Бабушка, я замужем (но это не точно) - Аля Авилина

Он улыбнулся и поцеловал меня. И я снова забыла, где я и который час.

Мы заснули только под утро. На том самом диване, который когда-то ломался, но сейчас выдержал всё. Руслан обнимал меня, я утыкалась носом ему в плечо, и было так хорошо, так правильно, что я боялась дышать — вдруг это сон.

Ничего кроме поцелуем между нами не было, но и этого было достаточно. Он не настаивал, я тоже не торопила.

Утром я проснулась от запаха кофе. Руслан стоял на кухне в трусах и моём фартуке с единорогом, жарил яичницу и напевал что-то себе под нос.

— Доброе утро, — сказала я, появляясь в дверях.

— Доброе. — Он обернулся и улыбнулся так, что у меня сердце пропустило удар. — Выспалась?

— Ага.

— Яичницу будешь?

— Буду.

Я подошла, обняла его со спины, уткнулась носом между лопаток. Он пах сном, кофе и чем-то родным до мурашек.

— Руслан?

— М?

— Мне кажется, я самая счастливая.

— Тебе не кажется, — он повернулся и поцеловал меня в макушку. — Ты самая счастливая. Потому что я у тебя есть.

— Скромный какой.

— А то.

Мы сели завтракать. Строили планы, как скажем бабушке, что теперь всё по-настоящему. Руслан даже пошутил, что надо бы кольцо настоящее купить, а не только бабушкин раритет носить.

— Ты что, предлагаешь мне руку? — прищурилась я.

— А что, нельзя? — Он вдруг посерьёзнел. — Ань, я серьёзно. Мы уже подали заявление. Давай доведём дело до конца. По-настоящему.

Я замерла с вилкой в руке.

— Ты... сейчас что? Делаешь мне предложение? Без кольца? В трусах и фартуке?

— А что, трусы и фартук тебя смущают? — обиделся он.

— Нет, просто...

Я не договорила. Потому что в этот момент входная дверь открылась, и в прихожую влетела бабушка.

— Дети! Я вернулась! — закричала она. — Ой, а чего вы молчите? Завтракаете? Молодцы!

Она влетела на кухню и застыла, увидев Руслана в фартуке и трусах, меня с вилкой в руке и наши счастливые лица.

— О, — сказала бабушка. — А я, кажется, не вовремя.

— Бабуль, мы...

— Всё-всё, молчу. — Она примирительно подняла руки. — Я только за пирожками зашла и уйду. Лидия Ивановна там без меня с ума сходит, альбомы все перерыла. Я вечером приду. Или завтра.

— Бабуль, давай мы тебе всё объясним...

— Не надо мне ничего объяснять, — отмахнулась она, но глаза её сияли. — Я старая, но не слепая. Всё вижу. И очень рада, дети. Очень.

Она чмокнула меня в щёку, Руслана — в другую, схватила со стола пирожок и упорхнула, оставив нас в полном смятении.

— Она знает, — выдохнула я.

— Знает.

— И не против?

— Кажется, наоборот.

Мы переглянулись и рассмеялись. Бабушка была гениальна. Она всё видела, всё понимала и просто дала нам время разобраться самим.

— Ну что, — Руслан взял меня за руку. — Доигрались?

— Похоже на то.

— И что теперь?

— Теперь... — Я улыбнулась. — не знаю, но что-нибудь придумаем.

Глава 15

День пролетел как в тумане. Мы ходили по квартире, касались друг друга при каждом удобном случае, целовались в углах, стоило бабушке отвернуться, и чувствовали себя нашкодившими подростками. Бабушка делала вид, что ничего не замечает, но улыбалась в усы (которых у неё, кстати, не было) и напевала что-то из молодости.

— Завтра поеду, — объявила она вечером. — К Лидии Ивановне. У неё там внуки приехали, надо помочь. А вы тут... справитесь?

— Справимся, бабуль.

— Ну-ну. — Она посмотрела на нас долгим, тёплым взглядом. — Я за вас спокойна. Вы хорошие. Друг друга берегите.

Она ушла. А мы остались. Без бабушки, без зрителей, без необходимости кого-то изображать.

— Ну что, — Руслан взял меня за руку. — Кино?

— Пицца?

— И то, и другое.

Мы заказали пиццу, включили какой-то старый фильм и устроились на диване. Я лежала у него на груди, он перебирал мои волосы, и было так уютно, что я боялась пошевелиться.

— Ань, — вдруг сказал он.

— М?

— Я тебя правда люблю. Ты знаешь?

— Знаю.

— И я хочу, чтобы у нас всё получилось.

Я приподнялась, посмотрела на него. В полумраке комнаты его глаза казались почти чёрными, но в них горел тот самый свет, который я раньше не замечала.

— Получится, — сказала я. — Куда мы денемся.

— Это точно. — Он улыбнулся и поцеловал меня.

Мы целовались, пока фильм шёл своим чередом, пока пицца остывала на столе, пока за окном стемнело окончательно. Мир сузился до размеров этого дивана, до его губ, до его рук, до этого бесконечного «сейчас».

А потом зазвонил телефон.

Руслан чертыхнулся, потянулся за ним и замер.

— Что там? — спросила я.

— Соседка снизу. — Он нахмурился. — Алло? Да, Светлана Петровна? Что случилось?

Дальше я слышала только обрывки фраз. «Потолок... течёт... вода... вы дома?». Руслан побледнел, вскочил с дивана и заметался по комнате в поисках джинсов.

— Что случилось?

— Потоп, — выдохнул он. — У меня дома потоп. Соседи сверху залили. Надо срочно ехать.

— Я с тобой!

— Не надо, сиди...

— Руслан, я с тобой.

Он посмотрел на меня и кивнул. Через пять минут мы уже мчались на такси через ночной город.

Квартира Руслана встретила нас апокалипсисом. В прихожей с потолка лилось так, будто там открыли дождевой сезон. Тропический. Может я и преувеличиваю, но ненамного. В комнате вода капала на кровать, на компьютер, на диван, на котором он обычно спал.

— Твою ж... — выдохнул Руслан.

— Давай тазы! — скомандовала я. — Вёдра! Что есть?

Мы носились по квартире как угорелые, подставляли посуду под потоки воды, пытались спасти технику, вытирали полы. Соседи сверху прибежали с извинениями, перекрыли воду, обещали всё починить. Но было поздно.

К часу ночи мы стояли посреди разгромленной квартиры и смотрели друг на друга.

— Ну и дела, — сказал Руслан устало.

— Ты как?

— Мокрый. Злой. Хочу спать.

— Спать тебе негде, — констатировала я, оглядывая мокрую кровать и диван, на который страшно было садиться. — Поехали ко мне.

— Ань, уже поздно...

— Руслан, не начинай. Поехали.

Он не спорил.

В моей квартире было тихо и сухо. Бабушка не вернулась — предупредила смской, что остаётся у Лидии Ивановны до завтра. Я включила свет, прошла на кухню, поставила чайник.

— У тебя есть что-то сухое? — сказал Руслан. — А то я промок. И спасенные вещи тоже, сушить надо.

Я порылась в шкафу и вытащила все, что было: растянутые спортивные штаны, футболку с оленями, огромный бабушкин халат.

— Выбирай.

Руслан посмотрел на это добро и рассмеялся.

— Ты серьёзно?

— А что? Олени тебе идут.