Будни типичной злодейки - Эми Эванс

Поэтому я бросила испорченный лист реферата обратно на землю, все равно, его уже не восстановить, и покорно поднялась на ноги, отряхиваясь. В лицо демонюке смотреть не стала, побоявшись, что, не увидев в моих глазах должного раскаяния, ректор только сильнее разозлится. Я уже и без того успела достаточным образом выделиться всего за один день. На всю жизнь хватит, угу. С моими-то планами на этот учебный год, мне бы лучше лишний раз нигде не отсвечивать. Но я и не отсвечивать понятия несовместимые.

— Э-э-эм, лорд-ректор, я так понимаю, что на двери в личные покои у вас стоит защита? — я поспешно перевела взгляд на демона, возвышающегося передо мной.

Ой, зря я ему за спину посмотрела, как бы теперь с хохоту не помереть. Тот в ответ кивнул и недоуменно на меня уставился, явно не ожидая столь резкой смены темы разговора.

— А на окнах? — спросила я ехидненько.

Демонюка дураком не был и стремительно обернулся. Жаль, я не видела этого выражения лица, когда перед ним предстала столь занимательная картина. Нашлись-таки в академии любительницы экзотики. Одна вон в прозрачной ночной сорочке и тоненьких стрингах карабкалась наверх прямо по стене. Вот это тяга к новым знаниям и ощущениям, я ее даже зауважала.

По белеющей в полутьме заднице, конечно, сложно было распознать ее обладательницу. Но я и не такое могу. Потому и почти сразу узнала в этой решительной леди во фривольном наряде одну из адепток шестого витка боевого факультета. Да-да, ту самую, что не далее, как пару часов назад так восторженно отзывалась о новом начальстве академии.

А демон, опешивший от такого напора, ненадолго потерял дар речи, потом покосился на меня ошарашенно и вопросил:

— И как это понимать?

— Ой, да все просто, — отмахнулась я от его вопроса, — Девочку на экзотику потянуло. Вы же во всем королевстве всего один демон, еще и высший. Вот многие и хотят узнать, что вы из себя представляете в постели. Думаю, она далеко не последняя, кто решится на штурм вашей крепости, — на последней фразе удержать серьезный тон стало сложно, и я подленько так захихикала.

Просто представила, как бедный демон будет отбиваться от полуголых адепток, которые начнут толпами лезть по стенам в его покои в развратных нарядах.

— И часто здесь такое? — поинтересовался выпавший в осадок демон.

— Демоны нечасто, а разврат часто, — честно сдала всех я.

— М-да-а-а. Надо здесь порядок навести, — глубокомысленно изрек ректор и продолжил нормальным тоном, — Слушайте, может, скажем ей, что видим ее? Мои глаза не выдержат этого ужаса.

— Не-е-е, хорошо же ползет, — протянула я довольно, — Вот до вашего окошка доползет, тогда и скажем.

— Так на нем же защ…

Договорить демон не успел. Адептка уже доползла до вожделенного ректорского окна и, стоило ей ухватиться руками за оконную раму, как по рукам наглой нарушительнице академического устава и норм морали ударило мощным разрядом магии, и она с визгом полетела на землю.

— Вот теперь можно и говорить, — удовлетворенно кивнула я.

И сразу жизнь наладилась, настроение поднялось. Когда другим плохо, мне всегда хорошо. Особенно, когда другим плохо заслуженно.

— Адептка Хорн! — громким голосом окликнул девицу ректор.

Ага, значит, у демона тоже есть талант людей по попе узнавать.

— Не смейте от меня убегать, адептка Хорн!

Ну, тут даже я разочаровалась. Так стремительно ползла навстречу горячей и трепетной любви. А стоило появиться владельцу ее грез на горизонте, как резво подскочила на четвереньки и попыталась отползти в кусты. А как же «боевые маги не сдаются и не терпят поражений»?

— Адептка Хорн, вы отчислены! Можете и дальше отсиживаться в кустах, но чтобы завтра и духу вашего здесь не было. И вашим родителям я напишу письмо о вашем неподобающем поведении. И адептам станет известно о причине вашего отчисления, чтобы другим неповадно было.

— Не надо родителям, — донеслось жалобное из кустов.

Но демон был непреклонен:

— А раньше думать надо было, — припечатал он и зашагал в обратном направлении, то есть ко мне.

Я сама уж чуть было на четвереньки не упала и к кустам не припустила. Просто вид у демонюки больно злой и страшный был, и глаза так алым сверкали, что я была готова признаться во всех смертных грехах, лишь бы он на меня никогда больше в жизни не смотрел.

Но я осталась стойко стоять на месте, лишь коленки позорно тряслись.

— А не перебор? — поинтересовалась я у ректора, когда он приблизился.

— Уж лучше так, чем потом каждую ночь очередную дурочку отлавливать, — жестко произнес он, — Надо заняться моральным воспитанием адептов, иначе это ни в какие ворота не лезет.

— А кандидатов на отчисление вы принимаете? — поинтересовалась я, с тоской покосившись на испорченный реферат, — Крайне развратная особа, скажу я вам. Или даже двое, — добавила поспешно, вспомнив про женишка, который и был корнем всех зол.

— За мелкое вредительство отчислить не могу, — поджал губы демон.

Ну вот, а я уж понадеялась, что с Вероникой удастся разделаться легко и просто.

— Но могу назначить дисциплинарное взыскание. Вы только именем вредителя поделитесь.

— Ага, — буркнула я, — И потом она мне жабу в постель подкинет, или чего хуже. Нет уж, спасибо, я лучше сама. Надежнее будет.

— Только без членовредительства, адептка фон Соммер, — предупредил меня ректор, опасно сверкнув глазами.

— Что вы, что вы, все в рамках академического устава и действующего законодательства, — поспешно заверила его я, — Ну, я пойду. Мне еще реферат переписывать.

И бочком стала отходить от демона, а после и вовсе припустила со всех ног к общежитию, пока он не опомнился и не назначил мне наказание за нарушение комендантского часа. И когда я убегала, то заметила краем глаза светящиеся в ночи светлые стринги, стремительно уносящиеся прочь.

Глава 8

Когда Вероника вызвалась в числе первых прочесть свой реферат, я заподозрила что-то неладное. Уж больно ее поведение не вязалось с типичным поведением этой нерадивой адептки. Обычно она всегда плелась где-то в конце, и вызываться к доске по собственной инициативе уж точно бы не стала.

Подозрения окрепли, стоило леди Лере открыть рот и зачитать первые строки реферата. Моего реферата! О, если бы можно было убивать одним взглядом, то Вероника уже бы билась в предсмертных судорогах. Вот змеюка, мало того, что испортила мою работу, так еще и успела скопировать перед этим.

С языка готово было сорваться забористое проклятье, чтоб мерзавке неповадно было. Но от столь опрометчивого поступка меня остановил внимательный взгляд демона, для которого