Лекарка из другого мира - Ольга Кобзева

— Кахорка это, — задумчиво кивнула Евсия. — Когда в груди хрипит сильно, завариваю ее. Кашель сильнее становится, но хрипы уходят. А синяя она только три дня в оборот, тогда-то ее и надобно собирать на просушку, в другие дни она красная, и коли в те дни сорвать — отравиться можно, причем так сильно, что не каждый целитель вытащит. — А вот это что за ягодки, можешь сказать? — указала на веточку ярко-желтых, высохших прямо на лозе плодов.

Не знаю, как я это делала, правда, не понимаю. Взгляд на ягоды, один только взгляд, и тут же мне приходит понимание, что именно передо мной.

— От дурной болезни эти ягоды, — подняла глаза на Евсию. Не знаю, что она от меня ждала, но решила сказать, как есть. — Какую только в… доме утех подцепить можно.

— Неужто дочь рода Изральи не уберегли от срамных знаний? Откуда тебе известно про дома утех, Ирга? — с вернувшимся подозрением уставилась на меня старуха.

— Просто знаю, — пожала плечами, отводя взгляд.

— Испытание мне Валрея послала перед смертью, — хмыкнула Евсия, качая головой. — Но я не подведу ее, научу тебя всему, чему успею. А там как сама стараться будешь!

Для себя же я решила, что стараться буду. Знания Евсии — то, что может мне помочь выжить. Я — врач, всегда мечтала помогать людям, спасать жизни. Ради своей мечты мне слишком многим пришлось пожертвовать. Невольно вспомнила бывшего мужа. Денис ушел, не выдержав соревнования с главной страстью в моей жизни. Он терпел больше пяти лет. Мирился. Встречал меня с работы ужином, стоически подстраивался под график, молчал, когда срывалась на срочные операции.

Денис не смирился только с одним — смертью нашего ребенка.

По моей вине, по моей глупости. Нерожденный малыш стал жертвой моего тщеславия, комплекса Бога. Я думала, что могу помочь всем, спасти каждого, невзирая на собственное состояние, и Вселенная преподала мне самый горький урок в моей жизни.

После тех событий я еще больше ушла в работу. А, став заведующей, даже ночевала в отделении, не видя смысла возвращаться в пустую холодную квартиру. Денис сам подал на развод, сам собрал свои вещи и тихо съехал, оставляя меня с самой большой любовью — работой.

Я не просила о втором шансе, но он мне дан. И как я распоряжусь им зависит только от меня.

Глава 12

Евсия так и смотрела на меня с подозрением, и никак иначе. Кормила, выделила угол, где могу спать, активно занялась моим обучением, но недоверие из глаз не ушло.

Несмотря на кажущуюся уединенность ее жилища, это не совсем так. Относительно неподалеку, пара часов пешком есть крупная деревня.

— А почему ты не живешь там? — задала вполне очевидный, на мой взгляд, вопрос. — Почему предпочла одинокую жизнь в лесу?

Невольно на ум приходил образ ведьмы или бабы Яги из сказок.

— Так кто ж ворожею-то примет? — усмехнулась Евсия. — Не любят нас, Ирга. Принимают помощь, кто посмелее, а могли бы — погнали с этой земли. Только не под силу им то! Вот и живу покамест.

— Помощь лекарскую? — уточнила, не совсем понимая.

— Я — не лекарь, Ирга, и никогда так себя не звала! Травы я ведаю, заговоры знаю, пошептать могу, Валрею о помощи попросить, чтобы боль унять. Роды могу принять, коли позвать служительницу Валреи не побоятся. Отвар сварить или сбор составить, чтоб спалось лучше, или кровь не застаивалась. Красоту сберечь могу помочь, кость сломанную сложить. Сложить, но не срастить! — зыркнула на меня старуха. — То только лекарям под силу! Не любят ворожей, Ирга. Нигде не любят. Валрею не считают равной другим Богам, дочерей боятся… Почти и не осталось ворожей в Ларосе. Всех извели.

— Объясни, Евсия, — качнула головой. — Не понимаю, почему твою Богиню так не любят? Что с ней не так?

— Мою? — усмехнулась старуха недобро. Пожевала губами, явно что-то еще хотела сказать, но пересилила себя. — Пятеро детей у Прародительницы и повелителя Мрака, — выдала она после короткой паузы. — Было, пока Валрея Хараса, брата своего, не отравила. С тех пор и считают ее проклятой. Правда, когда Харас ее насильно в жены взять хотел, его никто проклинать не поспешил, а вот от Валреи, не смирившейся с такой судьбой, тут же все отвернулись.

— Ты так говоришь, словно это было на твоих глазах.

Ну да, разговоры о Богах я не могла воспринимать всерьез. Бог для меня — нечто абстрактное, некая высшая сила. Для Евсии — реальный персонаж, в существовании которого она нисколько не сомневается.

— Давно это было, Ирга, свидетелей тех событий не осталось. Предки передали нам свои знания, чтобы мы не забывали, чтобы помнили.

Евсия так уверенно говорила о Богах и их поступках, словно они и правда участвовали в жизни людей. Мне же сложно было не показать своего скепсиса. Очень сложно.

Нет, я не атеист и никогда им не была. Врачи вообще делятся на две категории — те, кто верит в Бога и просит помощи в сложных случаях и те, кто считает человека творцом своего счастья. Наука — их Бог. Я из первых. В церковь не ходила, некогда было, свечки не ставила. Но вот во время операций частенько просила высшие силы о помощи и неоднократно ее получала. Чудо? Да, имело место быть и чудо. Когда пациент с огромной кровопотерей выживал, когда оторванные кисти приживались и восстанавливали двигательные функции, когда успевали вытащить людей буквально с того света.

Но Бог — фигура для меня метафоричная, отвлеченная. Высшая сила, никак не соотносящаяся с простыми людьми. То есть я никогда даже мысленно не наделяла Бога человеческими чертами и слышать сейчас рассказ Евсии мне было максимально странно.

— Много-много зим назад, когда Эу, Пта и Вишну лишь начинали свое движение по небесной выси, а Боги только-только зародили жизнь на Ларосе, рождались простые люди, не наделенные Силой, не одаренные Искрой, — продолжила говорить Евсия. — Жили они недолго, рано умирали от хворей, были слабы и беспомощны. В то же время у Прародительницы и повелителя Мрака родились и их дети. Хазрат