Сделка с боссом. Опасная игра - Ника Лето

Сердце пропускает удар. Опять.

Что на этот раз? Ещё одна флешка? Ещё одна проверка? Встреча с Тихим?

— Но... у меня выходной, — мямлю я, хотя прекрасно понимаю, что это звучит жалко.

— Не обсуждается, Алёна. Это важно. — Пауза. — Где ты сейчас?

— В кафе... в центре города. В «Шоколаднице».

— Понял. Через десять минут буду. Жди у входа.

Короткие гудки.

Я смотрю на потухший экран и чувствую, как сердце ухает в пятки.

— Ну? — Ира нетерпеливо дёргает меня за рукав. — Чего он хотел? Зовёт на свидание?

— Вроде того, — выдавливаю я, хватая сумку. — Мне нужно идти. Он сейчас заедет.

— Сейчас? — глаза Иры становятся размером с блюдца. — Алёна! Он за тобой едет? Сюда? Офигеть! Я могу остаться и посмотреть? Я просто гляну одним глазком!

— Ира!

— Ладно-ладно, шучу. — Она встаёт, обнимает меня на прощание и шепчет в ухо: — Только не облажайся, подруга. Это твой шанс.

Шанс… Если бы она только знала, какой это «шанс». Шанс вляпаться в криминал. Шанс потерять всё, включая жизнь. Шанс окончательно запутаться в человеке, который одновременно пугает и... притягивает.

Последняя мысль обжигает. Нельзя о таком думать!

Не смей, Алёна. Не смей находить в нём ничего, кроме угрозы.

Я выхожу на улицу. Холодный ветер треплет волосы, пока я стою у входа и вглядываюсь в поток машин. Ровно через десять минут, секунда в секунду, к тротуару плавно подруливает чёрный автомобиль. Дорогой, низкий, хищный. Тонированные стёкла, безупречный блеск кузова. Спортивная модель и явно стоит столько, сколько я и представить себе не могу.

Майоров выбирается наружу и молча открывает передо мной дверь. Здесь только два места. Я запрыгивает внутрь, стараясь держать на лице нейтральное выражение.

Он обходит кузов и садится за руль. Я поворачиваю голову в сторону кафе и замечаю Иру. И ещё несколько зевак, которые смотрят на машину, открыв рот. Подруга, конечно же, не может промолчать, она показывает два больших пальца вверх.

— Пристегнись, — говорит Богдан, не глядя на меня.

Машина плавно трогается с места.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Ко мне.

Он произносит это так буднично, что я сначала не осознаю смысла. А когда осознаю, воздух в салоне кончается.

К нему. Домой. В его личное пространство, куда, я уверена, не ступала нога ни одной сотрудницы. Зачем? Что там будет?

— Зачем? — выдавливаю я наконец.

— Тихий прислал приглашение, — голос Богдана ровен, но я чувствую в нём стальное напряжение. — Не на юбилей. В театр. Сегодня вечером. Нам нужно подготовиться.

— Подготовиться? — переспрашиваю я тупо. — Как?

Он поворачивает голову, и я впервые за эту поездку вижу его глаза. В них — та самая холодная решимость, которая пугает больше любой открытой угрозы.

— Ты будешь выглядеть так, чтобы он сдох от зависти, что ты не с ним. А вести себя так, чтобы он ни секунды не сомневался — ты моя. Без вариантов, Алёна.

Глава 12. Ступор

Спустя несколько минут тишины, пока я перевариваю его «ты моя», Майоров вдруг бросает на меня короткий, оценивающий взгляд.

— Пожалуй, прежде чем доберёмся до моего дома, тебя нужно приодеть.

— Что?

— Платье. Это ведь естественно… Посещать театр в приличном одеянии. На тебе должно быть что-то дорогое, уникальное. Тихий должен видеть, что я не экономлю на своей женщине.

Я снова покрываюсь румянцем и киваю. Если так нужно для дела, то конечно. Хотя мне будет очень сложно нормально воспринимать такие дары. Если платье будет стоить как моя месячная зарплата, то я точно буду чувствовать себя в нём некомфортно.

Машина останавливается у неприметного входа в здании, которое я всегда считала просто офисным центром. Никакой вывески, только небольшая табличка с золотым тиснением, которое я не успеваю прочесть. Богдан выходит первым, я семеню следом, пытаясь унять сердцебиение.

Внутри оказывается… рай. Настоящий рай для девушек, которые даже мечтать не могут о таких ценах. Мраморный пол, мягкий свет, стеллажи с одеждой, которая выглядит так, будто её нельзя трогать руками. И тишина. Благоговейная, почти музейная тишина.

Продавщица-консультантка — высокая блондинка с идеальным макияжем и ногами от ушей — выпархивает нам навстречу. Её улыбка предназначена Богдану. Конечно. Такие женщины всегда улыбаются таким мужчинам. На меня она даже не смотрит.

— Добрый вечер. Чем могу помочь? — мурлыкает она и хлопает длинными ресницами.

Она встаёт так, чтобы свет падал на неё самым выигрышным образом. Я с трудом удерживаюсь от того, чтобы поморщиться. Она же открыто себя предлагает. Вот же зараза какая. Не видит с кем пришёл Майоров?

Стоп, Алёнка, ты же не ревнуешь фиктивного мужчину? Чёрт.

— Вечернее платье, — Богдан даже не глядит в её сторону. Он проходит вглубь салона, к кожаным креслам, и опускается в одно из них, закидывая ногу на ногу. — Для неё.

«Для неё». Два слова, брошенные как кость. Консультантка наконец переводит взгляд на меня, и в её глазах мелькает что-то — удивление, смешанное с пренебрежением. Я чувствую себя Золушкой до превращения, которую привёл принц, но никто не верит, что это всерьёз.

— Пройдёмте, — кивает она с дежурной улыбкой.

Дальше начинается ад. Примерка за примеркой. Консультантка приносит платья, одно другого красивее, но я вижу только ценники и внутренне содрогаюсь. Я выхожу из примерочной раз за разом — в чёрном, в синем, в длинном, в коротком.

Богдан сидит в кресле с ленивым видом альфа-самца, наблюдает за мной сквозь полуприкрытые веки. Его взгляд скользит по фигуре, оценивает, но лицо остаётся непроницаемым.

— Не то, — бросает он каждый раз, едва я появляюсь.

Консультантка нервничает. Я нервничаю. Богдан спокоен, как удав.

Пятое платье — закрытое, строгое, почти монашеское. Я выхожу, чувствуя себя неуклюже. Он качает головой, даже не дав мне дойти до зеркала.

Консультантка, видимо, решив сменить тактику, подходит к нему ближе, чем это необходимо. Она наклоняется, поправляя что-то на журнальном столике, и её декольте оказывается прямо на уровне его глаз.

— Может быть, вы посмотрите сами? — голос становится ещё слаще. — У нас есть эксклюзивные модели, которые обычно не выставляем. Я могу показать вам в отдельной комнате...

Я застываю у выхода из примерочной, наблюдая эту сцену. Она флиртует. Откровенно. Нагло. Прямо при мне. И даже больше… Открытое приглашение к интиму.

Неужели согласится? А я? Буду глупо гулять по залу, рассматривая эти уникальные экспонаты, которые никогда в жизни себе позволить не смогу?

Богдан даже не поворачивает головы к продавщице.

— Принесите следующее, — говорит он ровно, как будто не слышал её предложения. —