Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

повысился шанс встретить своих друзей. С каждым шагом по гравийной дорожке я напрягалась, не понимая, что беспокоит. День, а в домах никого нет. Во дворах не лают собаки, не кричат петухи. Друид со жрицей беспокойно переглянулись. Тихо спросила.

— Мне одной кажется, что тут никто не живет?

— Это мы сейчас узнаем у хозяев, — Ландор направился к одному из воинов.

Мы прислушивались к ответам. Молодой воин не стал скрывать ничего.

— Полуденная молитва. Жрец Касьяр помогает обращаться к богам.

Мы же недавно освободили их, к кому обращается жрец?

Воин с Ландором переговаривались тихо, но я услышала.

— То самый Касьяр? И кто еще жив?

На этом разговор прекратился по причине прибытия к месту. Мы смотрели на площадь, заполненную народом. Там были и женщины. Может все же какие-то жены последовали за своими воинами, или они совершили удачные вылазки притащив женщин сюда. Но это поражало, женщины тоже были одеты во все черное. Других красителей для ткани нет? Хотя, если здесь скудная растительность, то вероятность подобного высока.

Жрец возвышался над всеми, потому что находился на балконе дворца.

— Дети мои, скоро жизнь измениться. Мы сможем увидеть долину своими глазами. Боги благосклонны к нам. Они говорят о приближающемся чуде.

Я тоже так могу предсказывать, послав отряд на разведку, в ожидании их возвращения говорить о чуде. Рядом стоящий мужчина сказал шепотом другу.

— Он о чуде говорит уже третье столетие. Как отправят отряд на перевал, так и вещает о нем.

Хихикнула, привлекая к нам внимание. Кажется, я немного выдала нас.

\

И не учла, что все эти люди маги. Их было больше сотни, и даже больше тысячи. На вскидку так и не скажешь.

Нас спеленали магическими путами, мы и пикнуть не успели. Странная удавка давала дышать, передвигать ногами, но не руками. Десяток воинов сопровождающих нас по перевалу и ущельям просто шли рядом. Народ расступался, а нас вели к жрецу. Видела, что для Акуланьи путы не препятствие, но она не торопилась никого вызволять. Была с ней согласна, тысяча магов все же не сотня. Посмотрим, что будет дальше.

Жрец вглядывался в нас, почему-то уделив моей персоне больше времени. Когда его взгляд достиг Ландора и его воинов, замер. Рот жреца открывался и закрывался, пока он не взял себя в руки. Его слова звучали не с превосходством, а с глубоким неверием.

— Ландор, Сарканар, Кирманар? — его взгляд переметнулся к жрице, — Акуйлайра?

Наши не торопились отвечать, но видимо и не могли. Жрец догадался и махнул рукой частично освобождая князя. Руки его по-прежнему весели вдоль тела, но он смог ответить.

— Так и есть дружище. И кто еще выжил с тобой?

Жрец вдруг переменился в лице, подмигнул по-свойски и выкрикнул в толпу.

— Чудо свершилось. Князь Ландор воскрес, с ним пришла из своих чертогов Акуйлайра.

Народ не проронил ни слова, пока жрец не запел молитву всем богам. Люди подхватили ее, а нас тихо увели в открывшуюся дверь под балконом. Она отрезала нас от голосов улицы. Нас вели длинными коридорами. Никто не торопился освобождать от путов. Оставалось разглядывать каменные фрески, скульптуры неизвестных повелителей и высокие потолки как в храме.

Нас привели в небольшой зал со столом и стульями с высокими спинками, усадили на них, и отошли в сторону. Воины остались у двери охранять. Ждали мы жреца около сорока минут не меньше. Мысли роились вяло, будто насыпали в эти путы успокоительного. Размышления прервал веселый голос.

— Ну вот сложилось все хорошо. Валакар вы молодцы, привели языков вовремя. Докладывай!

Надо отдать должное Валакару, докладывал он не привирая, почти точно назвал численность нашей дружины, рассказал о нашем мирном посещении их города.

Отвлеклась на миг на Врединку. Она спрашивала.

«- Когда съедать магию на вас?»

Вежливо попросила подождать. Оу! Я пропустила важный момент. Жрец приступил к допросу Ландора. Тот сыпал фактами, известными только им двоим, рассказал, как мы победили тьму, что отступников примут в нашем поселении гостями. Но видимо, тот решил перестраховаться и опросил двух бывших друзей Сарканар, Кирманар, затем Карния. Их версии сходились, но дошла очередь до друидов. Сальмогор так и сказал, скрыв пока факты о своем друидском племени.

— Я старый потомок ракуарье, сам пробудил магию. Мои друзья такие же. Все что рассказывали до меня правда. Истина.

Путы нам никто не снимал, и вот дошла очередь жрицы.

— Если бы ты была богиней, никто бы не смог повязать тебя. Так кто ты?

Акуланья демонстративно освободила руки, ноги и встала возвышаясь над всеми.

— Хотела проверить насколько ты жрец. Но богов не чуешь, молитвы поешь не тем богам.

— Хм, — княкнул Касьяр, — магияня ты знатная, но не богиня ведь. Уж ракуарье могут чуять божественную кровь.

— А я живу людскими заботами с тех времен, как ракуарье ушли из мира. знала бы, что столько вас осталось не подвязала бы девчонку спасать мир.

На душе стало теплее. Значит задумывалась уже о моей участи с появления князя Ландора и его воинов.

— Акуйлайра, так скалы и ущелья отражают нашу магию, потому и захватчики ни разу к нам не пожаловали. А ты, — он вдруг снял и с меня путы, — избранная получается?

Прокашлялась, начала говорить с трудом.

— Она самая. Я и предложила с вами договориться миром. Столько веков прошло, как ты выжил? Твои друзья сохранились молодцами благодаря чарам колдуна, забирающим души, от которого мы их освободили. Дети мои выжили в саркофагах. Я их сама из пещер спасла а вот ты кто такой? Уж точно не тот Касьяр, которого помнят Ландор и его друзья.

Нет, все остальное уже сказано до меня, поэтому и у нас имеется что спросить. Жрец крякнул вновь, поражаясь моей смелости. Остальные только отвечали на поставленные вопросы. Для демонстрации попросила Врединку слопать чужую магию на мне. Как жрица вставать не стала, а руками похрустела для острастки.

Жрец засмеялся.

— Избранная, — икнул невежливо, — а мы ведь не помним, как поступать с тьмой. Предки наши знали, а боги этого мира не откликаются уже давно.

— Попробуйте сегодня в храме обратиться к ним. Должны откликнуться. Нашли мы их в темном заговоре заточенными и освободили пару месяцев назад.

— Так сюда им хода нет. Скалы ж экранируют магию. Но интересные дела творятся за перевалом. Говоришь, можем сотрудничать с вами? Пшеницу можете продать,