили все по воле богов. Князь Ландор и его друзья действительно попали в ловушку к колдуну. К тому времени когда они попали, вашего княжества уже не существовало. Да детей вон моих сохранили боги в сакркофагах. Я помогла им обрести себя, став мамой. Во мне уже только часть вашей крови. Как и еще в нескольких сотен потомков, в которых магия только начинает просыпаться. И я иду с вами. Хочу посмотреть на тех, кто отказывается принять мирное существование, ведь мы предлагаем свой дом.

— И где ваш дом? Мы с той осени исследовали все горы, кроме тьмы и людей у подножия гор не нашли никого.

— Мир не заканчивается Предгорьем. Здесь до нас никто не селился. Считались эти горы всегда заповедными, могли давно выйти и обжиться в этих местах. Мы пришли, потому что тьма начала проникать дальше, породила темных жрецов и жертвоприношения, которые никак не хотели уходить из мира.

Сборы заняли около часа. Детей я все же не взяла с собой, рисковать ими было все равно, что разорвать болью сердце. Тимоха тоже остался в лагере, хотя рвался за мной. А вот Врединка будто учуяла, что я собираюсь идти в опасное место, прилетела со своим другом.

«- Это мой друг. Он прикрывал мне крылья во время боя».

И ящерам не чужда любовь! Ее я не оттолкнула, только попросила не показываться ракуарье. Пусть им будет сюрприз.

С нами в ущелье вошли Ландор, Карний, так муж нужен был в лагере чтобы проследить за порядком, а то нашлись бы мутившие воду, ведь народ был разнокалиберным, Акуланья, Сальмогор с одним из друидов, три мага, самых сильных по словам князя.

Малое количество должно было остудить головы молодых ракуарье. Все же отряд с собой вести, значит показать, что мы пришли завоевывать, а не на мирные переговоры.

Стоило нам спуститься в ущелье, как к нам вышел весь отряд чужаков. Говорил Ландор, потом Акуланья, мы с Карнием и друидами пока помалкивали. Наше время придет, когда надо будет вещать о мирном мире в горах.

Нас обступили со всех сторон, взяв в кольцо в виду глубокого недоверия. За спинами осталась десятка воинов, нас сопровождали всего десятеро из их отряда. Мы переглянулись с Карнием. Их можно было бы уложить всех штакетником по порядку, если бы сами не шли для мирных переговоров.

Дорога через ущелье, крутой подъем в горы почти по отвесной скале. Нас страховали маги, потому что мы пока не демонстрировали все свои возможности.

Парни были высокими, как Ландор, как Акуланья, как друиды. Я одна выделялась на их фоне. Без брони так и совсем маленькая, неприметная. Наши тела не звенели от стали, но в карманах находились артефакты, в сапожках спрятаны ножи. Друиды опирались на свои посохи. Отступники не были нашими друзьями и неизвестно станут ли ими. Также молодые ракуарье отличались звонкими телами, так и хотелось спросить насколько они недоедают. Ландор странно поглядывал на них, пытался выяснить это или

— Вероятность благоприятного исхода переговоров высока, почему тогда ты так сосредоточена? — Сальмогор спросил, когда мы подходили к очередному ущелью. По словам Ландора это последнее и мы выйдем к небольшой каменной долине, где раньше располагалось поселение отступников.

Ноги поднывали, слишком много камней приходилось перепрыгивать, обходить, а то иди целые километры по гальке. Хваленые сапожки, зачарованные на одной и стоянок друидом не справлялись. Все чаще начала уставать. Акуланья в отличие от меня шагала по-прежнему бодро, я и не сомневалась, что старуха лишь образ. Нас сразу предупредили, что лошадей смысла брать нет, там пройдут только специально обученные или горные породы.

Каменная долина открылась неожиданно за очередной скалой. Первое что увидела это огромные глыбы преграждающие путь. А вот за ними виднелись каменные дома и настоящий дворец с выточенными в камне узорами и скульптурами. Даже отсюда были заметны резные украшения.

Ландор присвистнул.

— Долина разрослась. Они и дворец построили.

Хмыкнула, у него