Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда - Инна Разина

— Уходи немедленно… убирайся! — хлещет яростью его голос. Больше не медля, бросаюсь прочь. Выскакиваю в коридор, слетаю вниз по ступеням, чудом избегая падения. Забегаю в свою комнату и без сил падаю на кровать. Что теперь делать? Прямо сейчас собирать вещи?

Глава 9 Дэмиан

Ночь все ближе. Мысли вяло текут в голове, ни на чем не задерживаясь. Даже на новой служанке. Я остро чувствую приближение приступа. Но тело так ослаблено, что уже не напрягается в ожидании очередной порции боли. Я целый день не ел, а может, и больше. Кажется, у меня путаются дни. Может, уже пора решить все кардинально? Какой смысл еще больше растягивать мучения?

Всеми силами пытаюсь не заснуть. Цепляюсь за ложное ощущение, что пока я бодрствую, хоть как-то могу сопротивляться приступу. Но это глупая иллюзия. Все равно не замечаю, как проваливаюсь во тьму. Проклятые демоны тут же начинают терзать мое уставшее тело и измученное сознание. Рвут на части, вгрызаясь в плоть, добираются до сердца и души.

Леденящий ужас сплетается с жгучей, невыносимой болью. Я бьюсь в этом кошмаре, как в липкой паутине, из которой невозможно выбраться. Вою или ору. Я вообще не помню, что делаю во время приступов. Но утром обычно просыпаюсь в истерзанной постели, насквозь взмокшим, с сорванной глоткой и расцарапанной кожей на груди, будто ногтями пытался вскрыть себе грудную клетку.

Вот и в этот раз монстры темного проклятия, чавкая и захлебываясь от восторга, рвут меня на части. Я бьюсь в агонии, плаваю в бесконечном мареве боли. И вдруг ощущаю, как чьи-то прохладные ладони опускаются на мою грудь, остужая пытающий меня огонь. Блаженная легкость растекается по телу, окутывая каждую окаменевшую от боли мышцу, погружая в эйфорию облегчения.

И вдруг все прекращается. Я больше не чувствую живительных прикосновений. Нет, только не это! Я готов умолять прикоснуться ко мне еще раз. Просить, требовать, кричать. Что угодно, только не очередной приступ. Только не разъяренные демоны, которых лишили добычи. Но с губ срывается лишь глухой стон.

— Тихо-тихо, — слышу ласковый шепот. Такой нежный и мягкий. Так меня успокаивала только кормилица в далеком детстве. Но это не ее голос. Он слишком реальный. Я резко открываю глаза и вдруг понимаю, что не сплю. И сразу же сталкиваюсь с испуганным взглядом новой служанки.

Мне требуется несколько секунд, чтобы осознать неприглядную правду. Мало того, что девчонка нарушила прямой приказ и явилась в мои покои. Так еще и зажгла свет. И теперь видит меня во всем моем ужасном облике. А еще наверняка слышала мои крики. Нет ничего отвратительнее, чем предстать перед девушкой настолько слабым, беспомощным и обезображенным проклятием.

Стыд, унижение и ярость захлестывают меня, полностью отключая разум.

— Как ты посмела прийти сюда? Я тебе запретил! — рычу, не пытаясь сдержать гнев.

— Простите, мистер Блэк… — едва не заикается девчонка. А в ее глазах стоит такой ужас. Ну конечно, перед ней сейчас самый настоящий монстр, чудовище! Я сам не могу видеть себя в зеркале. А Сэм и Марта, уже привычные к моему виду, все равно стараются лишний раз на меня не смотреть. Вот поэтому я не хотел никому показываться. Не хотел видеть страх, омерзение или жалость в чужих глазах.

Пытаюсь понять, что из моего сна было явью, а что бредом воспаленного мозга. Эти прикосновения мне привиделись? Или нет?

— Ты прикасалась ко мне? — спрашиваю, задыхаясь от негодования. И читаю на перекошенном от ужаса лице ответ. Прикасалась! Теперь побежит брезгливо мыть руки. Меня даже лекари опасались трогать. Боялись, что зараза перейдет на них, хотя обычно проклятия не передаются через прикосновение. И пусть от меня еще никто не заразился, все равно гарантий нет.

— Уходи немедленно… убирайся! — требую яростно. Девчонка вздрагивает и уносится, словно за ней гонятся монстры. Я монстр и есть. Только гнаться ни за кем не могу. Обессиленно откидываюсь на мокрые подушки и прислушиваюсь к себе. Боль не возобновляется. Обычно приступы длятся несколько часов. А этот почему-то прервался. Хотя, возможно, просто дал мне небольшую передышку.

Лежу, ожидая, что тело вот-вот вновь начнет скручивать боль. И размышляю, сбежала уже служанка или еще нет. Надеюсь, она не полная дура, чтобы плутать ночью в одиночку по незнакомой местности. Подождет хотя бы до утра. Надо будет приказать Сэму, чтобы отвез ее до ближайшего жилья. И на этом все. Больше он не посмеет заговаривать о новых слугах. Все равно результат один. Никто в этом проклятом доме не задержится.

С этими мыслями я неожиданно проваливаюсь в глубокий, спокойный сон. Просыпаюсь гораздо позднее обычного и удивленно сканирую тело. Неужели я выспался? Уже забыл, как это бывает. Давно так хорошо не проводил ночь. И приступ не возобновлялся. Так что же случилось вчера?

Сейчас, отдохнув, я уже способен размышлять здраво. Попытаться взглянуть на ситуацию без эмоций. Тем более в мыслях присутствует приятная ясность. Нет того отвратительного тумана в голове, что преследует меня наутро после очередной атаки проклятия. Злость на девчонку тоже прошла. И теперь у меня появились вопросы.

Приступ прекратился сам или нет? То, что я чувствовал, находясь в забытьи, происходило в реальности? Прикосновения служанки действительно принесли облегчение? Это может быть правдой? А ведь у нее темная магия. Почему ни один лекарь не предложил попробовать для излечения темную силу? Впрочем, я понимаю, почему. Трудно предположить, что то, что вызывало проклятье, может стать его лечением.

Нет, я еще в своем уме и не надеюсь на излечение от смертельного проклятия с помощью простых прикосновений обычной девчонки. Но если ей удастся хоть немного облегчить эту жуткую боль, я уже был бы счастлив. Только все это не имеет смысла, если служанка сбежала. А она уже наверняка далеко отсюда. И я не стану ее догонять и уговаривать. Эйви вчера так меня испугалась, что больше не захочет взглянуть. Не привязывать же ее к стулу?

Вызываю Сэма. Вот сейчас все и узнаю. Слуга появляется на пороге и, глядя в пол, застывает, ожидая приказаний. Стараясь говорить равнодушно, уточняю:

— Что новая служанка, сбежала?

— Сбежала, господин? — удивленно вскидывает на меня глаза Сэм. — С чего бы? Позавтракала и как обычно помогает Марте.

— Она ничего не говорила? Может, попросила увольнения? Или отвезти ее в город?

— Нет, господин, — качает головой слуга. Хм, странно.

— Вот что, приведи ее ко мне, — принимаю решение. Если захочет уволиться, как и обещал, удерживать не стану. Но надо разобраться.