Бабушка, я замужем (но это не точно) - Аля Авилина

— Всегда — это долго.

— Я никуда не тороплюсь.

Я молчала. Секунду. Две. Три. А потом сказала:

— Дурак.

— Почему?

— Потому что ты не дал мне самой тебя позвать.

Он моргнул.

— В смысле?

— В смысле, — я взяла его лицо в ладони, — я тоже тебя люблю. И тоже хочу замуж. За тебя. Только за тебя.

— Правда?

Правда.

Он выдохнул. Будто всё это время не дышал. И поцеловал меня. И на балконе, в халатах, под звёздами — это было лучше, чем любой ЗАГС и любое торжество.

— Значит, договорились? — спросил он, отрываясь от моих губ.

— Договорились.

— Жена моя.

— Муж мой. Почти.

— Считай, что почти не считается.

Мы рассмеялись и пошли спать. На этот раз — вместе. Без страхов, без сомнений. Просто потому, что так правильно.

Утром нас разбудил бабушкин крик:

— А ну подъём! Свадьба через два месяца! Работы — непочатый край! Русланчик, ты где? Аня, почему вы ещё спите?

— Бабушка, воскресенье...

— Плевать! Вставайте, ленивцы! Будем список гостей составлять!

Глава 19

Следующая неделя прошла под девизом: "Бабушка знает, как надо".

Она носилась по городу как угорелая, таская нас за собой. Мы побывали в трёх свадебных салонах, двух ресторанах и одной церкви ("На всякий случай, вдруг захотите венчаться, я б благословила!").

— Бабуль, мы не хотим венчаться, — стонала я, падая в гостевое кресло в очередном салоне.

— Глупая, — отмахивалась она. — Венчание это навечно. Это вам не роспись в ЗАГСе, где развестись раз плюнуть. А венчание оно перед Богом.

— Мы не воцерковленные люди.

— Будут дети станете.

— Какие дети, бабуль?!

— А вот такие! — Она ткнула пальцем в проходящую мимо женщину с коляской. — Розовощёкие, здоровые. Чтоб я понянчила, пока силы есть.

Руслан, сидевший рядом, прыснул в кулак.

— Ты чего смеешься? — накинулась на него бабушка. — Тебя это тоже касается! Ты муж, так что будь добр, обеспечивай потомство.

— Баб Зоя, мы сначала свадьбу сыграем, — дипломатично ответил он.

— А потом сразу за детей! — отрезала бабушка. — Ладно, идём дальше. Нам ещё платье выбирать.

— Мы уже в третьем салоне...

— Значит, в четвёртом повезёт!

Я взглянула на Руслана с мольбой о спасении. Он развёл руками, мол, сам под огнём, ничем не помогу.

К вечеру мы рухнули без сил. Бабушка, как ни в чём не бывало, гремела на кухне кастрюлями и напевала "Ой, цветёт калина".

— Она вообще когда-нибудь устаёт? — простонал Руслан, лёжа на диване. Кстати, новый диван мы купили. Крепкий, большой, "семейный", как сказала бабушка. Руслан его уже испытал выдержал и даже не скрипнул.

— Никогда, — вздохнула я. — У неё батарейка "энерджайзер". В детстве я думала, что она робот.

— А сейчас?

— А сейчас знаю, что робот. Просто хорошо замаскированный.

— Дети! — закричала бабушка из кухни. — Ужинать! Чем бог послал, со мной переслал.

Мы поплелись на кухню.

За ужином бабушка вдруг стала серьёзной и решила затронуть тему, которую мы до этого, по общему молчаливому соглашению, обходили стороной.

— Анечка, — сказала она, отложив ложку. — А ты помнишь, как мы с тобой в первый раз говорили про Руслана?

— Когда?

— Ну, когда ты маленькая была. Прибегаешь из садика, вся в слезах. Говоришь: "Бабушка, мальчик Руслан меня обидел, сандалик отнял и на дерево забросил".

Я поперхнулась чаем.

— Бабуль, ты это помнишь?

— Помню. — Она улыбнулась. — Ты тогда сказала: "Вырасту — убью его". А я тебе ответила: "Вырастешь — замуж за него выйдешь".

Руслан подавился пирожком.

— Что? — выдохнул он.

— А то, — спокойно ответила бабушка. — Я всегда знала, что вы будете вместе. Такие вещи чувствуются. Вы ж как магнитом друг к другу тянулись всю жизнь. Только раньше вы не понимали.

— Бабушка, откуда ты...

— Сердце подсказывало, — перебила она. — Я когда узнала, что ты в одном институте с ним учишься, сразу поняла судьба. Когда ты мне про него рассказывала, как вы гуляете, как ссоритесь, как миритесь, я-то видела, как у тебя глаза горят. Я хоть его с пяти лет и не видела, а сразу узнала.

Я молчала. Потому что это была правда. Я всегда говорила о Руслане с каким-то особенным чувством. Просто не придавала значения.

— А когда ты мне позвонила и сказала, что у тебя жених есть, — продолжала бабушка, — я сразу подумала: "Неужели Руслан?" А ты говоришь в институте, мол, познакомились, ты его не знаешь. Я и не поверила.

— Почему?

— Потому что врала ты плохо, — усмехнулась она. — Я ж тебя с пелёнок знаю. Когда ты врёшь, у тебя ухо левое дёргается.

Я машинально коснулась левого уха. Руслан засмеялся.

— И что, ты всё это время знала? — ну бабуля, ну миссис Марпл! Развела как, как не знаю кого! И подыграла ж!

— Знала.

— И молчала?

— А зачем говорить? — удивилась бабушка. — Вы сами должны были разобраться. Моё дело подтолкнуть. Создать условия. А уж разбираться ваше.

— Условия, — повторила я убито. — Бабуль, ты специально нас вдвоём оставляла?

— А то!

— И про диван знала?

— Про диван не знала, но надеялась! — Она хитро прищурилась. — Диван старый был, я ещё твоим родителям говорила: выкиньте эту рухлядь, новый купите. А они не слушали. Вот он и сломался. Вовремя, кстати.

— Бабушка! — мы закричали хором.

Она расхохоталась.

— Ой, не могу! Двадцать лет ждала этого момента! Вы бы видели свои лица!

— Бабуль, это жестоко, — простонала я.

— Это любовь, деточка. Любовь иногда жестокой бывает. Но результат того стоит. — Она посмотрела на нас, и взгляд её стал тёплым-тёплым. — Вы теперь вместе. И это главное.

Мы с Русланом переглянулись. И вдруг я поняла, что не злюсь. Наоборот внутри разливается какое-то тепло.

— Спасибо, бабуль, — сказала я тихо.

— Не за что, — отмахнулась она. — Это ж моя работа внуков счастливыми делать.

Она встала, чмокнула нас обоих и ушла в свою комнату. А мы остались сидеть за столом, переваривая услышанное.

Мы помолчали. А потом рассмеялись.

— Знаешь, — сказал Руслан, вытирая слёзы, — я даже не обижаюсь. Она же правду говорила. Мы реально дураки были.

— Дураки, — согласилась я. — Но теперь-то всё хорошо.

— Хорошо.

Он взял меня за руку. Я положила голову ему на плечо. На кухне горел свет, за окном шумел город, а мы сидели и молчали. И это молчание было лучше любых слов.

— Ань, — вдруг сказал Руслан.

— А?

— А давай завтра к моим съездим?

Я подняла голову.

Глава 20

— К твоим? Ты серьёзно?

— Серьёзно. — Он выглядел немного смущённым. — Они же не