Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

— Иди, — откинулась я на спинку кресла. — И спасибо, Пирт.

Он вышел, закрывая за собой дверь. И я осталась одна в кабинете.

С букетом невероятных синих цветов, которые лежали на столе и притягивал взгляд, как магнит.

Я несколько минут сидела неподвижно, глядя на него. Потом медленно встала и подошла ближе с другого конца стола. Пальцы трепетно коснулись лепестков, таких нежных, бархатистых, прохладных даже на ощупь.

На задворках сознания крутилась мысль, что после вчерашнего… после того, что я сделала, после того, как вела себя… Кайлас отнесется ко мне… просто. Обыденно. Как к той, что ясно дала понять, чего хочет от него, что больше не надо ему ничего делать, чтобы привлечь мое внимание.

Я очень этого боялась. Боялась увидеть в его глазах пренебрежение. Или, что еще хуже, разочарование. Боялась, что вчерашняя ночь была для него просто… мимолётным влечением, вопреки всем словам.

Но цветы… цветы говорили о другом.

Кто приносит цветы женщине, которую считает легкодоступной? Которую собирается забыть?

Никто.

Правда же⁇

Цветы — это знак внимания. Заботы. Это… ухаживания?

По правде говоря, я очень хотела верить его словам. Очень хотела, чтобы то, что он сказал, оказалось правдой. Что Кайлас действительно серьезен. Что между нами есть что-то… Большее.

На этой мысли пальцы нащупали что-то белое, торчащее между стеблями.

Записка.

Я осторожно вытащила ее, развернула. Почерк был с резкими завитками на заглавных буквах.

'Микэль!

Эти цветы называются «небесный василиск». Растут они высоко в горах, цветут только три недели в году. Считается, что они приносят удачу тем, кто их находит. Я нашел их сегодня утром на рассвете, когда патрулировал границу.

И подумал о тебе.

Ты тоже редкая, как эти цветы. Хрупкая, несмотря на силу. Прекрасная, несмотря на все испытания, через которые прошла.

Я сказал, что буду доказывать свою серьезность делами, а не словами. Это мое первое тебе доказательство.

Твой,

Кайлас.

p. s. И не пытайся игнорировать меня сегодня. Грегор и Тарн уже заступили на охрану поместья, они будут рядом, даже если ты этого не заметишь, но обязательно встретиться с тобой лично.

И я приду вечером.

У нас есть о чем поговорить.'

Я стояла, сжимая записку в руке. Мамочки…

Он… он написал это? Эти слова?

«Ты тоже редкая, как эти цветы.»

Слезы неожиданно подступили к глазам. Я зло моргнула, прогоняя их. Хватит реветь! Ты и так уже нарыдалась сегодня достаточно!

Но слезы не слушались. Они текли по щекам, капали на записку, размывая чернила. Потому что… потому что никто никогда не говорил мне таких слов. Не писал таких записок.

Мой бывший муж дарил мне цветы, да. Розы из магазина, дорогие, в красивой упаковке. С открытками, на которых были напечатаны стандартные фразы про любовь.

Но это… это было другое.

Это было личное. Написанное его рукой, его словами. Он сам сорвал эти цветы, сам принес их сюда, сам написал записку, в которой назвал меня… хрупкой и прекрасной.

И обещал прийти вечером.

— Ежкин кот, — прошептала сквозь слезы, прижимая записку к груди, как влюбленная дурочка. — Что ты со мной делаешь, Кайлас? Что ты делаешь⁈

Я стояла посреди кабинета, держа в руках букет дикорастущих горных цветов и записку от генерала драконорожденных, не зная, что делать со всеми этими чувствами, которые бурлили рекой внутри. Все смешалось в один ком, который застрял в горле и не давал дышать.

Я вытерла слезы рукавом, глубоко вздохнула.

Спокойно, ты же взрослая и самодостаточная женщина и…

Взрослая женщина в моём лице подскочила и понеслась на выход горной козой, распахивая на ходу дверь кабинета.

— САРА! — заорала я белугой. — СААААРАААА!!!

Откуда-то из глубины дома донесся испуганный голос:

— Иду, госпожа! Что случилось-то⁈

Я стояла на пороге, сжимая букет в руках. А в мыслях у самодостаточной меня была красная бегущая строка: ваза, мне срочно нужна ваза, большая, красивая, достойная этих цветов!

Потому что если уж принимать ухаживания от драконорожденного генерала… то делать это нужно правильно! Боже… мне цветов уже пять лет не дарили!!!

Сара вынырнула из-за угла, запыхавшаяся, со стопкой чего-то в руках.

— Госпожа? Что-то случилось? Вы так кричали, я думала…

Она осеклась, увидев цветы в моих руках, ее глаза расширились.

— Это… ого. Это небесный василиск! Где вы их нашли⁈

— Не я нашла, — неловко пробормотала я, а жар залил щеки. — Мне… подарили. И мне нужна ваза. Срочно! Есть здесь вазы?

Сара похлопал ресницами, потом расплылась в понимающей и хитрой улыбке.

— Есть, конечно! Пойдемте, я знаю, где она хранятся. На мансарде, там целая коллекция антиквариата осталась от вашей матушки, жаль большинство покоцано. Выберем самую красивую!

Девушка схватила меня за свободную руку и потащила по коридору, болтая без умолку:

— Небесный василиск, вы представляете! Их так сложно найти! Нужно высоко в горы забираться, а там ну та-а-ак опасно! Да-да! Камнепады, хищные звери, нечисть всякая, угу. Кто вам их подарил, наверное, очень старался!

Я шла молча, трепетно прижимая цветы к себе.

Да.

Он… он старался…

Глава 52

Мы будем делать… Деньги!

Мика

Спина болела так, будто я разгружала вагоны с углем на петербургских складах в лютый мороз.

Шея затекла, пальцы свело от постоянного сжимания пера, кожа на среднем пальце правой руки покраснела и натерлась до болезненности, а глаза слезились от мелких цифр и тонких линий на чертежах, сливающихся в одно сплошное пятно.

Я откинулась на спинку кресла, потирая переносицу и пытаясь размять затекшие мышцы плеч круговыми движениями.

Голова кружилась от усталости и голода, но одновременно внутри бурлило почти эйфорическое ощущение удовлетворения.

Перед собой видела только стол, заваленный бумагами. Чертежами с перечеркнутыми и исправленными линиями, набросками планировок, расчетами с моим неровным почерком. Результат целого дня выматывающей, но такой знакомой работы.

И знаете что? Я кайфовала от этого процесса!

Да-да, не смотря на усталость, пульсирующую головную боль в висках, несмотря на то, что задница затекла от многочасового сидения в одной позе настолько, что вставать было больно.

Не смотря на жжение в глазах — я ощущала себя… живой.

Нужной, полезной, занятой делом, которое понимаю до мельчайших деталей, в котором разбираюсь, где чувствую себя уверенной.

На Земле я этим и занималась в последние годы, в конце концов! Планировала открытия новых филиалов сети, рассчитывала бюджеты до копейки, продумывала концепции отелей с нуля, спорила с архитекторами и дизайнерами, пока не