Невеста по ошибке. Тайна клана Яо - Айра Мэйрвелл

Он сделал глоток и поставил чарку обратно. Звук фарфора о дерево прозвучал как удар гонга.

— Я помню наш договор, Генерал, — тихо, но твердо сказала я, глядя ему в глаза. — Я обещала вам карты Севера. Но вы... вы нарушили свое слово. Вы отдали меня другому.

Зал затих. Старейшины переглянулись. Слышно было, как потрескивают свечи. Сказать такое Главе клана, прямо в лицо, при свидетелях — это была неслыханная дерзость.

Яо Чэнь рядом со мной напрягся, но промолчал.

Генерал медленно наклонился ко мне, его тень накрыла меня полностью.

— Я не нарушал слова, — спокойно ответил он. — Ты просила защиты клана Яо? Ты её получила. Ты просила брак? Ты замужем. А что касается мужа... В договоре не было сказано, что ты должна делить ложе именно со мной. Ты должна быть полезной клану.

Он выпрямился и посмотрел на брата.

— Яо Чэнь теперь отвечает за твою безопасность. И за твою... полезность. Все, что ты хотела сказать мне о картах, ты расскажешь ему. Он — мои уши и мои глаза в столице, пока я на войне.

— Но... — начала я.

— Довольно, — отрезал Генерал. — Армия ждет. Церемония окончена.

Он развернулся, и его плащ взметнулся, как черное крыло.

— Яо Чэнь, проводи меня до ворот.

— Конечно, брат, — Яо Чэнь легко поднялся с колен и подал мне руку. — Вставай, жена, представление окончено. Актеры могут смыть грим... а нет, постой, мы ведь теперь играем эту роль до конца жизни.

Я приняла его руку, потому что иначе я бы не встала. Ноги были ватными.

Генерал уходит, он действительно уходит. Мой щит, моя надежда на спасение отца — он бросает меня в этом змеином гнезде с этим... шутом.

Мы вышли во внутренний двор. Там уже выстроились «Черные Тигры». Лошади били копытами, фыркали на холодном утреннем воздухе.

Генерал вскочил на своего вороного жеребца. Сверху вниз он посмотрел на нас. На секунду мне показалось, что в его взгляде, обращенном к Яо Чэню, мелькнуло что-то человеческое. Беспокойство? Предупреждение?

— Береги дом, — коротко бросил он.

— Береги голову, — усмехнулся Яо Чэнь. — Она у нас одна на двоих умная.

Генерал тронул поводья, и отряд сорвался с места. Грохот копыт заполнил двор, а потом затих, растворяясь в утреннем тумане. Тяжелые ворота поместья с лязгом захлопнулись.

Мы остались одни. Я, Яо Чэнь и десяток слуг, которые смотрели на нас, ожидая приказов.

Я выдернула свою руку из его ладони.

— Ты доволен? — спросила я, чувствуя, как отчаяние сменяется холодной, злой пустотой. — Твой брат уехал, теперь ты здесь хозяин. Что ты сделаешь? Запрешь меня в подвале? Будешь пытать, требуя карты?

Яо Чэнь посмотрел на закрытые ворота, и его лицо на мгновение стало странно серьезным. Таким я его еще не видела. Маска спала, обнажив усталость и... расчетливость?

Но это длилось лишь долю секунды. Он снова надел свою привычную ухмылку.

— Пытать? — он фыркнул. — Фи, как грубо. Я не варвар, Ли Юй, и не палач. Я — ценитель удовольствий, а пытки — это такая скука. Крики, кровь, грязь...

Он подошел ко мне вплотную и, нагло взяв меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

— Карты меня не интересуют, женушка. Я знаю, что их у тебя нет.

Мое сердце пропустило удар.

— Откуда ты...

— Тш-ш, — он приложил палец к моим губам. — Я знаю о тебе все, Ли Юй. Сколько раз ты сбегала из дома в мужском платье. Как ты подкупила стражника у городских ворот, чтобы пронести запрещенные книги. И то, что твой отец — старый упрямый осел, который никогда бы не доверил военные тайны своей взбалмошной дочери.

Я застыла. Он знал, он все знал с самого начала.

— Тогда зачем? — прошептала я. — Зачем этот спектакль? Зачем ты согласился на этот брак?

Яо Чэнь наклонился к моему уху. Его дыхание обожгло кожу.

— Потому что мне скучно, — прошептал он. — И потому что ты — единственная женщина в этой проклятой столице, у которой есть зубы. Мне нравятся хищники.

Он резко отстранился и громко, на весь двор, объявил:

— Тетушка Чжао! Подготовьте малый кабинет в моем крыле. Моя жена будет помогать мне разбирать... семейные архивы. И принесите вина. Много вина. Мы будем праздновать отъезд моего занудного брата!

Слуги засуетились. Яо Чэнь подмигнул мне и направился в дом, насвистывая какую-то непристойную уличную мелодию.

Я смотрела ему в спину. Бирюзовый шелк развевался на ветру.

Он играл. Он все время играл, но если он знает, что карт нет, значит, ему нужно что-то другое. Что? Моя жизнь? Или... он действительно хочет использовать меня против врагов, как сказал Генерал?

"Хорошо, — подумала я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Ты хочешь хищника, Яо Чэнь? Ты его получишь. Ты думаешь, я — мышка, которую можно загнать в угол, но даже мышь может прогрызть дыру в мешке с зерном, если дать ей время".

Я развернулась и пошла за ним.

Весь день прошел в странном напряжении. Яо Чэнь действительно заперся в кабинете, но меня туда не пустил.

— Женщинам там делать нечего, — заявил он, захлопнув дверь перед моим носом. — Иди вышивай или... чем там занимаются приличные жены? Трави служанок?

Я осталась одна в "своей" части дома, которая теперь ограничивалась спальней и маленькой гостиной. Охрана у дверей удвоилась. Теперь это были не гвардейцы Генерала, а люди Яо Чэня. Они носили не черные доспехи, а серые куртки без опознавательных знаков, и двигались они тише воды.

Я попыталась выйти в сад — меня вежливо, но твердо остановили. Я попыталась пройти на кухню — путь преградили скрещенные мечи.

Я была пленницей. В роскошной клетке, с шелковыми простынями и вкусной едой, но пленницей.

Вечером, когда стемнело, в дверь моей спальни постучали.

— Войдите, — крикнула я, откладывая книгу, которую пыталась читать… какой-то трактат о добродетели жен, который мне подсунула тетушка Чжао, видимо, в насмешку.

Вошел Яо Чэнь. Он был без верхнего халата, в простой домашней одежде, с распущенными волосами. В руках он держал поднос с едой и... два кувшина вина.

— Ужин