Опальная принцесса во дворце - Мария Ирисова

Увы, если она так поступит, ее репутация рухнет, а она превратится в скандалистку. Девушка облизала губы, чувствовала, как по лицу разливается ледяная волна бессилия. Опровергать — значит выносить сор из избы. Молчать все равно что согласиться.

Шелест платья и тихий цокот каблучков заставил обернуться. В центр скандальной паузы вплыла Агнес.

Спокойная как айсберг, безупречная как бриллиант.

Люсия впилась в лицо старшей сестры требовательным взглядом. Сейчас она единственная способна осадить Мариану и спасти репутацию Вержика.

Агнес усмехнулась, холодно почти равнодушно.

Сердце окоченело от догадки, мелькнувшей в сознании. Люсия вздрогнула и невольно покачала головой.

Нет, только не это! Ты не можешь так поступить!

Зато взгляд Марианы полыхал, ярче победного знамени. Старшая сестра всегда на ее стороне, чтобы та не вытворила. Так было и останется всегда.

Величественный взор наследницы престола скользнул по лицу принца Рикардо, а затем перебрался на Данияра.

— Принцесса Мариана, — голос прозвучал мягко, но Люсии показалось будто грянул гром. — Всего лишь констатирует факт. Наша сестра, возгордилась и нарушила правила вместе с предписаниями лекарей. Теперь герцогиня Эмшир в критическом состоянии!

Люсия сжала кулаки!

“Поклеп! Вранье!”

Вот только заявить этого она не может. Ее слово, против слова кронпринцессы! Даже попытка защитить Вержану будет восприниматься как посягательство на репутацию наследницы. Король этого не простит…

Мариана ликовала, ее скорбное лицо не имело ничего общего со смеющимися глазами. Победила! Снова выбралась в центр внимания. Но какой ценой! Репутация третьей принцессы растоптана. А что если истрийцы развернутся и уедут? Отец уверен, что договор с ними важен для всего королевства!

— Моя сестра, — продолжила Агнес, — глубоко озабочена поддержанием порядка и достоинства королевской семьи. Ее честность, а порой даже излишняя прямолинейность, продиктована именно чувством долга! — тут Агнес, взяла родную сестру за руку и ободряюще стиснула. — И если для сохранения репутации королевского дома требуется назвать вещи своими именами, даже самые неприглядные, то ее долг — сделать это.

Теперь взгляд кронпринцессы скользнул по лицам иностранных гостей.

— Вы все прибыли в Витанию в поисках благодетельной супруги. Обманывать вас — худшее, что может быть.

Люсии стало нечем дышать. Она тонула и захлебывалась от несправедливости, так еще и должна была сохранять лицо, когда ее любимую сестру с упоением втаптывали в грязь.

Взгляд младшенькой метнулся к принцу Рикардо. Если кто и сможет возразить, по праву равного, то лишь он! Только вот с чего ему вмешиваться? Он Вержану видел всего один раз.

Мурашки покрыли спину, галисийский наследник смотрел на Агнес с откровенным презрением. Будто понимал, что все слова ложь, от первой до последней буквы.

— Ваша добродетель восхищает, — мрачно изрек принц Рикардо, а вся его свита насторожилась, будто он сейчас клыки выпустит. Вместо отповеди, наследник плеснул в ладоши, а улыбка… Ох, она могла заморозить даже в самой знойной пустыне.

Агнес нахмурилась, юбка насыщенного кобальтового цвета чуть колыхнулась назад, будто кронпринцесса хотела отпрянуть.

Скрипки заткнулись. Агнес побледнела. Если вчера принц походил на шута, то сейчас его ледяной взгляд буквально пригвоздил девушку к полу.

— Браво, ваше высочество. Поистине, браво. Столь трогательная забота о репутации семьи… жаль, она проявляется лишь в случае, когда нужно оправдать одну сестру за счет чести другой! — Рикардо сделал шаг в сторону Агнес. Карие глаза парня казалось, полыхают потусторонним пламенем. — Я думал у нас одни уроки, где учат — настоящий лидер, должен видеть благо всей семьи, а не одной ее части. И уж тем более — благо своего королевства, чьи выгодные союзы можно запросто разрушить одним таким… порывом «честности».

— Достаточно! — властный голос монарха прозвучал словно гром среди ясного неба.

В зале стало холодно и страшно дрожжи. Придворным замерли живыми статуями, многим припомнилась, ночь когда монарху сообщили о смерти второй супруги. Вот сейчас над всеми витала такая же мрачная, чуть ли не убийственная аура.

— Указывать на недостатки в поведении дочерей могу только я!

Придворные попятились. Сейчас король был бушующим пламенем, необузданной стихией и все кто попадет под его грозный взор будут испепелены.

Агнес стала белая как полотно. Он все слышал? Ее взор скользнул на Мариану, та хмурилась явно задаваясь тем же вопросом.

И лишь принц Рикардо обернулся и взглянул на монарха, будто не чувствовал давящую силу правителя. Лицо галисийца преобразилось, маска весельчака легка с такой привычной легкостью, да он как артист переоделся.

— Тесть, невыносимо рад вас видеть! А где ваша самая непосредственная дочь? Признаюсь чистосердечно, она не выходит из моей головы!

Король сверкнул глазами, а сам невольно оценил потрясающую выдержку Рикардо. Черта достойная правителя.

Затем взгляд скользнул на Агнес. Наряд наследницы каждой деталью кричал — я будущая правительница. Но сгорбленные плечи, бледное лицо… Разве так должна выглядеть наследница? Даже если она не права! Даже если нарушила правила ей не следует терять лицо. Она должна быть опорой королевства! Тем, кто не гнется и не ломается в любых обстоятельствах.

Королевский взор скользнул по Мариане. Отметил скорбную улыбку и поджатые губы. Расстроена, что прибыл и услыхал лишнее? Где сожаление? Где смущение? Она же только что пыталась растоптать репутацию Вержаны. Уму непостижимо!

Король покачал головой. Бедлам, настоящий бедлам…

Монарх осекся, когда взгляд зацепился за четвертую принцессу. Люсия выглядела холодной и отстраненной. Цепкий взгляд нацелен на принца, внешне ни капельки страха, только пальцы сжаты в кулаки. Будто она собралась сражаться до последнего. Единственная дочь, которая не забыла и не попрала королевский протокол.

Занимательно…

Тельма твердила, что Люсия совершенно бесперспективна. Ей не даются даже простые науки чистописания или богословия. На музыкальные таланы, наставница вообще собиралась махнуть рукой.

А по факту, выходит наоборот. Ему лгали? Зачем?

Холодная ярость кипела в мозгу, но лицо правителя выглядело бездушным как камень, только вежливая улыбка слегка затронула губы. Наконец он произнес:

— Принцессе Вержане нездоровится, надеюсь к зимнему балу она почувствует себя лучше!

В глазах полыхало желание прочесть принцу лекцию, но как он может пристыдить иноземного гостя, когда его родные дети так… Подвели!

Галисийский наследник кивнул, сделал неопределенный жест рукой, а потом выдал:

— Сегодня же отправлю ей подарок! Дорогой тесть вы же не возражаете?

Король хотел возразить, всеми силами очень и очень сильно, только вот предлога не находилось. Согласно договору принц имеет право выбрать в невесты любую из его дочерей.

Мариану окончательно перекосило от негодования. Она значит старалась, выдавала королевские тайны, а захолустной принцессе ее жених собрался подарок дарить? Да, как он смеет? Сама Мариана еще ни одного цветочка